"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 (СИ) - Карелин Сергей Витальевич - Страница 164

— А это у тебя что? — вдруг спросила она, показав на цветастый браслет на руке. — Оберег от женского внимания?

— Если это и он, — я взглянул на узор, будто увидел впервые, — то не работает.

Елена взяла меня за руку и поднесла её к лицу. Повела носом, принюхиваясь.

— Интересная вещица… Фонит магией.

Я пожал плечами.

— Я заметил, но не знаю, что она делает. Её подарил один юный гном в Гилленморе.

— Что ж, не снимай, и рано или поздно артефакт себя проявит.

— Как твой пояс с кармашками? — Я протянул руку и снял с её фиолетовых волос клок такой же фиолетовой шерсти.

Она облокотилась на стойку, отчего декольте блузки слегка приоткрылось. Я еле смог отвести взгляд. Всё-таки замужняя женщина! А она цапнула клок шерсти.

— Скажем так, я — торговка прогрессивная и радею за клиентоориентированность. Ты вот, например, уже в который раз приносишь добычу мне, а деньги тут же спускаешь на алхимию и артефакты. А я только за!

Усмехнувшись, я попрощался с торговкой и деньгами. На улице шёл проливной дождь, город накрыли сумерки. А меня у выхода из лавки уже ждали. Под потоками воды меня обступила дюжина полицейских. Старший и самый рослый из них заговорил первым. Ростом он доходил мне до плеча.

— Господин Дубов, вы должны пройти с нами, — говорил он неуверенно и постоянно оглядываясь на товарищей.

— Зачем это?

— Нам… просто приказали привести вас. Шеф полиции, Сергей Никитич.

Вода заливала испуганные лица стражей порядка. Нескольких я даже узнал– они принимали участие в бою, когда на нас напали во время бала. И они знали, на что я способен.

— Ему надо, пусть он ко мне и приходит. Знает, где живу.

— Я… я не должен это говорить, господин Дубов, но на вас подали заявления сразу несколько дворянских родов.

— Заявления⁈ — вскипел я. — Какие ещё заявления?

— Я не знаю. Я и этого вам говорить не должен был.

— Ладно, — хмыкнул и подошёл к нему. Неплохой вроде парень, будто даже честный. — Чёрт с вами, ведите. Посмотрим, что за обвинения выдвинули против меня.

По улицам неслись потоки воды. Промокшие насквозь горожане спешили укрыться от непогоды. Фары машин разрезали пасмурный полумрак и отражались в лужах, отчего свет скакал по стенам и окнам зданий. Прохожие оборачивались на нас, но ненадолго. Слишком уж разыгралась непогода. Сильный ветер гнул деревья, которые недовольно трещали в ответ.

В полицейском участке царил бардак. Большой прямоугольный холл, несколько рядов столов, кофейный аппарат в углу и скамейки вдоль стен. Кабинет Никитича был в дальнем конце. Служащие полиции допрашивали пятерых парней, которые сидели рядом с теми столами. Все они были так или иначе покалечены: у кого шея забинтована, у кого гипс на руке или повязка на носу или ноге.

— Он был ростом три метра! — орал один.

— Три с половиной! Бицепсы во! — показывал другой руками шар с радиусом полметра. Совсем чуть-чуть приврал.

— Да вы бы видели его глазищи! Точно вам говорю, наглотался каких-то зелий и пошёл всё крушить. Вот увидите, сегодня ещё не один пострадавший к вам обратится. Это настоящий зверь! — бесновался третий в мятой шляпе. — Если бы не зелья, мы бы его сами отделали, господин полицейский!

— Ещё и девку нашу увёл. Изнасилует, как пить дать! Кстати, у вас нет воды? Чистой. А то в луже грязная была…

Я узнал их. Те самые парни, что напали на Оксану. Неужели из-за них меня решил достать сам шеф полиции? Нет, на аристократов они не похожи.

— Дальше я сам, — бросил конвоиру, тот кивнул.

Я пошёл вдоль стены, не сводя глаз с «потерпевших». А они продолжали живописать в красках, каким ужасно сильным и опасным я был. Меня точно следует задержать и посадить на всю жизнь. Мне стало так весело, что я даже не удержался и хохотнул. Мой смешок прозвучал, как сигнал парохода, во внезапно наступившей тишине. Шайка меня заметила.

