Маленькое чудо для миллиардера. Моя тайна (СИ) - Арно Мари - Страница 22

— Иди к тому, от кого залетела! — взревел, едва вскрылась правда о моей беременности. — Думаешь, я не узнаю, с кем ты проводила время? С этим подонком Титовым!

Эти слова остались в моей памяти навсегда, перечеркнули все то хорошее, что когда-то было связано с папой. А потом на нас с Ириской и вовсе взвалилась неподъемная ноша — после смерти папы у него арестовали все имущество, включая недвижимость, счета. Мы остались без денег в кармане, без жилья. Поэтому мне пришлось перебраться в ту комнатушку на окраине города, ведь на большее денег попросту не хватило. Мы с дочерью просто пытались выжить…

Глава 21.1

При написании главы автор вдохновлялся музыкой Kaleo — Way Down We Go:)

Я смотрю на Титова и, кажется, впервые за долгое время вижу его настоящего. Маска равнодушия, холода и отчуждения слетает, когда он преодолевает расстояние между нами и хватает меня за плечи. Чуть сжимает их, шумно дышит.

Вижу, как его взгляд бегает по моему лицу, словно пытаясь найти невербальные ответы.

— Я каждую чертову секунду думал о тебе. Считал, что ты меня предала ради отца.

— Я никогда бы так не поступила, — проглатываю ком, подкативший к горлу. — Я любила тебя.

— А сейчас? — кажется, задает свой вопрос на автомате. Он понимает, о чем спрашивает? Или это от безумия, что охватило его после услышанной правды?

— Это уже ничего не меняет, — не могу на него смотреть, поэтому прикрываю глаза.

Я не хочу выглядеть в его глазах жалкой или сломленной, не хочу быть одной из тех, кто слезами завоевывает себе послабления или поблажки. Просто сейчас у нас одни эмоции на двоих.

Максим о чем-то жалеет. О том, что облажался? Ведь по сути, так и есть. Драконы тоже ошибаются, могут оступиться, правда, признаваться в этом не хотят. Иногда бывает слишком поздно. После их гнева остаются одни лишь обломки да пепел.

Или Титов жалеет о несбывшейся любви? О том, что потерял?

Но любовь никуда не делась, она все еще здесь, в моем сердце. Я, наверное, дура, раз готова простить все обиды, готова простить ошибку, которую совершила не одна. Титов любит рубить сгоряча, у него слишком вспыльчивый нрав. Вот только в нашем случае он мог включить трезвый расчет, подключить все свои связи и разобраться, в чем была истинная причина моего поведения и обмана.

— Я всех на уши поставил, — продолжает Максим, словно прочитав мои мысли. — Подключил самых лучших из службы безопасности, но... Черт возьми, ничего не понимаю. Как такое возможно?

— Я не врала тебе. И собиралась рассказать правду, — все-таки открываю глаза.

— Все указывало на то, что Шувалов тебя подослал.

— Ты мог просто найти меня и поговорить, — качаю головой, горько усмехнувшись. — Я бы не смогла тебе соврать. По-крайней мере, тогда.

Максим хочет что-то сказать, но до моего слуха доносится плач малышки. Сердце сразу екает, ускоряет ритм.

— Я пойду, Ириска... Она может испугаться, — убегаю, не дожидаясь ответа Максима.

Он меня и не держит, выглядит растерянным, что для меня тоже в новинку. Я привыкла, что Титов всегда собран и максимально сосредоточен, но судьба-злодейка беспощадна даже к таким королям жизни, как он.

В любом случае, сейчас нам лучше побыть наедине со своими мыслями. Какими бы тягостными и сумбурными бы они не были.

Нам нужно подумать о том, что будет дальше.

Глава 21.2

Спускаемся с Ириской позавтракать и замираем, увидев на столе огромный букет из белых роз. Их очень много, наверное, штук сто, если не больше!

— Ляля! Ля-ля! — хлопает Ириска в ладоши, очевидно, выражая свое восхищение. Я ее понимаю, сложно не восхититься такой красотой.

— Да, малышка, они очень красивые.

Подхожу ближе и вдыхаю их нежный аромат. Записки нет, но итак понятно, кто их здесь оставил. Неужели Титов таким образом решил попросить прощения?

К сожалению, одними лишь цветами не загладить ту боль, что поселилась в моем сердце. Но не думаю, что Максим настолько самоуверен в этом вопросе, возможно, он готовит почву для продолжения разговора.

