Красный зайчик (ЛП) - Риверс Девин - Страница 15

Наблюдая за перепалкой мужчин, я пыталась унять бешено бьющееся сердце. Я была уверена, что Грэм вмешается, но когда он этого не сделал, меня пронзил страх. Я была в шоке, когда поняла, что они знакомы — возможно, это сыграет нам на руку, но мои надежды быстро рухнули, когда я увидела лицо Грэма. На него опустилась жесткая маска, и он смотрел на мужчину так, будто тот был бомбой, готовой взорваться. Затем меня потащили прочь от него, и я запаниковала, пока пощечина не оставила меня ошеломленной и в шоке от того, что кто-то действительно меня ударил.

— Вставай, или я буду волочить тебя всю дорогу, — прорычал мужчина. Я с трудом поднялась на ноги, и он наставил на меня пистолет. — Иди.

Я увидела, как Купер трусцой бежит между деревьями, и посмотрела ему за спину, наполовину ожидая увидеть там Грэма.

— Где Грэм? — спросила я его.

— Он к нам не присоединится, — коротко ответил он и окинул меня оценивающим взглядом, который мне совершенно не понравился. Он подал знак своим людям, и все снова двинулись вперед.

— Что это значит? — не унималась я. Дуло пистолета ткнулось мне в спину; я поморщилась, но пошла вперед.

— Его больше нет. Забудь о нем, — сказал Купер.

Мои надежды рухнули. Неужели Купер убил его? Я не слышала выстрела, но были и другие способы убить человека, а Купер выглядел так, будто был способен убить и без пистолета. Паника захлестнула меня, и, прежде чем я успела подумать, хорошая ли это идея, я сорвалась с места и побежала сквозь деревья.

— Эй! — услышала я крик.

— Верните ее, — произнес Купер скучающим тоном.

Лес только начинал светлеть с рассветом, но бежать сквозь чащу все еще было сложно. Земля местами была слишком мягкой, и я несколько раз падала, спасаясь на чистом адреналине и страхе. Я рискнула оглянуться и закричала, когда черная масса врезалась в меня, и мы покатились вниз по небольшому склону.

— Сука, — прошипел мужчина, приземляясь на меня так, что из моих легких выбило весь воздух. Я лежала, хватая ртом воздух, пока он сидел на моей груди. Я била его, пытаясь оцарапать лицо, но он перехватил мои запястья и достал из кармана пластиковую стяжку.

Я снова закричала, а затем услышала тошнотворный хруст; мужчина завалился набок, и за ним показался Грэм.

— Давай, вставай! — поторопил он. Мне хотелось зарыдать от облегчения, но когда он схватил меня за руки, чтобы поднять на ноги, раздался выстрел.

Нет.

Нет, нет, нет.

Время замедлилось, когда я увидела, как Грэм падает на колени прямо передо мной. Кажется, я кричала, но в ушах звенело так сильно, что я не могла разобрать. Я поползла к нему, хватая его, но тут чьи-то руки с силой оттащили меня назад.

— Грэм! — закричала я. — Нет! Отпустите меня! Грэм!

Он упал лицом в грязь, и реальность обрушилась на меня, ударив так сильно, что я поперхнулась собственным воздухом. Я яростно отбивалась, кричала и пыталась вырваться обратно к нему. Он не мог быть мертв. Мои руки заломили за спину, и я почувствовала, как пластиковая стяжка больно врезалась в кожу, когда ее затянули. Я едва чувствовала эту боль. Все, что я видела, — это Грэма, лежащего в грязи, пока меня тащили прочь.

— Что с ним делать?

— Оставь его, он готов.

— Нет! — кричала я, пытаясь вырваться из хватки того, кто меня держал.

Вместо этого меня закинули на чье-то плечо. Мои попытки вырваться были тщетны, зрение затуманилось от слез, и последним, что я увидела, был Грэм, лежащий на лесной подстилке, прежде чем деревья поглотили его. Сопротивление покинуло меня, но гнев остался, пока горячие слезы катились из глаз. Висеть вниз головой на плече мужчины было тяжело дышать, и вскоре я закрыла глаза, чтобы не закружилась голова.

Дождь усилился, пока мы шли по лесу какое-то время, пока мужчина не остановился и не опустил меня на ноги. Он крепко сжал мое предплечье, а я шмыгнула носом и огляделась. Перед нами стояли высокие ворота с расставленными вокруг охранниками и колючей проволокой по верху и низу ограждения. Страх пронзил меня быстро и жестко, и я замешкалась; все мое существо кричало мне не входить в эти ворота.

