Опальная жена Его Высочества. Право на предательство (СИ) - Вельская Мария - Страница 24

Я распахнула глаза.

Я не в ссылке в маленьком доме со скрипящими окнами на краю земли. Я вернулась назад и уже месяц как живу в мире, где я – принцесса Мъярг, жена Тристана Мъярга. Вчерашний день промелькнул калейдоскопом ярких картинок. Последнее, что я помнила – как стражница провела меня потайными коридорами до моей спальни и вышла, оставшись снаружи. Потом – провал.

– Простите, Ваше Высочество, но дворцовый служка прибежал десять минут назад и сказал, что вы позволили ему являться в любое время дня и ночи, если у него будут важные сведения для вас. Угрозы я не выявила, но если он солгал, то понесёт наказание. – Этот голос я помнила.

Конечно. Страж Маэни.

Я разлепила глаза – и, наконец, очнулась.

Кейл Пек! Ясные ореховые глаза мальчишки одиннадцати лет смотрели на меня с тревогой.

Две недели назад я заставила неприглядную сцену – один из стражей, охранявших покой фрейлин, приставал к молоденькой служанке, угрожая выкинуть её из дворца, если та откажет во внимании ему и его дружкам.

До сих пор при воспоминания от этой сцены в душе просыпалось что-то тёмное, мрачное.

Жизни простых людей стоили здесь слишком мало.

К тому времени у меня уже была во дворце пара знакомых, которые охотно выполняли мои небольшие просьбы в надежде заработать денег и продвинуться по службе.

Один из них вызвал Грэйсона. Брат тогда долго смотрел на меня неразличимым взглядом, а потом сказал коротко:

– Я разберусь.

И разобрался, отправив провинившихся в самый дальний гарнизон простыми солдатами. Об этом я узнала от счастливого рыдающего мальчишки, который кинулся мне в ноги на прогулке на следующий же день. Кейл Пек, младший брат Оини Пек, поклялся со всем пылом служить «доброй принцессе» и отплатить сполна за жизнь сестры.

Мне это было не нужно, но ребёнок так отчаянно хотел быть полезным, что пришлось дать ему мелкое поручение. Собирать слухи и сплетни обо мне и сообщать, если будут говорить что-то особенно важное.

Я не верила, что Кейл сможет услышать что-то по-настоящему ценное, зато теперь мальчишка ходил таинственный и гордый своей миссией «шпиона».

И вот теперь…

Вопиющее нарушение этикета, но если Маэни его впустила…

– Кейл, что случилось?

Я улыбнулась взъерошенному мальчишке. Кудрявые светло-золотистые волосы торчали во все стороны, глаза блестели. Кейл прикусил ноготь, вертя головой, и затараторил:

– Ваше Высочество, добрая принцесса! – Я видела! Видела, как Маэни не сдержала смешок. – У меня это, важные сплетни для вас, вот! Только, – мальчишка выпучил глаза, косясь на стража.

– Кейл, говори здесь, страж Маэни отвечает за мою безопасность, ей можно доверять, – я кивнула.

Что важного мог сообщить ребёнок?

Какие гадости говорят обо мне придворные дамы? Как обсуждают постельные подвиги моего мужа?

– Сегодня примчалась личная горничная самой госпожи императрицы! – Кейл надул щёки. – Сказала, к завтраку ждут они прынцессу, вот! И велела готовить особые блюда! Только я на кухне как раз был и видел, как она эти блюда посыпала порошком, и ещё в чайник что-то бухнула! Она енто, на вражин работает, хочет отравить вас и госпожу ымператрицу! – Паренёк выпалил всё и выдохнул, обмякая.

Я замерла, видя, как резко подобралась и построжела Маэни.

Насколько этой девушке-стражу действительно можно доверять?

В ушах шумело.

Отравить-императрица-завтрак-блюда…

Это какой-то бред.

Разве она будет действовать так открыто? Нет, в то, что "горничная" решила отравить свою госпожу, я ни на миг не поверила.

– Императрица уже прибыла? – Губы еле шевелились.

Я заставила себя вытолкнуть вопрос и посмотрела на Маэни.

– На рассвете, Ваше Высочество, – коротко кивнула страж.