Как бы там ни было, цветы поднимают настроение и мне, и дочери. То и дело бросаю на них взгляд, пока играю с Ириской. Спустя полчаса к нам присоединяется Нина Сергеевна.

— Батюшки, какая прелесть! — восклицает она, не скрывая своих эмоций.

Этим безумно импонирует, располагает к себе. Ариша тут же оживляется и на четвереньках торопится к женщине.

— Максим Викторович, я смотрю, времени зря не теряет, — улыбается Нина, поднимая Ириску на руки. — Прислушался к моим словам.

— А что вы ему посоветовали?

— Бороться за свое счастье всеми способами.

— Так вы в курсе произошедшего?

— Я знаю, что в прошлом вы были очень близки. Как ты понимаешь, пришлось клещами вытягивать из Титова признание. Или ты о другом? — смотрит внимательно Нина Сергеевна.

А я вдруг понимаю, что мне очень хочется ей все рассказать. В голове сумбур после вчерашнего, ни единой ровной мысли, возможно, можно посоветоваться с Ниной, раз она «в теме» наших с Титовым отношений.

— Хочешь мне о чем-нибудь рассказать? — улыбается женщина, словно заметив мои внутренние метания.

— Да, хочу, — не могу не ответить на ее ожидающую улыбку, а позже и вовсе вываливаю все, что накопилось на душе.

— Знаешь, что я тебе скажу, моя дорогая, — Нина Сергеевна накрывает мою ладонь своей. Ириска тут же повторяет за ней, принимая все за игру и заставляя нас заулыбаться. — Мы все ошибаемся. Имеем на это право, ведь мы всего лишь люди. Важнее другое, — улыбка Нины становится грустной. — Уметь прощать. Если вы все еще любите друг друга, вам стоит над этим хорошенько подумать. И не забывайте — вам есть за что бороться.

Перевожу взгляд на Арину, что удобно устроилась на коленях у Нины. Она ведь даже не догадывается, о каких серьезных вещах сейчас идет речь. И вправе ли я лишать дочь быть с отцом? К тому же, я и сама все еще люблю Максима, просто нам нужно немного времени, чтобы во всем разобраться.

— В вашей жизни была подобная история? — переключаюсь на Нину Сергеевну, понимая, что за ее мудростью стоит опыт.

— Была, — кивает она. — Мы любили друг друга, но не смогли перешагнуть через сложности, что появились у нас на пути. Мы были людьми из разного круга, и я решила, что мне будет легче ужиться со своей обидой и гордыней, нежели попытаться построить с ним счастье.

— И вы не виделись больше? С тех пор?

— Нет. Мне не хватило смелости взглянуть в глаза своей самой большой ошибке в жизни, — Нина несмотря ни на что держится, хоть глаза ее и полны слез. — Поэтому я не хочу, чтобы история повторилась. Максим — очень хороший человек, но не без недостатков.

— Я знаю, — соглашаюсь с ней, понимая, как перед глазами проносятся кадры из прошлого. Я не совсем успела изучить Титова, узнать все его плюсы и минусы. Но даже таким он мне безумно понравился.

Понравился так сильно, что я не смогла забыть спустя время.

— Одно я знаю точно, Яночка, — подает голос Нина Сергеевна, серьезно смотря мне в глаза. — Жалеть о несбывшемся куда сложнее, чем переступить через обиды.

Глава 22.1

Слова Нины Сергеевны врезаются в самое сердце. Как и она сама — мы с Ириской успели к ней здорово привязаться.

Ближе к вечеру меня охватывает странное волнение. И оно только усиливается, когда я слышу, как открылись ворота, и во двор заехала машина. Титов вернулся. Сегодня он как никогда пунктуален, а я-то надеялась на то, что смогу еще немного побыть наедине со своими мыслями.

Может запереться в комнате и не выходить?

Господи, ну это уже детский сад какой-то.

Откидываю в сторону мокрое полотенце, злясь на себя за дурацкие идеи. Волосы почти высохли, даже фен не понадобился — голова буквально кипит от размышлений.

Ириска бы рассмеялась над моими переживаниями, если бы с ней можно было поделиться этим. Как хорошо, что она пока еще маленькая булочка, которой нет дела до взрослых проблем. Очень хочу оградить ее от плохого.