"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 (СИ) - Карелин Сергей Витальевич - Страница 81

И побежал дальше.

Княжич попытался дёрнуть плеть на себя, но силёнок у него не хватило. Но и лассо отпускать он не намеревался, напротив, вцепился в него, как утопающий в соломинку. При очередном шаге дёрнул ногой, и Хлыстов упал. А затем его поволокло за мной.

— Ай! — возмущался он, глотая траву. — Стой! Ай! Ай! Ду…ай! Бов! Хва… тит!

А я всё бежал. Кстати, в этот момент меня посетила отличная идея, — пробежки с утяжелителями на ногах! Буду бегать меньше, а уставать больше. То, что надо, чтобы сделать себя сильнее.

Наконец, мне надоело бегать, а княжичу — подстригать газон. Ну, он мне, конечно, об этом сам не сказал, но, судя по забитому травой рту, это было именно так. Его глаза бешено вращались. Он выплюнул сено и заорал:

— Тебе конец, Дубов! Я тебя на люля кебаб пущу!

Ммм, люля кебаб… Никогда не пробовал, но звучит очень вкусно!

Чёрт, мысли о еде меня отвлекли, и княжич вдруг оказался совсем близко от меня. Вокруг его кулаков появились огненный бинты, и он ударил меня прямым слева. Я увернулся. Далее последовал хук правой, и я присел. Огненный кулак пролетел надо мной.

А я провёл апперкот. Зубы Хлыстова громко щёлкнули. Дубовый Инсект на кулак не призвал, чтобы случайно голову ему не пробить. В самом деле ведь учиться ещё вместе! Да и Инсектом своим он пользуется грамотно, только сам по себе действует тупо.

Княжич мотнул головой, мгновенно пришёл в себя и снова атаковал. Огненный удар слева я остановил правой рукой, развернув корпус. Затем ударил тыльной стороной правой ладони. Резко и хлёстко, одновременно повернув корпус обратно. Пощёчина получилась, что надо. Хлыстов отступил назад. Его глаза разбегались в разные стороны.

Пришёл в себя и взбесился, заорал и бросился на меня, как быкв простой и незамысловатой атаке. Он хотел, было, схватить меня поперёк туловища и пройти в ноги, только я остановил его ударом колена. Княжич заблокировал его руками и выпрямился. Тогда я схватил его за плечи. Он меня тоже. Огненная плеть, обвитая вокруг его ладоней, прожгла рубашку. Которую я недавно справил.

Блин, опять новую покупать!

Щупальца за спиной Хлыстова пришли в движение и впились в спину сзади. Мгновенно сделал спину и руки дубовыми. Морёное дерево отлично держало температуру огненных плетей. Я притянул к себе княжича и ударил его лбом.

— Ик! — выдал он. Хлысты и щупальца пропали, глаза сошлись на переносице, и княжич Родион Хлыстов упал без сознания в траву.

— Не-е-е-ет! — я услышал крик и обернулся.

Шатен Горничев нёсся на меня, превратив кулаки и голову в шипастые костяные шары. Только головной шар был больше и с глазами, но всё равно весь покрытый острыми и толстыми иглами. Да, такого лбом не вырубишь. Поэтому я встретил его пинком в живот, а когда тот упал, добавил дубовым кулаком по морде пару раз. Шипы рассыпались на осколки от ударов, а костяной шлем покрылся трещинами и смялся. Горничев тоже потерял сознание, и его Инсект исчез. Да, ему не помешали бы ещё тренировки.

Я вошёл в маленький купол, где гудел генератор, вырубил его. Вокруг снова полилось щебетание птиц.

Молчанов и Малинин вцепились друг в друга.

— Я повезу всех в больницу! — орал брюнет с крысиным лицом.

— Нет, я! — отвечал второй.

— Стойте, ребята! — я положил обоим на плечи дубовые кулаки. Они веса словам ѳпридают. — Не хочу, чтобы вы ссорились, поэтому решу эту проблему за вас.

Взглянул на Молчанова, отчего кудряшки на его голове встопорщились.

— Ты не умеешь водить машину, — сказал ему.

— Нет, умею!

— Не-а, не умеешь. Ты в прошлый раз сбежал и своё не получил. Получишь сейчас.

— Ч-ч-что? Нет! Не подходи ко мне! — он выхватил перочинный нож, которым только ногти чистить.

— Брось его.

— Нет! Я тебя сейчас на лоскуты порежу.

Ну почему все аристократы такие упрямые? Я вздохнул.

— Во-первых, он мне даже кожу не проткнёт. Затупится. Во-вторых, серьёзно? Ты думаешь победить меня маленьким ножиком?

