Не идеальная жена для предателя (СИ) - "Tommy Glub" - Страница 25

- Нет, - качаю головой. - Я сделаю повторные экспертизы и повторю тест ДНК на дочь. Но я не могу обещать тебе компенсацию. Это невозможно. Хотя бы потому, что ты уже вернула своё.

- Значит, мы с тобой оба жертвы, по-твоему? - синие глаза опасно сверкнули, она дико не согласна с моими выводами. Но я тоже защищаюсь. Хоть и Карина бъёт метко и в цель. - То есть, Алиса останется чистенькой? После того, как посадила меня и скакала на твоём члене? - выплёвывает яростно девушка.

- Этого я не говорил. Но с ней я разберусь сам, Карин, - уверенно произношу я. Алиса не просто ответит за всё это дерьмо. Моей бывшей даже не надо знать, что именно мне хочется сделать с ней, но… Если Карина планировала, что я упаду на колени и стану просить прощение - нет. Этого не будет. Карина хоть и слишком сладка для меня и я безусловно, хочу её. Но…

У меня ещё есть гордость и уверенность в себе. Я никогда не упаду настолько в её или чьих-то других глазах.

- Сын где? - спрашиваю, скинув сломанный карандаш в мусор..

- С Кирой, - произносит бывшая, безразлично фыркнув и немного остывая. С неё едва ли не пар херачит..

- Подожди меня тут. Я хочу проследить за боями. А после мы с тобой поговорим и решим… - сказал я. Мне и ей надо выдохнуть и переварить. Надо немного переждать и надеяться, что здравый рассудок хотя бы одну хорошую мысль подкинет. А то пока что всё максимально печально.

- Нечего решать, Сапфир, - Карина хмыкает. - Сына мне и делай, что хочешь дальше.

- Нет, - я встаю с кресла и подхожу к дивану. Улыбаюсь сверху вниз Карине и пожимаю плечами. - Сын наш. Я не нарушил закон, чтобы ты смогла его отсудить. Потому… - я наклоняюсь, ставлю руки на подлокотник, наклоняюсь ниже, прищуриваюсь, вдыхая её сладкий аромат и ощущая, как мгновенно я желаю… Её. Снова и снова, блять, снова и снова! - Нравится тебе, или нет, нам нужно договориться.

- С террористами не договариваются, Сапфир, - шипит она в защите, словно та самая дикая кошка, что пару минут назад захлёбывалась в собственном яде и отправляла с каждым словом меня в нокаут.

- Прекрати меня так называть. Вит. Только Вит, - тихо прошу я.

- Нет, - снова шипит. - Сапфир, - я же улыбаюсь и глажу её щёку, наслаждаюсь мягкой кожей и облизываюсь. Касаясь большим пальцем её губ, киваю, сглатываю жадно. - Сапфир, - повторяет, беся и зля всё сильнее и сильнее. - Чёртов Сапфир, который испортил мне жизнь! - дёргается, сбрасывая мои пальцы.

- Именно такой я и люблю тебя, малышка, - киваю. - Вернись и стань прежней ядовитой змейкой, - улыбнулся. Чувствую себя заклинателем змеи, уверенно подчиняя её.

- А если… Я больше не хочу быть ядовитой? - тут же ответила она, явно сдаваясь. Да так, что дрогнула губа.

- Ты мне нужна любой. Ты это знаешь.

***

В зале стоит плотный запах резины, пота и железа. Гости и учасники ставок уже прикованы взглядом к рингу, болея за бойца и желая выигрыша громкими воскликами. Атмосфера наполнена бешенным выбросом адреналина и ярости, бойцы уже рвут друг друга. Я смотрю вниз и ничего не вижу, потому что не могу собраться. Вся голова занята бывшей женой. Я прикрываю глаза, чтобы выдохнуть и прийти в себя после очной ставки с Кариной. Читаю смс от Егора. И яростно стискиваю челюсти, чтобы их просто напросто не покрошить.

Эта крыса почуяла неладное и сбежала, надеясь уйти от меня и от ответственности за содеянное. Побег Алисы только докажет её виновность. Но… Она сама мне звонит и миленько говорит в динамик:

- Милый… Я хочу помириться. Нам ведь было хорошо вместе в самом начале… Так что жду тебя дома и, надеюсь, что ты будешь в настроении со мной поговорить… - томно тянет Алиса, а меня снова и снова передёргивает.

- Алис… - сперва хочется сказать всё, что я о ней думаю. Но… Это не телефонный разговор. - Я пока занят.

