Повелитель чудовищ (СИ) - Плотников Сергей Александрович - Страница 16

— Ну так… Западное нагорье, Черепашья лестница, дом с синей крышей, возле которого смоква растет, — тут же сориентировался пацан. — Вам записку отнести? Дайте грошик!

Лестница выглядела пустынной, я сомневался, что по жаре тут много будет бегать потенциальных курьеров. Кроме того, Западное Нагорье в целом как район пользовалась не самой доброй славой. Поэтому прикинул географию — куда из Западного Нагорья удобнее бежать, сказал пацану: «Подожди!» и дописал записку для Элсина. Теперь она гласила: «Приходи срочно. Вторую записку отправь Т. Н.» После чего указанный мальчишкой адрес. На записке для Теи я тоже надписал адрес, запечатывать, естественно, не стал — во-первых, нечем, во-вторых, смысл от Элсина таиться? Так что я сунул парню обе записки, одна завернутая в другую, и велел ему держать курс на химерологическую станцию — в это время Элсин должен быть там, если я верно помню его расписание, — и отдать только магистру Бьеру лично в руки, больше никому.

— А если его там нет, то до Академии пробежаться? — спросил мальчишка.

— Ого! — удивился я. — Ты, выходит, магистра Бьера знаешь?

— Слыхал! — степенно кивнул мальчишка. — Это он съедобных химер придумал и как под водой дышать. Но видать — не видал. Вот и посмотрю!

Я дал мальчику медяк из числа найденных при обыске «малины» — меня-то самого ограбили.

— От Бьера чешуйку получишь, если не будешь мешкать. А вздумаешь кому-то другому записку понести… — я хмуро посмотрел на парня. — Замариную тебя, как тех химер!

Пацан снова степенно кивнул.

— Не, не бойтесь, добрый господин, я в ватаге Вихрача, мы честно промышляем! Если взял — донесу кому надо, как ветер, хоть кого спросите!

Спросить мне было некого, но в любом случае записка не содержала никакой лишней информации, даже вместо имен я постарался ограничиться инициалами. Мало ли.

Так что я отправил мальчишку и принялся ждать — и готовиться. Не то чтобы прямо серьезно, строить баррикады и отстреливаться из-за них огнем я не собирался. Но продумать, как заманить возможных бандитов, прибывших на подкрепление, внутрь дома и их вырубить магией Жизни, чтобы потом спокойно убить и допросить в виде умертвий — продумывал.

Эх, жаль все же, что ни магией Жизни, ни магией Смерти толком нельзя убивать! Магия Смерти, внезапно, вообще для этого не приспособлена, она воздействует только на уже мертвое. А магией Жизни я при касании могу, конечно, воздействовать на организм так, что он с шансами от этого помрет — но тут нужно именно коснуться, продиагностировать, целенаправленно долбануть, скажем, чтобы давление скакнуло в слабом месте… Ведь я не «регулирую» живой организм, не могу в нем что-то по желанию «подкрутить»: мне доступна только стимуляция. Небоевая способность, короче! Самый быстрый «стандартный» трюк — это усыпление, его можно делать мимолетным касанием, без диагностики… И, кстати, есть риск им убить, если применишь на ослабленном или больном организме. На него-то я обычно в бою и полагался, если надо было нанести нелетальные повреждения, при этом меня не волновала небольшая вероятность, что человек реально скопытится.

В общем, не успел я обдумать план действий чуть сложнее как «Открываешь им дверь и хлобысть их с порога чем-то тяжелым», как я услышал властный стук во входную дверь — она же дверь на улицу. Эта дверь располагалась в крошечном внутреннем дворике, затененном упомянутой смоквой.

Дверь закрывалась на засов изнутри, я, конечно, его задвинул, чтобы избежать внезапных гостей. А подойдя и аккуратно заглянув в смотровую щель, увидел не левого бандита, а вполне знакомое лицо — Элсин Бьер собственной персоной! Как всегда в черном, как всегда собранный и спокойный. Ни хрена себе он рекордсмен!

Я распахнул дверь.

— Ну ты даешь! — оценил я. — Мальчишка к тебе должен был вот только-только добежать!

— Он уже семь минут назад появился, — каким-то механическим тоном сказал Элсин, переступая порог и внимательно глядя на меня. — Я задержался только затем, чтобы отправить записку с чайкой. А дальше накачивался Смертью. В результате перебрал лимит и драться с ускорением прямо сейчас не смогу, но я решил, что раз ты написал «срочно», да еще адрес в злачном районе, то скорость важнее.

