Двор Теней (ЛП) - Кроуфорд К. Н. - Страница 29

Я вглядывалась в темноту, пока мой взгляд не упал на холодный блеск стали — меч Руадана на другом конце парка. Я настроилась на его тень, затем прыгнула к нему. И снова я промахнулась, врезавшись ему в грудь. Я опять отшатнулась, и его рука на мгновение обхватила меня за талию, прежде чем он отпустил меня.

Становилось ясно, что мне нужно сосредоточиться на тенях вокруг Руадана, иначе я буду постоянно промахиваться и врезаться в каменную стену его груди.

Затем ещё один холодный свист воздуха, и его меч сверкнул в шести метрах от меня. На этот раз я прыгнула в тень на полметра позади него и взмахнула мечом. Но он снова предугадал мои действия. Он парировал, блокируя мой удар, а затем отскочил в сторону.

«Всегда предугадывай действия своего врага».

Руадан продолжал отпрыгивать, каждый раз предвидя, куда я приземлюсь через несколько мгновений. Мы развернулись, направляясь от тёмных арок к железнодорожным путям через парк. Я чуть не свалилась с дома на сваях, прежде чем восстановила равновесие. Мы снова перескочили на заброшенную железнодорожную станцию, затем на дерево с обувью.

Как и прежде, Руадан продолжал демонстрировать сверхъестественную способность предсказывать, что я собираюсь делать дальше. Как будто нас тренировал один и тот же учитель.

Был ли Балерос когда-то наставником Руадана?

Мне нужно удивить его. Я уже улучшала свой навык. Я больше не врезалась в его грудь. Поскольку мы использовали длинные мечи, нам нужно было находиться на расстоянии пары метров друг от друга, чтобы парировать удары, и каждый раз я приземлялась на нужном расстоянии от него, быстро принимая боевую стойку. Но, может быть, мне и не нужно использовать своё оружие как меч.

Руадан отскочил в сторону, и я мельком увидела в темноте его сверкающие глаза. Я слилась с тенями прямо за его спиной. С невероятной скоростью я приставила свой меч к его горлу. Для этого пришлось встать на цыпочки, прижавшись к нему, что было не самой устойчивой позой.

Я прошептала:

— Брось меч, красавчик.

Вместо этого он схватил мою руку и дёрнул её вниз. Затем пригнулся, чтобы проскользнуть у меня под мышкой — плавный, молниеносный жест.

В тот же миг он оказался у меня за спиной и пригвоздил мои руки к телу. Мгновение я боролась с его хваткой. Затем я поняла, что он пытается мне что-то сказать.

Он скользнул рукой к моей руке с мечом и забрал у меня оружие. Затем вручил мне кинжал. Мизерикорд, если быть точнее. С кинжалами я обращалась не так искусно, как с мечом, и, возможно, именно поэтому мы начали с привычной территории. Но я часто пользовалась ножами-стилетами, и это не сильно отличалось. Обычно мизерикорды применялись для последнего смертельного удара по раненому гладиатору — не для боя — но ими можно было убивать. Название переводилось примерно как «акт милосердия, прекращение страданий».

Я высвободилась из хватки Руадана и повертела кинжал в руке.

— Это то, что мы будем использовать? — спросила я.

Он кивнул.

— Это не лучшее оружие для боя… — я нахмурилась, обдумывая это. Если бы мы сражались с инкубами, то не убивали бы их. Инкубы бессмертны.

Постепенно пришло понимание. У адских гончих и других демонов-жнецов имелись специальные инструменты, с помощью которых они забирали души для своих богов, отправляя их в один из семи кругов ада. Зачарованные ручки, кинжалы и другие острые предметы, созданные самими богами.

Мы будем использовать кинжалы не для убийства, а для того, чтобы забрать их души. Как только мы пронзим инкуба, он отправится прямиком в теневой ад — бездну.

— Пожинающий кинжал, верно?

Руадан кивнул.

— Пожалуйста, скажи мне, что мы тренируемся с фальшивками.

Он снова кивнул.

Хорошо. Это означало, что если мы случайно заденем друг друга ножом во время тренировки, то не окажемся в теневом аду.

Прежде чем я успела задать ещё один вопрос, Руадан снова исчез, тенью метнувшись к заброшенным путям.