- Конечно. Я просто хотела сказать, что жду тебя у нас дома. И что люблю тебя, Вит. Сильно, - ох как мы заговорили. Как покорно со мной говорит и ни слова о Карине. Словно любящая и славная жёнушка, которая день не видела супруга и теперь очень соскучилась.

- Я знаю, - кривлюсь. И верю. Любит и ждёт всегда. Но сейчас… Почему она так сильно хочет, чтобы я приехал? Может, Артур поехал к ней и они меня стукнут? Но тогда бы охрана передала… Ох, чёрт… И угораздило меня…

Нет уж, не сегодня.

Скидываю звонок и качаю головой. Как же она мне надоела… Терпеть теперь я её не буду.

На час я отвлекаюсь. Несмотря на то, что в кабинете у меня Карина и, судя по всему, уходить она не намерена, я не спешу туда. Пусть тоже выдохнет. Если сможет расслабиться, выпить и дождаться, мы сможем снова поговорить. Нормально. Без истерик. Без криков. И боли. Хотя…

Хотя нет, боль останется в любом случае, ведь мы оба погибаем в ней.

Я же приветствую VIP-ов, наслаждаюсь суммой ставок и коэффициентом, постепенно проходят раунд за раундом, порождая новые крики гостей. Меня прямо-таки расслабляет эта атмосфера и становится легче дышать. Даже сменяются противники. Всё как обычно, но я часто смотрю в сторону коридора, который ведёт к кабинету. Боюсь ли я, что она уйдёт? Наверное, да, потому что мне нужно ещё больше Карины. Я не знаю, как называется эта болезнь. Но она ощущается сладковато-горьким привкусом на языке.

Так что в кабинет я вхожу уже прилично заработав и насладившись своим детищем как следует. Сам бы кому-то морду набил, вот правда. Хоть самому становись и херач кулаками. Нужно куда-то деть силы и напряжение. Но статус не позволяет.

В кабинете разительно всё отличается. Громыхает музыка, которой не слышно в основном зале, на полу валяется дорогущая чёрная шуба вместе с документами, ноутом, и прочим, что стояло ещё час назад на рабочем столе. Сперва я даже охреневаю и злюсь за то, что она устроила тут ёбанный хаос. Но после даже усмехаюсь. Музыка орёт так, что оглушает уши. А моя бывшая танцует на дубовом, массивном столе и орёт в горлышко бутылки слова зарубежного хита. При чём совершенно не стесняясь, и ни капельки не ошибаясь в словах.

Платье немного поднялось вверх, от идеальной укладки уже только название, а красная помада частично на бокале, стоящим на журнальном столе. На капронке видно стрелку, Но, кажется, её это совсем не заботит. Ей так хорошо… Она рвёт горло, орёт, поёт, пьёт много и выглядит такой счастливой… Если бы я не видел настоящую Карину во всём этом, поверил бы.

Она ничего не замечает. Я закрываю дверь, складываю руки на груди и рассматриваю пьяную девушку. Впервые за всё время после её возвращения я вижу её такой счастливой и сам улыбаюсь. Наслаждаюсь. Ещё немного и, кажется, она сорвёт голос, но одновременно с этим я понимаю, что ей это нужно. Пусть орёт, пусть танцует и пьёт этот дорогущий коллекционный виски и хохочет, наслаждаясь танцем на столе. Или тем, что выглушила весь тот дорогой алкоголь. Пусть рушит… Пусть делает всё, что ей хочется. Мне нравится, что она всё ещё может себе позволить так веселиться. Настолько безбашенно себя вести.

Я приваливаюсь к стеллажу, наливаю себе в стакан другой виски и не свожу с неё взгляда. Облизываю губы, медленно и более внимательно осматривая блондинку. Ощущаю, что меня ведёт от неё, что внутри всё клокочет и дрожит. Я, словно тот самый пацан, который вымаливал у её отца быть её парнем, снова живу ею. Вдыхаю её запах, часто облизываю сухие губы и наслаждаюсь ею… Вкушаю её шикарное тело всего лишь взглядом, любуюсь словно самым ценным сокровищем.

Понимаю, что за неё и убить готов. Всегда был и буду готов.

Я ошибся и теперь не знаю как исправить все последствия. Они, словно огромным комом навалились и требуют моих решений. А я не могу. Я не знаю. Не хочу. Не могу, не могу, не могу! Кажется, что бы я не сделал, она никогда не будет больше моей. И сын - единственная причина, по которой она остаётся тут. В городе, в моей жизни.

Но больше она не будет терпеть. И я не стану её заставлять… Мне нужно отпустить её. Эта девочка так много стерпела и ещё больше пережила, чтобы сейчас я всё ещё мешал ей спокойно жить.