— Правильно решил, — уважительно кивнул я, задвигая засов обратно. — И ты очень вовремя, потому что в любой момент…

Я осекся: Элсин сделал жест мне замолчать, зачем-то взял мою руку, подержал немного, отпустил. Выдохнул.

— Хорошо, — сказал он. — Теперь рассказывай.

— Что это было? — удивился я. — Ты меня что, Смертью сейчас прощупал?

Он кивнул.

— Что тело живо и в обычном состоянии, я и так вижу. Проверял, жив ли мозг. Я так понимаю, это эхо истории с борделем? В деле запутан минимум один нечистоплотный некромант, может быть, и два. Яд, который убивает мозг и оставляет тело живым, Кодекс запрещает применять на тех, у кого нет дара магии Смерти. Но у тебя дар Смерти есть. Всякое могло случиться. Тем более я тебя уже больше суток не видел. Теоретически, за это время хороший специалист мог успеть составить программу правдоподобного поведения.

— Да ладно, — поморщился я. — Не такое серьезное дело. Просто, похоже, мы нарвались на идиотов! Или на Нейгартов. Или на Нейгартов, которые при этом идиоты — обычное дело!

Я только начал рассказывать, что со мной случилось, как Элсин перебил меня теми же словами.

— Мало я тебя гонял!

Кажется, он не на шутку разозлился — надеюсь, не на меня? Хотя в целом я почти заслужил.

— Мало, — признал я. — Будем это исправлять. Так я недоговорил, сюда бандиты могут в любой момент явиться…

И тут дверь во внутренний дворик сорвало с петель! Тяжелые доски пролетели через весь дворик и разбились о стену дома с противоположной стороны. Я машинально пригнулся, Элсин — то ли машинально, то ли сознательно, — шагнул так, чтобы заслонить меня собой.

Но защита моей хрупкой тушке не требовалась… ну или не в этом смысле. В проеме дверей стояла Ройга Глерви, как всегда со спокойно-презрительным выражением лица, идеальным макияжем, прической и столь же идеально отрегулированным вырезом на черной блузке — вполне пристойно, но глаз сразу залипает! А позади нее, свободно заглядывая из-за плеча благодаря более высокому росту, маячила моя любимая. Вот ее лицо пылало абсолютно неотредактированной яростью! К счастью, эта ярость точно была направлена не на меня!

— Влад! — Тея заметила меня первой, ломанулась мимо Ройги и бросилась ко мне, немедленно повиснув на шее. — Влад, ты живой⁈ Не ранен⁈ Что с тобой случилось⁈

— Ну вы и быстро… — только и мог сказать я, обнимая и целуя Тею в ответ.

— Она меня заставила себя нести, — фыркнула Ройга. — А то бы я еще быстрее примчалась. О, смотрю, фиалочка тоже здесь… Ну, рассказывайте, в чем дело?

Я в двух словах обрисовал ситуацию: подловили, как дурака, на улице, ударили по голове, очнулся — гипс… в смысле, темный подвал. Дальше выбрался и всех убил, это понятно. Поднять пока не поднимал и допрашивать не допрашивал. Оба вполне целые.

— Плакала моя засада… — пробормотал я, оценивая вынесенную дверь.

— Ничего, — хмуро сказала Ройга, — она плакала уже тогда, когда ты отсюда мальчишку с письмом отправил! Так, давай, показывай, что это за засидка. Наверняка Элсин хоть один тайник в стенах да пропустил!

— Я вообще еще ничего не осматривал, — покачал головой мой учитель. — Не успел.

— Тем более показывайте! И быстрее, а то Тея еще отряд из крепости заставила сюда выдвинуться, они скоро будут. Вот пока без свидетелей, давайте затрем, если где следы огня остались. И на трупах тоже, само собой.

Интерлюдия. Тея Нейгарт и семейные связи

Сказать, что Тея кипела, значит, ничего не сказать. Ройга нашла в том ужасном месте, где эти неприятные люди посмели удерживать Влада, не один, не два, — целых три тайника! Один был набит некромантскими эликсирами, другой — наличными деньгами и поддельными подорожными документами, третий… а вот в третьем оказались бухгалтерские книги, и это было серьезно. Олла и Ройга, запершись в кабинете заместителя коменданта крепости, изучали их уже несколько часов. Но даже из уже изученного следовало вне всяких сомнений: в создании борделей с умертвиями — а их в Великой Гавани оказалось целых три! — замешаны, похоже, оба ее так называемых «приемных брата».