Молчанов взглянул на нож, отвлёкшись от меня, и я чапалахнул ему по руке.

— А-а-а! — заорал он, а бесполезная железка улетела в кусты. Надеюсь, никакой ёжик об него не поцарапается. Вторым чапалахом отправил его в глубокий нокаут.

— Ты, — я взглянул на Малинина. — Сидел в прошлый раз в шкафчике, верно?

Он быстро закивал башкой, что-то мыча. Бледные губы не разлеплялись.

— Водить умеешь?

— Д-д-д-д-д… — быстро затараторил он.

— Погоди машину заводить. Сначала дружков своих погрузи, а потом вези в больницу. Всё понял?

Он снова закивал головой. А я помотал своей. Никак они, блин, не научатся. Все трое жить будут, ничего я им не сделал непоправимого. Но поход наверно им придётся пропустить. Ну, сами так пожелали. Я потёр кулаки и ушёл с поляны. Граф Малинин пытался привести в себя пускающего слюни Хлыстова.

Извозчик сидел на козлах, курил папиросу и подставлял лицо заходящему солнцу. Вот жизнь у человека, а! Никаких тебе дуэлей. Сиди, лошадьми правь, на солнышко смотри. Но тут он заметил меня, и на лице появилось беспокойство.

— Всё в порядке, господин? Может, нужна полиция? Так я мигом…

— Нет. Просто спички детям не игрушка, а огненные хлысты и подавно. Господа внизу сами со всем разберутся, а меня вези обратно в отель. А оттуда поедем на вокзал. И пришпорь коней, надо успеть на вечерний поезд в Пятигорку.

— Как скажете, сударь!

Я забрался в экипаж, услышал щелчок кнутом, и карета начала набирать скорость под ржание лошадей. Быстрый стук копыт сморил меня, и я очнулся уже возле отеля. Забрал там свои пожитки и отправился на вокзал. Благо тот был недалеко, всего в нескольких минутах езды.

Пятигорск казался сонным воскресным вечером. Улицы немноголюдны, так что к поезду мы успели.

Вечерний рейс в академию оказался полупустой, видимо, большая часть учеников уже вернулась. Неудивительно, все газеты и радио вопили о ночном нападении на городскую ратушу. Погибших хватало, поэтому многие свалили на утреннем поезде.. Так что я один развалился в большом купе. Опёрся спиной на спинку сиденья, одну ногу закинул на него же, предварительно сняв обувь, конечно же! Я же не хамло, какое-нибудь. Уважаю чужой труд.

Проводница принесла чаю с лимоном. Симпатичная, а униформа выгодно облегала все прелести её соблазнительной фигурки. Когда она нагнулась, чтобы поставить звонкий подстаканник на столик, юбка задралась и приоткрыла резинку подвязки, прицепленной к тёмным чулкам.

Обворожительно улыбнувшись, проводница ушла, качнув попкой, а я стал пить чай. Ехать совсем недолго, потому я, не теряя времени, наслаждался чудесным напитком и смотрел, как проносятся мимо напряжённые спины гор, покрытые прожилками снега.

Не знаю, что РЖД подмешивают в чай, но в поездах у него почему-то всегда вкус насыщенный и освежающий. Я даже успел выпить целых две кружки! Что ни говори, а из подстаканника и, правда, вкуснее.

В моей комнате всё осталось таким же, каким я помнил всегда.. Разве что на предметах ни пылинки, а кровать оказалась застеленной. В душе висели новые полотенца. Видимо, прошлась горничная. На всякий случай я проверил шкатулку, но она была на месте. Ну да, попробуй что-нибудь своровать у сына какого-нибудь князя. Найдут быстро и казнят шустро.

Я завалился на кровать и стал читать дневник отца. Он вёл свои записи в книжице с мягким кожаным переплётом, на кольцах крепились страницы, и не всегда одинаковые. Видимо, добывал бумагу, где мог или использовал ту, что была под рукой. Прошерстил дневник вдоль и поперёк, но не нашёл никаких упоминаний на вообще какие-либо цифры или числа: ни координат местности, ни дат, даже номера страниц, и те отсутствовали. Зато огромная куча полезной инфы о монстрах, Саранче и всяких секретах рода, которые я пока придержу при себе.

Может, не отец создал тот счёт, а кто-то другой? И я копаю не в том месте… Да, задачка. И её решение уплывало от меня всё дальше.

Чёрт, даже голова разболелась от всех этих раздумий! Сейчас бы на рыбалку, а не вот это вот всё… Но в ближайшем озере, о котором знал, я пролежал две очень странные недели. И возвращаться туда пока не планировал, хотя точно помню, что видел Изумрудную форель… Заказ на неё стоил бешеных денег!