Я (не) твоя, дракон! (СИ) - Солт Елена - Страница 37

Снова смотрю вперёд, на бескрайние небесные просторы.

— Ханни, давай поженимся? В бездну всё это дерьмо с помолвкой. Просто приедем в храм и проведём обряд. Сразу. Ты согласна?

Медленно закрываю веки, открываю их снова.

Думала, получив желаемое, дракон, наконец, оставит меня в покое, а оно вон как… Впрочем, это всё равно ничего не меняет.

Отвечаю, по-прежнему глядя вперёд:

— Нет.

В комнате становится так тихо, что слышен плеск волн за окном и отдалённые крики чаек.

— Что ты сказала? — нежность в голосе дракона сменяется требовательными интонациями. — Почему?

Веду правым плечом, по-прежнему не оборачиваюсь:

— Скоро я стану крылоборцем, принесу присягу и не смогу вступать в брак. Да это и не входит в мои планы. Так что…

— Вот как? А тебе не кажется, что после этой ночи твои планы, — выделяет последнее слово с издёвкой, — должны были поменяться?

— Нет.

— Я хренею просто! — не вижу его лица, но чувствую, что сейчас он прожжёт мне дыру в затылке. — А если окажется, что ты беременна?

Уголок моего рта дёргается в горькой усмешке.

Остановившимся взглядом смотрю вперёд. Медленно и с достоинством оборачиваюсь через плечо.

Нортан расслабленно лежит на подушках, забросив руки за голову, ничуть не смущаясь своей наготы. И, судя по напряжённому естеству, готов повторить вчерашнее.

Будто со стороны слышу собственный голос, безжизненный и чужой:

— Целитель решит эту проблему, — возвращаю ему его же фразу из той, прошлой жизни.

Внутри вспыхивает огонёк удовлетворения от этой маленькой мести.

И тут же гаснет, сменяясь страхом, когда я вижу, как дракон меняется в лице. Черты его лица заостряются, голубые глаза вспыхивают сталью и льдом. Молниеносным движением он подаётся вперёд.

Перехватывает меня за талию, опрокидывает на кровать, чувствительно выворачивает мои руки, дёргает их вверх, уводит за голову и держит:

— Пов-то-ри! — цедит мне в лицо с нескрываемым бешенством.

— Дети не входят в мои планы, Нортан, — отвечаю прохладным голосом. — Ты знал!

— Мне, мать твою, по хрен, что входит или не входит в твои плааны, — тянет, коверкая мою интонацию. — Надо было думать об этом раньше, до того, как легла под меня. Теперь ты принадлежишь мне.

Не разрывая зрительного контакта, ведёт рукой вниз, стягивая с меня простынку, в которую я до этого куталась.

— Это, — оглаживает полушария моей груди, — это, — чувствительно сминает ягодицу, — и это, — кладёт ладонь мне на плоский живот, который я инстинктивно втягиваю. — Думаешь, я так просто от всего этого откажусь?

Смотрю на него открыто и прямо:

— Думаю, ты забываешь, что я феникс. Теперь всё куда сложнее.

— О, нет, моя дорогая. Наоборот! Намного проще, просто потому что…

Снаружи раздаётся протяжный горн. Мы с Нортаном одновременно поворачиваем головы в сторону распахнутого окна. Вдалеке на горизонте виднеются тёмные точки. Много. Десятки, если не больше.

— Кажется, у нас гости, — цедит дракон.

Быстро поднимается с кровати. Натягивает штаны, я за это время успеваю вновь закутаться в простынь.

— Я разберусь, а ты будь здесь! — бросает приказ и уходит, не оглядываясь.

Закатываю глаза, поднимаюсь с кровати и иду, наконец, в ванную.

Резкие порывы ветра рвут бордовые флаги на главной башне и сбивают с ног. Две группы мужчин застыли друг против друга.

Нортан Обертон, дракон королевского рода в чёрных доспехах и наброшенном поверх чёрном плаще. Его рука сжимает рукоять меча, насупленный взгляд из-под бровей направлен на противника.

Дитар Киртис прибыл не один, разумеется.

— Я так понимаю, с тварями сейчас никто не сражается? Все здесь? С тобой? — Нортан небрежным кивком показывает на отряд крылоборцев, неподвижно застывший за спиной их главаря.

И здесь не только прихвостни Киртиса — отмечает про себя — ещё и личная гвардия короля. Надо же.

— Обертон, нам не нужны проблемы, — Киртис подходит вплотную и понижает голос. — Но ты должен понимать. У меня приказ освободить девушку. Ты не можешь насильно удерживать её.

