Вчерашнее возрождение (ЛП) - Бейли Тесса - Страница 13

Джинни улыбнулась: — Можем сделать исключение только на этот раз?

Галина прищурилась вместо того, чтобы улыбнуться: — Боюсь, нет.

Роксана небрежно подошла к ближайшему столу, выбила ногой металлический стул — скри-и-и-п — и села на него задом наперед. — Как насчет того, что моим взносом будет не пинание вашей з…

— Она может остаться, — выпалила Галина, улыбка на ее лице была на грани разрушения. — Но скоро будет Рут, и как основательница, она будет вынуждена соблюдать правила.

— Да, конечно, Галина, — сказала Джинни, занимая свое обычное место за любимой швейной машинкой и раскладывая ткань, купленную накануне.

— Эти женщины очень серьезно относятся к клубу платьев.

Джинни сжала губы: — Я тоже серьезно отношусь.

— Ты бы не стала вести себя так недобро.

— Нет, не стала бы. — Джинни возилась с шифоном. — Послушай, я знаю, ты, наверное, думаешь, что я дала себя «прогнуть», но я обнаружила, что проще не вступать с ними в конфликт.

Роксана издала преувеличенное «хм»: — Разве это проще?

Джинни заколебалась: — Да.

Хотя… она уже не была так уверена в этой философии, как раньше. Притворяться Лорен Бэколл было легче, когда ее жизнь не была наполнена охотницами на вампиров и бессмертными существами. Роксана была такой смелой, такой дерзкой, такой напористой. Впервые за долгое-долгое время Джинни призналась сама себе в тайном желании научиться лучше отстаивать свои права.

Она сглотнула: — Надеюсь, тебе не будет скучно, пока я работаю.

— Эх, я думаю, всё скучно. Я убиваю… — Она понизила голос до шепота. — Я убиваю вампиров на жизнь. Трудно найти что-то круче.

— Понимаю. — Джинни закусила губу, когда слова «Девочка Смерти» донеслись до нее от небольшой группы женщин. Охотница тоже их услышала, нахмурившись, и Джинни поспешила заполнить возникшую тишину, чтобы им не пришлось говорить об этом прозвище. Или о том факте, что она никогда ничего не делала, чтобы это прекратить. — Раз уж речь зашла о вампирах, не хотела бы ты рассказать мне больше о… ну, ты знаешь, мире Джонаса?

— У-у-у. — Роксана сделала рубящий жест поперек горла. — Я дала обет молчания.

— Джонасу?

Выражение лица охотницы стало подозрительным: — Да…

Джинни вставила катушку белых ниток в свою машинку Singer, рассеянно заметив, что на другом конце комнаты начался шепот. — Разве ты не должна была уничтожить его и его соседей сегодня?

Она рассматривала свои ногти: — Ты гадаешь, почему я храню их секреты, хотя собираюсь их убить?

— Разве ты не гадала бы сама?

— Может, мне хорошо платят за мою скрытность.

— О. — Джинни оживилась. — Правда? Потому что это имело бы смысл.

Роксана откинулась на спинку стула, сложив руки на груди: — Пожалуй, ты не такая уж «тряпка» в конце концов. В глубине души ты «Джинни не такая уж скромная».

Она охнула: — Я вышью это на платье.

— Ура тебе. — Роксана слегка развернулась на стуле, чтобы взглянуть через плечо. — В этом клубе не подают алкоголь?

— Боюсь, нет, — ответила Джинни, скрывая улыбку. — Тебе нужно быть пьяной, чтобы позволить мне использовать тебя как манекен?

— Нет. Ты сумасшедшая, если думаешь, что это когда-нибудь случится.

Двадцать минут спустя Роксана стояла на круглом возвышении перед трехстворчатым зеркалом, которое использовал клуб, завернутая в хурмовый шифон, а ее боевые ботинки выглядывали из-под неровного подола.

— Я еще отыграюсь на тебе за это, — пообещала Роксана.

Джинни расправила и подоткнула материал, вынув булавку изо рта, чтобы закрепить корректировку на талии Роксаны. — Это честь — быть вписанной в твой график убийств. — Она отступила и крепко сцепила руки под подбородком. — Этот цвет хурмы выглядит на тебе невероятно.