Мы прыгали и носились по всему парку, отражая атаки друг друга. Мы кружились в темноте, постепенно узнавая причуды друг друга. У Руадана был определённый ритм в движениях, он действовал медленно, затем снова быстро, и я начала понимать, как он прыгает. Он был агрессивен, но контролировал себя, нанося удары по диагонали, целясь мне в плечо. Время от времени он уклонялся в сторону. Либо он был уверен, что я парирую каждый удар, либо был очень уверен в своих навыках исцеления, потому что, казалось, не сдерживался.

Мы ускорили темп, и я двигалась, как лунный ветер, скользя над землёй. Чем быстрее я двигалась, тем сильнее магия холодила мои вены, а между рёбер разливалась пустота. Очевидно, количество магии теней, которое я могла направить за один раз, было ограничено, и у меня начали дрожать ноги.

«Тринадцатый закон силы Балероса. Не позволяй противнику увидеть твои слабости. И никогда не признавай поражения».

От магии теней у меня стучали зубы, но я не хотела сдаваться, пока Руадан всё ещё прыгал из тени в тень, ускользая от меня. Мне нужно было продолжать двигаться, доказать ему, что я не просто барная драчунья, любящая выпить виски.

«Сокруши своего врага окончательно».

Я позволила магии теней наполнить меня, проникая до самых костей. Пока я летела через парк, в груди у меня была пустота, а в голове проносились образы земляного пола, дна клетки. Двенадцать мёртвых фейри у моих ног, кожа гниёт, чернеет…

Пустота разъедала меня, и на поверхность начали всплывать давно похороненные воспоминания. Однажды Балерос угостил меня ирисками. Мне было семнадцать, я была слишком взрослой, чтобы восторгаться сладостями, но я схватила их с грязи. Я держала их при себе в клетке, отказываясь есть.

«У тебя есть жалкая склонность привязываться ко всем, кто проявляет к тебе хоть каплю доброты».

Балерос был прав насчёт меня.

Меня охватила холодная ярость. Я стиснула зубы, пытаясь взять под контроль силу тени. Я хотела крови. Я хотела победить.

У меня было смутное ощущение, что Руадан хочет остановиться, что тренировка окончена, что я потеряла контроль над магией, но в моей голове зазвучал голос Балероса.

«Сокруши своего врага полностью».

Лезвия нашего оружия сверкали, как звёзды в ночном небе, пока меня не окутал порыв морозного воздуха. По моей коже словно растрескивался лёд.

Я хотела прыгнуть снова, но потеряла Руадана из виду. Затем две мощные руки обхватили мой торс, пригвождая мои руки к торсу, а мускулистое тело Руадана крепко прижалось ко мне сзади.

Его хватка доминировала надо мной, и он так сильно сжал моё запястье, что я выронила кинжал. Он звякнул о камни.

В этот момент я поняла, как сильно меня трясёт.

Руадан, будучи у меня за спиной, запустил руку мне под рубашку и прижал ладонь к моему животу. Постепенно поток магии теней снова начал ослабевать, и я прислонилась к нему. Тем не менее, всплеск магии истощил всю мою энергию, и мои глаза уже начали закрываться.

Руадан просунул руку мне под спину, а другую — под ноги, приподнимая меня.

А потом я положила голову на его мощную грудь и задышала сосновым ароматом.

***

Я проснулась на холодном каменном полу Руадана. Нектариновый свет лился в окна. Это рассвет? Нет, утром солнце не заглядывало в эту часть здания. Я моргнула. Значит, закат. Я проспала очень долго.

Я потянулась к подвеске на шее, только чтобы понять, что кто-то снял её, прежде чем уложить меня.

Я потёрла глаза, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что я укрыта одеялом. А на полу лежала подушка — проклятая подушка.

Я оглядела комнату и увидела, что Руадан одевается и пристёгивает к поясу несколько ножей.

Он действительно дал мне одеяло и подушку? Это первый по-настоящему добрый поступок, который он сделал для меня. Это первый признак того, что он заботился о моём комфорте, а не просто о том, чтобы я выжила, что было частью его долга. Я поднесла одеяло к носу, вдыхая сосновый аромат.