Две Кореи. Рождение разделенных наций - Ю Теодор Чжун - Страница 44

Чтобы помочь своим гражданам приспособиться к экономике, основанной на обороте наличных средств, Пхеньян повысил заработную плату, а также официально признал мелкие частные рынки, известные как чанмадан (наземные рынки), возникшие в голодные годы. Название обусловлено тем, что первоначально товары на этих нелегальных рынках, примостившихся на окраине города или в темных переулках, раскладывались поверх брезента прямо на грязной земле. Во времена «трудного похода» голодающие дети искали любую возможность украсть с этих рынков еду, хотя бы несколько зерен кукурузы. Чтобы хоть как-то контролировать черный рынок, правительство начало регулировать цены и взимать арендную плату за ларьки, которыми в основном управляли замужние женщины. На чанмаданах, которые иногда сравнивают с фермерскими рынками, продавалась не только сельскохозяйственная продукция, но и контрабандой ввезенные из Китая потребительские товары, такие как рисоварки, мобильные телефоны, русская водка и косметика. По мнению ученых, чанмаданы наилучшим образом отражают реальные цены и рыночную конъюнктуру Северной Кореи. К примеру, искусственно заниженные цены на рис после 2002 года выросли на 309 %, а кукуруза подорожала на 587 %. Безудержная инфляция ограничивала покупательскую способность простых людей, а парализующие экономику санкции мешали развитию торговли, тем не менее чанмаданы ознаменовали радикальный сдвиг не только в экономике, но и культуре Северной Кореи, поскольку новые продукты и идеи начали просачиваться через границу.

Параллельно с проведением болезненных экономических преобразований Север старался продемонстрировать свои сильные и уникальные стороны посредством спорта и культуры. Во время чемпионата мира по футболу 2002 года, который проводился одновременно в Японии и Южной Корее, КНДР тоже нашла способ привлечь к себе внимание всего мира, напомнив другой части полуострова об общих исторических корнях и культуре. С начала августа по сентябрь 2002 года в Северной Корее проходил первый фестиваль «Ариран» — грандиозное массовое гимнастическое и художественное представление на Первомайском стадионе «Рунградо» в Пхеньяне, вмещающем 150 000 человек, посвященное девяностой годовщине со дня рождения Ким Ир Сена. Хотя по популярности фестиваль не мог соперничать с Чемпионатом мира по футболу, в великолепном художественно-спортивном шоу приняли участие более 100 000 человек, что позволило включить его в Книгу рекордов Гиннеса как самое грандиозное событие такого рода. Фестиваль, в основе сюжета которого лежала популярная народная сказка о молодой паре, разлученной злым хозяином, через эмоциональные представления изобразил трагическое разделение Корейского полуострова после кровопролитной гражданской войны и стремление к воссоединению. Около двадцати тысяч школьников, занимавших одну сторону стадиона, синхронно поднимали над головой 150 цветных карточек, создавая удивительную человеческую мозаику из лозунгов и изображений, словно пиксели на огромном компьютерном мониторе. Сотни детей выбегали на арену, размахивая кимирсениями (фиолетовыми орхидеями) и кимченириями (красными бегониями), названными в честь Ким Ир Сена и Ким Чен Ира, и исполняли элегантные танцы, а тысячи гимнастов — сложнейшие хореографические номера под изумительную музыку. Солдаты орудовали штыками, демонстрируя свои боевые навыки, силу северокорейского народа и триумфальную историю революционной борьбы под руководством великого вождя. Массовые игры уходят корнями в «Цветочную гимнастику» времен антияпонской деятельности Ким Ир Сена, вдохновленную методикой Фридриха Людвига Яна (1778–1852), немецкого преподавателя гимнастики, разработавшего метод «Массентурнен»129 для подготовки детей к массовым соревнованиям. Она стала неотъемлемой частью крупных националистических движений, таких как «Сокольское движение» в Праге, Чехия, в 1862 году, а позднее — митингов Третьего рейха и коммунистических режимов Восточного блока.

