"Современный зарубежный детектив-24". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Цюча Лу - Страница 320

– Даже не знаю, живы ли они сейчас. Его отец умер еще до того, как они съехали отсюда. Виола уже не могла оплачивать такую большую квартиру. Я и тогда не понимал, зачем им такая. Я люблю, когда все под рукой. А поскольку за меня платят дети, живу здесь. Они тоже неподалеку. Вилли на Мортон-стрит, а Бетти – на Семнадцатой. Вилли работает автомехаником в Сан-Франциско, а Бетти заведует рестораном. Многие воротят нос от такой работы, но Бетти богаче их всех. В прошлом году она заработала больше десяти тысяч долларов…

– Она дружила с сыном Сандерсов в детстве?

Монолог Ната оборвался. Он забыл, зачем я пришел.

– Нет, – ответил он. – Вилли и Бетти были на пару лет моложе, чем Джей Ти и Сквайр.

– Сквайр?

– Если вы приятель Джей Ти, то почему ничего не знаете о его брате?

Я понимающе улыбнулся.

– Ведь мы же были в море, Джей Ти ничего не рассказывал о своей семье, да я и не спрашивал.

– Ну, он был не подарок. – Нат покачал головой. – Всегда мучил животных и избивал моих детей.

– Джей Ти?

– Сквайр. Джей Ти был застенчивым мальчишкой. Его что-то напугало в раннем детстве, и с тех пор он боялся многих вещей, особенно насекомых. Не мог видеть даже муравьев. А Сквайр, бывало, найдет дохлую стрекозу и бегает с ней за Джей Ти. А когда Виола бранила его, он обычно говорил: «Я просто хотел подарить ему стрекозу». Он был красивым и злым, как демон. Как-то раз я наткнулся на них в подвале. Сквайр избивал брата куском резинового шланга и повторял при этом: «Ты должен это сделать! Ты должен это сделать!» И наконец несчастный мальчишка, рыдая, берет большого полумертвого водяного жука и опускает его в свои штаны. И знаете, бедняга рыдал и катался по земле, а Сквайр плясал вокруг него, как колдун. Прямо как колдун.

– Почему же вы не остановили его, Нат?

Старик удивленно посмотрел на меня:

– Откуда вы родом, сынок?

– Из Техаса, Луизиана.

– У тебя наверняка было трудное детство?

Кивнув, я едва сдержал улыбку.

– Я всегда считал, что негры – они и есть негры. Негр должен быть крутым, чтобы выжить в жестоком мире. Я опасался, что, если буду добр с детьми, они решат, будто и весь мир добрый. Я держал их в строгости. А теперь они вносят за меня квартплату и покупают мне продукты. Правда, у них нет времени поговорить со мной. Уверен, что считают меня злым.

– Но у них все в порядке, – заметил я.

– Увидев, как Сквайр мучает своего брата, я сказал себе, что мальчишке нужно научиться драться. И мое сердце замирало, как и у Сквайра, пока бедняга мучился, но не от радости, а от возмущения.

Старик замолчал и уставился в окно.

После паузы я спросил:

– А вы знаете, где живет Виола?

– Нет, не знаю.

Когда я спустился вниз, мальчики ели мороженое из большой коробки, а женщина все так же смотрела через улицу.

Никто из них не обратил на меня внимания.

Глава 26

Адрес Виолы Сандерс я нашел в телефонном справочнике: улица Королевы Анны, дом 386а.

Улица Королевы Анны состояла всего из одного квартала. По одну сторону был незастроенный участок, а по другую – на склоне холма – восемь больших жилых домов.

Мы прочесали весь квартал, но, так и не найдя номера 386а, подошли к дому номер 386 и постучали во все четыре двери на первом этаже. До нас доносился звук включенного телевизора, и в длинном коридоре были видны отсветы телеэкрана.

Крохотный мальчуган подбежал к двери и остановился, глядя на нас.

– Во! – издал он возглас.

Вся его одежда состояла из полосатой майки, не доходившей до пупка.

– Арнольд! – крикнула женщина где-то в глубине квартиры, потом вышла в коридор, держа по младенцу в каждой руке. Еще двое детей цеплялись за ее юбку.