Тело мгновенно охватила дрожь. Над губой выступила испарина. Крупные капли пота медленно потекли по спине, чертя дорожки. Я думала, что смогла преодолеть ужас перед этой женщиной, но…

… Другая комната. Другое время. Я сижу и медленно вышиваю, но вышивка идёт плохо. Стежки неровные и кривые, нитки рвутся. Тристан уже неделю не приходил ко мне в спальню. Во дворце давали вчера бал, но меня не позвали.

Мысли в голове путались, страшно болела голова и иногда казалось, что вся эта жизнь – ненастоящая.

Дверь с треском распахнулась.

Только одна женщина входила сюда так бесцеремонно, и я мгновенно склонилась как можно ниже, подметая юбкой пол.

Нет-нет. Я не должна вызывать гнев императрицы. Кто я такая? Всего лишь жалкая приживалка, нищая дворянка, взятая из милости в великий род.

– Ваше Величество! – Пролепетала, чувствуя, как от дурного предчувствия холодеют руки и ноет спина.

– Маленькая дрянь! Как ты посмела вчера не только выйти из комнат, когда всем известно, что ты была больна, но и встретиться с послом Аррунарии! – Голос свекрови взвился под потолок.

Он напомнил мне шипение разъярённой змеи.

Она зла настолько, что потеряла над собой контроль – мелькнула мысль, и всё внутри затряслось от ужаса.

Желудок сжался. Я поспешно упала на колени, понимая, что разговаривать бесполезно. Эта женщина не станет меня слушать. И уж тем более ей безразлично, что я только выглянула из комнаты, потому что голова болела совсем нестерпимо, а служанки на вызовы не отвечали. Посол – высокий грузный арруниец с зеленоватой кожей, заплутал в наших извилистых переходах и был рад увидеть хоть одну живую душу!

Как ни странно, стражи на месте не оказалось.

Мы и поговорили всего две минуты. Я только успела объяснить, что он попал на закрытый этаж и ему следует вернуться к лестнице, свернуть направо, и…

Я ничего не говорила про бал.

Удар обрушился как всегда – внезапно. Но в этот раз Хелени Мъярг как с цепи сорвалась.

Длинный тонкий хлыст не оставлял внешних следов на коже. Зато внутри...

– Ай! – сорвалось с губ.

Я вжала голову в плечи – знала, что свекровь не любит криков. После этого мне доставалось ещё сильнее.

Красивое холодное лицо императрицы исказила гримаса отвращения.

– Жалкая гулящая девка! Порода я тебя мало! Что ни делаешь а ты всё ноги переставляешь, гадина живучая! – В ярких синих глазах этой женщины без возраста промелькнула такая лютая ненависть, что на миг я опешила.

Потом чужие слова дошли до разума.

– Я не…

– Дрянь! Ты отправишься к богам и освободишь, наконец, Тристана! Эти твари вздумали говорить, что с принцессой обращаются, как с половой девкой!

Следующий удар опрокинул на пол.

– Ты и есть половая девка! – Свекровь почти визжала.

Никогда я не видела её такой.

Голову. Нужно прикрыть голову!

Я поняла, что падаю. Раздался треск, показалось, что мир вокруг закачался, и сознание уплыло.

Помню, тогда я болела очень долго – месяца четыре, что при уровне целителей императорской семьи было немыслимо. А когда пришла в себя достаточно, чтобы стоять на ногах, застала мужа с любовницей.

Разум не выдержал нового удара. За этим последовала ссылка, и…

– Ваше Высочество, с вами всё в порядке? – Грубоватый хриплый женский голос вырвал из липких воспоминаний.

Спину охватила фантомная боль.

Я моргнула. Медленно. Потом ещё раз. Пальцы дрожали, кожа на запястьях чесалась, и я с трудом сдержала себя, чтобы не поскрести её ногтями.

– Всё в порядке, – резко ответила, встряхиваясь.

Я больше не та забитая, сломанная и запуганная девочка-принцесса.

Я заставлю заплатить эту женщину за каждый удар. За каждую секунду моей боли. За каждое мгновение мучений моих братьев.

Да, я позволила себе немного расслабиться и забыться. Плыть по течению и наслаждаться тёплыми спокойными днями.