— Бу! — гаркнул я и топнул ногой.

— А-а-а! Это он! Схватите его! Арестуйте! Убейте! Он никого не пожалеет! Монстр! Выродок! — орали они наперебой, пытаясь спрятаться то под столом, то под стулом, то между ног сыщика.

А я хохотал. Потом махнул на юродивых рукой и вошёл в кабинет Никитича. Шеф полиции, невысокий и коренастый, рассматривал в зеркале шрам на шее. От пули наёмников.

— Вижу, поправились, — сказал я.

Никитич меня заметил и злобно зыркнул глазами через зеркало.

— Ага, поправишься тут. Ты хоть понимаешь, сколько работы мне устроил?

Я молча пожал плечами. Никитич сел и налил себе кофе в большую кружку.

— У меня до сих пор открытый больничный, а я здесь. Думал, что раз твой факультет на неделю ушёл в горы, то хоть вздохну спокойно. Дак нет же! Как только в газеты просочились слухи о Гилленморе, так мне всякие шишки телефон оборвали! Все хотели знать, что с их детьми, и почему такого человека, как барон Дубов, допустили к учёбе.

— Это не мне решать. — Я подвинул себе диван, стоявший у стены, и сел. — И не тебе. Звонили бы директору.

— Уверен, они и ему всю плешь проели. А теперь вот! Написали на тебя заявления, что ты был заодно с наёмниками и пытался убить их детей. А в Гилленморе подверг всех опасности, когда принёс какое-то проклятье к гномам… Требуют, чтобы тебя наказали по всей строгости закона и исключили из академии.

— Чушь какая-то. Пусть утрутся.

Я встал и без спроса взял кружку, стоявшую на небольшой тумбочке. Налил из кофейника кофе и отхлебнул горячей жидкости.

— Вот и я так думаю, — споро закивал Никитич и сложил руки в замок. — Значит, мы думаем об одном и том же.

— О чём мы думаем?

— Что ты останешься здесь, а мы возьмём все необходимые показания, чтобы доказать твою невиновность. Процесс этот не быстрый, зато потом всё будет шито-крыто! Посидишь пока в комфортабельной камере до понедельника…

Я прыснул кофе.

— Чего⁈ У меня дел по горло!

Никитич вытер лицо салфеткой.

— У меня из-за тебя тоже! А так посидишь в камере пару дней, а город в эти дни насладится спокойной жизнью. И я тоже.

— Нет, — отрезал я и помолчал. Потом продолжил. — Зачем я здесь? На самом деле.

— Я же уже объяснил…

— Враньё. Это просто предлог. Если нужны мои показания, сделайте запрос в Имперскую Канцелярию. Вчера я уже рассказал всё статскому советнику. — При упоминании имперских ищеек полицейский побледнел. Да, они могли ему устроить сладкую жизнь, если он вдруг чем-то насолит им. Или просто окажется не к месту. — Зачем я здесь?

— Ладно… — прохрипел полицейский и кашлянул, прочистив горло. — Меня просили задержать тебя. Одно очень высокопоставленное лицо. Возможно, ты с ним уже встречался. Герцог Билибин.

— Да, — кивнул. — Встречался. Вчера. Что ему понадобилось?

— Не знаю, — покачал головой Никитич. — Просил найти тебя и задержать как можно скорее, мол, дело государственной важности. А тут ещё эти имбецилы битые. Вот я и решил, что спокойнее будет тебя арестовать на пару дней.

— Спокойнее для вас.

— Герцогу уже сообщили, наверняка он скоро…

— Дубов! — Дверь распахнулась. На пороге стоял взмыленный и мокрый, как курица, герцог. — Вот вы где! Я вас не искал разве что под юбкой у фройляйн Её Высочества. Те документы, что вы мне передали вчера, расшифровали. Готовится покушение на одного из сыновей Императора!

— Ну и? Звучит как проблема Императора, а не моя. — Я пожал плечами, повернулся к шефу полиции и протянул ему руки. Он сидел, открыв рот. — Ну, арестуете меня уже или нет?

Сергей Карелин, МИхаил Капелькин

Барон Дубов 4

Глава 1

Шеф полиции Никитич открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба. Мне так и хотелось сунуть что-нибудь ему между зубов, чтобы сломать этот цикл и вывести человека из транса. Но я не мог. Ждал, когда на меня наденут наручники. А их всё не надевали.