Она была среднего роста, светлокожая и хорошо сложена. Мини-платье с огромным вырезом прилипало к ее телу из-за жары. Взгляд ее казался бессмысленным – должно быть, из-за полуоткрытого рта. Все дети были разного цвета. Мальчуган в майке – такой же светлый, как и мать; близнецы-младенцы, которых она держала на руках, – черны, как уголь. Одна из девочек, около пяти лет, выглядывавшая из-за правой ноги матери, была коричневой, а ее маленькая сестренка, державшаяся за юбку с другой стороны, – почти белой и зеленоглазой с грязновато-светлыми волосами. Впрочем, все дети походили на мать взглядом: отсутствующим, слегка блуждающим.

Женщина, быстро осмотрев меня, повернулась к Маусу. Его темно-синяя рубашка свободно падала на серые брюки. Серые замшевые туфли облегали ноги Мауса. Сияние улыбки усиливал бриллиант, вставленный в передний зуб.

– Да? – обратилась она к Маусу, медленно и со значением.

Он чуть заметно поклонился:

– Мы разыскиваем Джей Ти Сандерса. Вы знаете его?

– Нет, – ответила она равнодушно.

Один из младенцев заплакал, и мать сказала:

– Ванесса, Тиффани, заберите их. – Она наклонилась и передала кричащего младенца и его молчащего брата двум маленьким девочкам. – Заберите их и Генри в большую комнату.

Девчушки, едва не падая под тяжестью своих братьев, направились туда, где мерцал экран телевизора.

Маленький Арнольд последовал за ними.

– Хотите зайти? – спросила женщина Мауса и открыла сетчатый экран, пропуская нас в холл.

Она привела нас в небольшую кухню, освещенную шестидесятиваттной лампочкой без абажура, с грязножелтыми стенами и рваным желтым линолеумом. Даже плитка над раковиной, доверху набитой посудой, была желтой. На двухконфорочной плите стояла огромная сковородка с недоеденным рисом. Когда-то белый потолок покрылся жирной копотью.

Но, кажется, грязь заметил только я. Хозяйка достала из холодильника бутылку пива и вручила ее Маусу. Они молчали, но их взгляды были полны невысказанных обещаний.

– Вы не знаете, где здесь дом номер 386а? – Я поторопился задать вопрос, прежде чем они упадут друг другу в объятия.

– Что? – спросила она.

– Как тебя зовут? – поинтересовался Маус.

– Марлен.

– Мы разыскиваем дом номер 386а, Марлен, – сказал Маус таким тоном, словно говорил о ее глазах или груди.

Марлен кивнула на маленькое окошко над раковиной:

– Это там.

Я увидел узкую бетонную тропинку, ведущую мимо дома номер 386 к небольшой группе строений, затерявшихся позади огромного жилого здания.

Арнольд стоял у двери, разглядывая нас. Из его левой ноздри текли зеленые сопли.

Маус выразительно смотрел на Марлен.

Я направился к двери. Меня догнал Маус:

– Подожди, Изи, ты не должен идти к нему один.

– Я решил, что ты занят.

Марлен проводила нас до двери. Маус остановился:

– Что ты делаешь вечером, Марлен?

– Ничего.

– Не возражаешь, если я загляну?

– Нет, нет, я буду дома.

Темная бетонная тропинка освещалась только луной. Слева от нее тянулся некрашеный деревянный частокол, предохранявший пешеходов от падения с шестидесятифутового обрыва во двор дома Марлен.

Преодолевая крутой подъем, мы с Маусом тяжело дышали. На вершине стояли семь строений под разными номерами.

В доме номер 386а горел свет.

Переглянувшись, мы подошли к нему по короткой тропинке. Маус расстегнул две нижние пуговицы на рубашке, чтобы, в случае необходимости, быстрее дотянуться до пистолета. Я первым направился к двери. И здесь нам открыла женщина – высокая и представительная. Тронутые сединой волосы, высоко поднятые красно-пурпурным шарфом, и длинный коралловый халат подчеркивали ее благородную осанку и оттеняли темную кожу. Судя по внешности, ее предки были выходцами с тихоокеанских островов.

– Да? – У нее был глубокий музыкальный голос.

– Джей Ти дома? – с напряжением спросил Маус.

– Кто вы?

– Мартин, – сказал я. – Мартин Грир. А это мой двоюродный брат Сэмми.

Я указал на Мауса. Он улыбнулся.

– Что вам угодно?

– Мы приехали из Лос-Анджелеса. Абернати сказал нам, что Джей Ти живет здесь.