Падение вверх (СИ) - Кадуцкая Татьяна Владимировна - Страница 68

— Лучше его сейчас не трогать, — посоветовала новая знакомая. — Душан поссорился невестой, вот и злится.

— Откуда ты его знаешь?

— Я знаю не его, а невесту.

Дамаскинская не стала развивать опасную тему, лишь пожелала:

— Надеюсь, у них всё наладится.

Но, оказалось, это были не все сюрпризы на сегодня. Лилея разговаривала с Одарой, когда подошли трое: двое мужчин и женщина. Первым шёл высокий грузный ведьмак, чей облик кричал о власти и богатстве, рядом с ним — женщина помоложе, учитывая сходство, сестра или дочь. Светлые волосы были модно завиты, а от блеска драгоценных камней на шее и руках хотелось зажмуриться. Ведьма с чувством превосходства поглядывала на окружающих и держала под руку… Лилея не поверила глазам, узнав бывшего жениха — Илью Колосова. Все эти годы они не виделись, даже случайно. И надо же было столкнуться именно сегодня!

— Милые дамы, мы рады приветствовать вас!

— Благодарю, господин Гавердовский! — Одара вежливо улыбнулась старшему из мужчин. — Чудесный вечер, не правда ли?

— Несомненно! — банкир посмотрел на её спутницу. — Примите наши поздравления, госпожа Дамаскинская. Мой зять много рассказывал о вас.

Верховная удивлённо глянула на молодого ведьмака, потом на подозрительно молчаливую женщину:

— Вы знакомы?

С обаятельной улыбкой в разговор вмешался Колосов.

— Да, знакомы. Мы добрые друзья с Лилеей, — и тепло посмотрел на ведьму, ожидая, что она подтвердит его слова.

Дамаскинская склонила голову набок.

— Простите, но я не помню вас.

Улыбка сползла с холёного лица.

— Лили, ты что?! Как не помнишь?! … Мы же жили рядом! В Зорне!

— Да?.. — ведьма недоверчиво хмыкнула и пожала плечами: — Нет, не помню. Я давно живу в другом городе, а мои друзья всегда рядом. Извините, — и она повернулась к Верховной. — Одара, нам пора!

Может, это было невежливо, но Дамаскинская никогда не отличалась всепрощением. А в случае с Колосовым прощать было глупо, потому что она давно поняла: он любит тех, кого выгодно, и дружит с теми, кто может ему пригодиться. Такие потребители в ближайшем окружении ведьме были не нужны.

* * *

После Бельтайна жизнь потекла своим чередом. Вхождение в «Круг тринадцати» почти никак не сказалось на жизни Лилее, разве что у неё появилось тринадцать новых знакомых. И всё было неплохо, пока она случайно не встретила ту самую ведьму Неду и не узнала, что её подруга отменила свадьбу с Душаном. Дамаскинская чувствовала, что в этом сыграла свою роль прошлогодняя история, и, наплевав на всё, позвонила мужчине.

— Надо встретиться.

Он узнал голос.

— Зачем?

— Через час я жду тебя, — и ведьма продиктовала адрес.

У неё были опасения, что Зеравица может отказаться, но в назначенное время он появился на пороге кафе. Лишь нахмурился, когда попал под Отводящий полог.

— Прячешься? — усмехнулся ведьмак, присаживаясь за столик.

Лилея смотрела серьёзно:

— Почему вы отменили свадьбу?

Он недовольно прищурился, но ответил:

— Я всё рассказал Маришке.

— Зачем? — не выдержала женщина.

И в тот же миг вздрогнула от ненавидящего взгляда.

— А что, ты собиралась шантажировать меня вечно? Удобно, наверное, иметь послушного пёсика, способного уломать самого Экмедича.

Ведьма растерянно моргнула:

— Какой пёсик? Какой шантаж? И причём тут твой Старший?

Душан зло усмехнулся:

— Вот только не надо изображать неведенье!.. Ещё осенью ко мне приходил твой покровитель и предъявил счёт, так сказать: или я убеждаю Экмедича голосовать за тебя на выборах «тринадцатой», или моя невеста узнает о том, как я развлекался во время лечения на Таэльском море.

Лилею передёрнуло от услышанного, но она поверила Душану сразу. Голос ведьмака был горьким, убитым.