Несмотря на свою закрытость, КНДР и прежде использовала спорт для демонстрации мастерства северокорейских спортсменов — символа успешности идеологии чучхе. Массовые игры «Ариран» были одновременно национальным праздником, транслируемым по всей Северной Корее, и презентацией для всего мира, демонстрирующей историю страны в увлекательной форме, от борьбы ее народа с японским колониализмом, его стойкости во время Корейской войны до утопического будущего. Хотя некоторые считают массовые игры чистой пропагандой, они также были способом донести до мировой общественности позицию КНДР по ключевым вопросам внешней политики, критиковали насильственное разделение страны (разлука несчастных влюбленных из народной сказки) и выражали надежду на воссоединение — последняя тема с годами ощущалась все отчетливее. Внешняя эстетика и невинность детей маскировали милитаризм и воинственную политическую позицию Севера. С 2002 года КНДР впервые стала допускать на массовые игры небольшие делегации из других стран (таких как Россия, Китай, Куба и даже Мексика). В 2005 году разрешение (хотя и временное) на участие в массовых играх получили южнокорейцы, благодаря чему в последующие годы КНДР посетило несколько тысяч туристов из разных стран. Игры 2002 года не ознаменовали собой вступление Северной Кореи в глобализированный мир, а скорее продемонстрировали ее умение использовать международное мероприятие для выражения своей мечты о воссоединении Кореи. Однако это послание так и не было услышано в США.

Ось зла: дурная репутация Северной Кореи

29 января 2002 года в своем ежегодном обращении к Конгрессу «О положении дел в стране» президент Джордж Буш назвал Иран, Ирак и Северную Корею государствами-изгоями, образующими «ось зла», чье гнусное стремление к созданию оружия массового уничтожения является угрозой для всего мира. Новая жесткая политика Буша фактически положила конец разработанному при администрации Билла Клинтона Рамочному соглашению, которое регулировало отношения КНДР и США. Метафора «оси зла» не только определила новый вектор политики США, но и породила целую индустрию американских фильмов, книг и видеоигр, таких как Apocalypse, Crysis, Homefront и Red Dawn, в которых Северная Корея заменила Советский Союз и Китай в качестве заклятого врага Америки. По мере того, как метафора «оси зла» получала все большее распространение, администрация Буша стремилась побудить американский народ поддержать его кампанию по борьбе с терроризмом.

Северная Корея стала объектом грубых пародий в ситкомах и комедийных шоу, таких как Saturday Night Live, а также материалом для видеоигр и боевиков. Журнал Newsweek дал Ким Чен Иру прозвище «Доктор Зло» — имя сыгранного Майком Майерсом вымышленного персонажа из популярных фильмов об Остине Пауэрсе, который регулярно разрабатывает планы по уничтожению мира вместе со своим подручным Мини-Ми (букв. «мини-я»), его клоном-карликом, и Номером 2, своим заместителем, который носит повязку на глазу и управляет компанией Virtucon Industries. Стрижка-«площадка» и огромные солнцезащитные очки Ким Чен Ира сделали его мишенью для насмешек. Северокорейские пропагандистские каналы, прославлявшие великого лидера, только подливали масла в огонь. В полнометражном кукольном мультфильме 2004 года «Отряд Америка: Всемирная полиция» (англ. Team America: World Police) Ким Чен Ир предстает в виде злобного диктатора, который скармливает инспектора ООН по оружию своим акулам. Центральное информационное агентство Северной Кореи обвинило создателей фильма о Джеймсе Бонде «Умри, но не сейчас» (англ. Die Another Day, 2002) в подлой и грязной клевете. В этом боевике Джеймс Бонд (Пирс Броснан) попадает в плен к северокорейским агентам и должен отбыть длительный срок в тюрьме, но затем его таинственным образом освобождают, и он преследует северокорейского террориста Цао (его играет американский актер корейского происхождения Рик Юн) по всему миру. Три года спустя Вин Дизель, ставший знаменитым благодаря фильму «Форсаж» (англ. Fast and Furious), снялся в комедии в роли морского котика, который должен защитить пятерых детей от пары северокорейских агентов под прикрытием. Когда киностудия MGM решила снять ремейк «Красного рассвета» (англ. Red Dawn), патриотического фильма о холодной войне, который вышел в 1984 году и пользовался успехом у зрителей, она хотела сохранить основную сюжетную линию о группе детей из американской глубинки, которые организуют партизанский отряд и отражают советское вторжение, однако нужен был новый злодей, поскольку холодная война закончилась в 1991 году. Когда продюсеры решили заменить русских на китайцев в качестве агрессоров, это вызвало серьезную обеспокоенность у потенциальных дистрибьюторов, которые опасались, что негативная реакция может повлиять на китайско-американские отношения и иметь долгосрочные последствия для киноиндустрии, поскольку Китай представлял собой важный рынок сбыта для американской продукции. Тогда кинематографисты, не опасаясь экономического возмездия, сделали злодеями северокорейцев.