— Ханни здесь по своей воле, — Нортан поднимает подбородок, смеряет крылоборца надменным взглядом.

Борется с искушением принять истинную ипостась и спалить их всех к хренам собачьим.

— Я бы хотел услышать это от неё лично, — невозмутимо отвечает Дитар.

— Не слишком ли много ты хочешь? — Нортан опасно прищуривается, чувствуя ладонью прохладную гладкую рукоять, сжимая её сильнее. — Ханни и так достаточно вам помогла. Дальше сами! Так что проваливай!

— Опомнись, Обертон! — Киртис качает головой. — Ханни феникс!

— Вот именно! — Нортан подходит к Дитару вплотную, ударяет того грудью. — Иначе вы не притащили бы сюда свои задницы! Будь она обычным крылоборцем, вам бы на неё было плевать!

— А тебе самому? — тявкает долговязый щенок из-за спины Киртиса, кажется, Дроу.

Вечно крутится вокруг Ханни. Нортан стискивает зубы. Игнорирует этот выпад. Ещё не хватало собачиться со всякой мелюзгой. Смотрит на Киртиса:

— Она едва на ногах стояла! Я не позволю ей больше так рисковать! Хватит!

— Боюсь, решать не тебе! — раздаётся позади знакомый женский голос, и Нортан медленно оборачивается.

Взгляды всех сходятся на хрупкой девичьей фигурке.

Ханни успела переодеться в свою проклятую форму, которая облепила всё, что можно, вывалила напоказ. Руки чешутся от острого желания содрать её с девчонки и хорошенько отшлёпать. Сказал же не выходить!

Волосы в строгом хвостике. Лицо бледное, пухлые губы, которые целовал совсем недавно, решительно сжаты. В межбровье поблескивает золотистый феникс, расправивший крылья. Вечное напоминание о том, кто она теперь — недостижимая мечта, мечта многих.

И впервые внутри эта мысль отзывается сожалением. Насколько проще было бы, будь она, как раньше, простой девчонкой. Которую явно дожал бы, рано или поздно, и она принадлежала бы ему безраздельно, а теперь…

— Ханни! — снова тявкает щенок.

— Как вы, мисс Бонс? — сдержанно интересуется Дитар.

— Я готова, мастер Киртис, мы можем отправляться, — со спокойным достоинством кивает крылоборцу, на дракона даже не смотрит.

Взгляд затравленный какой-то, пальцы дрожат. Нортан ясно чувствует это — нервничает.

— Отлично, — в голосе Киртиса явственно слышится облегчение. — Тогда… Проклятье! Обертон!

Нортан и сам не заметил, как вскинул руку. Сомкнул запястье на плече Ханни выше локтя.

Не отпускать! Моя!

Зверь рвёт и метчет, требуя удержать её! Любой ценой! Защитить свою территорию и свою женщину! Спрятать, забрать, беречь, ни с кем не делиться ею, владеть безраздельно! Любить!

Близость не только не погасила влечение к ней, а напротив! Разожгла с новой силой. Нельзя дать ей уйти, ведь столько слов не сказано! Про чувства, которых не понимал, и только сейчас понял.

И как же больно видеть в её глазах отторжение и испуг!

— Обертон! — ещё и проклятый крылоборец лезет, куда не просят, встал между Нортаном и Ханни, вцепился в руку Нортана, пытаясь отодрать его от плеча девчонки.

Как будто ему это под силу!

— Нортан, отпусти пожалуйста! — просит Ханни, глаза влажные, нижняя губа дрожит. — Прошу! Мне больно!

Пальцы разжались сразу.

— Ханни, послушай! Давай поговорим! — Нортан пытается подойти к ней, но Ханни почему-то отшатывается, прячется за спину долговязого щенка, который встаёт на пути дракона.

Бессмертный что ли?! Или просто тупой?

— Нет, это ты послушай! — тявкает опрометчиво и явно боится, вон как подбородок дрожит и коленки трясутся. — Ханни не хочет здесь оставаться! Не хочет оставаться с тобой!

В глазах темнеет от гнева. Хочется вскинуть руку и открутить этому доставучему муравью башку! Чтобы впредь знал, на кого открывать пасть!

— Достаточно, Дроу! — глухой приказ Киртиса помогает вернуть контроль. — Уведи её!

Ветер усиливается. Волны с шумом бьются о скалы внизу. Небо хмурится. Где-то вдалеке гремит гром. Словно сама природа отражает творящийся внутри Нортана хаос.