— Я туда не пойду, — выдохнула я дрожащим голосом.

— А, вот и ты. — Я увидела приближающегося Купера с ухмылкой на лице, пока он оглядывал меня с ног до головы. Затем его лицо стало серьезным. — Что случилось? — спросил он. Я посмотрела туда же, куда и он, и увидела кровь на своих руках.

— Вульф, — проворчал мужчина. Я снова заплакала.

— Блядь, я же говорил ему не ходить за ней, — сказал Купер, выглядя разочарованным. — Он мертв?

— Да.

Я не могла оторвать взгляд от крови на своих руках, и они начали трястись.

— Нет, — прошептала я.

— Ну, так даже лучше. Теперь ее никто не будет искать. — Купер вздохнул и кивнул мне. Мужчина дернул меня вперед и потащил к воротам.

— Нет, — сказала я чуть громче, пытаясь вырвать руку. Мужчина потянул меня к себе так сильно, что я споткнулась и налетела на него.

— Прекращай, — прорычал он. Купер развернулся, когда мы прошли через ворота, и, идя спиной вперед, широко раскинул руки.

— Добро пожаловать в «Логово», дорогая! — драматично произнес Купер.

Внутренний двор за ограждением не представлял собой ничего особенного. Лишь несколько бункеров, встроенных в массивную отвесную скалу, которая уходила высоко вверх и исчезала в дожде и тумане. Когда мы подошли к одной из дверей, Купер шагнул в коридор и повернулся к своим людям.

— Оформите ее. Завтра она будет на аукционе.

Я не знала, что это значит, но звучало это пугающе. Мы расстались с Купером, и они потащили меня дальше в «Логово», которое, как я поняла, уходило вглубь скалы и находилось в основном под землей. Я прищурилась от стерильного света в коридоре, резавшего глаза после тусклого освещения леса. Мы подошли к двери, и они втолкнули меня в просторное помещение, переоборудованное под лазарет, где медсестры суетились между двумя рядами больничных коек. Мужчины провели меня по центральному проходу и через другую дверь в смотровую с душем в углу.

— Раздевайся, — приказал один из них. — Искупайся, побрейся, а потом надень это, когда закончишь, — сказал он и кивнул на сложенную одежду. Я просто стояла и смотрела на него, как на сумасшедшего.

— Абсолютно исключено.

— Либо ты сделаешь это сама, либо мы тебе поможем, — произнес он, и в его глазах блеснул злой огонек. Я нахмурилась, обдумывая идею отказаться, но мне не хотелось, чтобы его руки прикасались ко мне. В душе была занавеска, я шагнула за нее и задвинула. Включив воду, я прислушалась, чтобы понять, сдвинулись ли мужчины с места. Когда ничего не произошло, я медленно сняла с себя одежду. Встав под теплую воду, я наблюдала, как кровь Грэма смывается в слив, унося с собой любую надежду на спасение. Я шмыгнула носом, пытаясь снова не разрыдаться. В его смерти была моя вина. Если бы я не вышла из палатки, ничего этого бы не случилось.

Из-за меня Грэма убили.

Вина ударила по мне вместе с горем, и слезы безмолвно покатились по щекам.

— Шевелись. — Голос охранника вернул меня в реальность, и я поспешно закончила мыться, пока мои мысли блуждали вокруг того, что это за место. Я постепенно начинала догадываться, но мне это не нравилось. Хуже того, я понятия не имела, как отсюда выбраться. И даже если я сбегу, куда мне идти? Без Грэма я буду совершенно бесполезна в лесу. Я оказалась в ловушке между двумя кошмарами. Закончив, я схватила полотенце, испытывая облегчение от того, что мужчины не пытались посмотреть на меня или прикоснуться.

Одежда, которую они мне дали, представляла собой лишь тонкое белое платье-футболку, доходившее до середины бедра. Никакого нижнего белья не предполагалось. Я вышла как раз в тот момент, когда в дверь вошла другая женщина. Суровая дама с седыми волосами, стянутыми в тугой пучок на затылке, окинула меня равнодушным взглядом, держа в руках планшет с документами.

— Зафиксируйте ее, — сказала она, доставая пистолет-шприц.