— Мой шеф уже давно продвигает идею, что в «Круге» должны быть не только женщины, но и мужчины. Он собирался саботировать выборы, чтобы принудить Старших и Верховную рассмотреть этот вопрос. Мне понадобился не один месяц, чтобы убедить Экмедича отступить... Так что поздравляю, «тринадцатая»! — Зеравица изобразил поклон. — Ты в «Круге».

Дамаскинская молчала, чувствуя, как мерзкие щупальца страха, разочарования и предательства сжимаются на горле, мешая нормально дышать.

— …А на Бельтайн твой покровитель или любовник, — Душан поморщился, — поблагодарил меня за «сотрудничество» и ясно дал понять, что это не последний приказ, который я должен буду выполнить… Но я сказал ему, и скажу тебе — не буду! Я не буду вашей марионеткой!

Женщина нервно потёрла лоб:

— Я ни о чём не знала.

— Хватит, Лилея!

— Я не знала, Душан! Я тебе больше скажу, — она сглотнула, — ты свои ниточки оборвал, пусть и такой ценой. А вот меня, похоже, ещё дёргает кукловод.

Ведьмак отвернулся.

— Мне всё равно. Мою жизнь вы основательно разрушили.

— Не торопись… Я разберусь.

— О нет! — мужчина вскинул руки. — Ради Живы! Я тебя очень прошу: не лезь больше ни ко мне, ни к Маришке! Я подвёл свою девочку, предал нашу любовь и больше не достоин её! А она пусть будет счастлива… подальше от таких, как ты и твой любовник.

Стул противно проскрежетал по полу, и Зеравица ушёл.

Дамаскинская сидела в кафе ещё долго. Думала. Вспоминала. То, что Гордей вёл свою игру, было понятно давно. Он сам когда-то признался, что видит Лилею в «Круге тринадцати». Но чтобы шантажировать и угрожать!..

Не выдержав, женщина поехала к Карицкому. Он был ещё в школе, занимался делами.

— Шестой курс опять что-то взорвал в лаборатории, — сообщила добродушная секретарша.

— Я подожду господина директора в его кабинете, — вымученно улыбнулась Дамаскинская.

Её провели и принесли чай. Но Лилея не могла успокоиться и усидеть на месте. Она бродила из угла в угол, какое-то время стояла около окна, наблюдая за учениками, потом перебирала безделушки на полках с книгами. Задержала взгляд на магоснимке, который стоял на столе директора. Её портрет! Когда-то это казалось таким милым, а сейчас рвало душу в клочья! Рука нечаянно зацепилась за что-то. Лилея успела подхватить падающее с полки украшение в виде цветов. Покрутила металлическую ветку и положила обратно. Даже странно было видеть у Карицкого такое, он не любил металл в интерьере... Интересно, это украшение тут давно? Наверное, да, потому что женщина не сомневалась, что видела его раньше.

— Лили? — в кабинет вошёл Гордей. — Какими судьбами? Опять что-то не так с приказами по экзаменам?

— Нет-нет, с документами полный порядок, — ведьма повернулась к нему. — Я сегодня встречалась с Душаном Зеравицей.

— Вот как?

— Оказывается, его свадьба расстроилась… из-за твоих угроз.

Карицкий хмыкнул.

— Из-за моих угроз или из-за того, что он изменил невесте?

Лилея нахмурилась.

— Случившееся тогда было ошибкой. И я… — она вовремя прикусила губу.

— И ты? — ведьмак ждал окончания фразы.

Дамаскинская не собиралась признаваться, что подозревает его.

— И я не хотела таких последствий.

— Но ты же созналась мне.

— Ты простил меня, а вот его — нет! — и она не выдержала. — Зачем ты это сделал?!

Ведьмак посуровел:

— Девочка моя, этот мир не прощает неудачников! Ошибся — плати!

— Но они любят друг друга!

— Никто не просил этого ведьмака спать с тобой! Достаточно было дружеского общения! А если Зеравица не способен удержаться от соблазна, то так ему и надо! — Карицкий стукнул по столу кулаком.

Лилея нервничала, переживала и не сразу обратила внимание на его последние слова. Горечь и сожаление выплеснулись слезами. Гордей тут же подскочил и принялся утешать женщину.

— Да не трону я его больше!.. Пусть катится в Бездну!

Глава 31

Лилея хмуро посмотрела на Эрмина Гросса.

— Ты явился в Баранган только ради юбилея матери?

— А что, это не достойный повод? — фыркнул приятель, удобно устроившись в кресле и уже выпросивший горячий чай у секретаря.