Она фыркнула: — Ты тратишь время, делая мне платье. Я его не надену.

— Нет никаких особых случаев? Или, может быть, кто-то особенный…?

На щеках Роксаны появились те самые предательские пятнышки румянца: — Нет. И нет. Никого нет. Ты почти закончила?

— Да. — Пока Джинни помогала Роксане вылезти из наряда, чувство вины кольнуло ее в бок. — Прости, думаю, может быть, я навязываю тебе «девчачьи разговоры», потому что у меня никогда нет шанса ими насладиться. К тому же, не обязательно иметь кого-то особенного, чтобы наряжаться. Верно? Поэтому я делаю тебе платье.

Роксана выглядела так, будто хотела возразить, но вместо этого протянула руку и потерла материал двумя пальцами: — Кровь, полагаю, очень хорошо слилась бы с этим цветом.

— Вот это дух!

Рут, основательница клуба, ворвалась в подвал церкви с охапкой книг с образцами тканей. Ее сын Гордон, единственное свидание Джинни, плелся позади с красной тележкой Radio Flyer, нагруженной швейным набором и бесконечными рулонами ткани.

— Дамы, прошу прощения за опоздание. Простите меня, пожалуйста. — Рут просунула пальцы под очки и потерла глаза. — Я дошла до самого сюда и поняла, что забыла всё, включая Гордона.

Сын в ответ поморщился и помахал рукой, его взгляд искал Джинни. Когда он увидел ее, его позвоночник выпрямился, и он выронил ручку тележки. Лязг.

— Еще один «одурманенный» самец, а, Джинни? — сказала Роксана краем рта. — Пришла беда — отворяй ворота.

Джинни начала было говорить Роксане, что это определенно ее первый «ливень», но притихла, когда Галина направилась в сторону Рут. По пути близнец бросила многозначительный взгляд на Джинни, явно намереваясь подать жалобу. — О-о-о.

Роксана вздохнула: — Мне правда не нравится эта сучка.

Джинни вздохнула: — По крайней мере, она последовательна.

— Джинни, — позвал Гордон, приближаясь со своей тележкой. — Ты привела подругу.

— Привет, Гордон. Да, это Роксана.

Роксана протянула руку для рукопожатия: — Классная тележка.

— О, э-э… спасибо. — Он поскреб макушку, взъерошив свои рыжие волосы. — Слушай. Джинни, я тут подумал…

— Да, да, Галина. Да. Пара напоминаний, дамы! — Голос Рут разнесся по залу, неосознанно перебив сына. — Выставка платьев уже почти наступила. Мы готовились к этому вечеру то, что кажется целой вечностью! Уверена, вы все очень рады показать свои творения друзьям и близким. Но я хранила крошечный секрет. — Рут покачала бедрами, прижав пальцы к губам. — Выставка платьев также будет тихим аукционом! Все присутствующие получат шанс сделать ставку на ваши платья — разве это не захватывающе?

Члены клуба разразились ахами и визгами.

Что касается Джинни, ее желудок сжался. Рут планировала эту выставку добрую часть года. Джинни поначалу опасалась показывать свои дизайны, но постепенно привыкла к этой мысли. Теперь ей придется бороться за ставки?

— Еще одно. — Рут послала Джинни искренне извиняющийся взгляд. — Пожалуйста, помните: если вы собираетесь привести гостя, дайте мне знать заранее, чтобы я могла спланировать всё. Мы любим, когда гости платят заранее, и, конечно, у нас ограниченное пространство.

Неподалеку закапала вода, эхом разносясь по полупустому подвалу. Роксана устроила целое шоу, вращаясь на месте и указывая на все пустые стулья, остановившись только тогда, когда Джинни ткнула ее в ребра.

— О, э-э. Мам. — Гордон прочистил горло. — Я забыл тебе сказать, Джинни говорила мне на прошлой неделе, что приведет подругу сегодня вечером. Она уже заплатила взнос, тоже. Не могу поверить, что забыл упомянуть.

— О! — Рут, казалось, почувствовала облегчение. — Кризис миновал.

— Не думаю, что она знает, что значит «кризис», — пробормотала Роксана, поворачиваясь к Гордону. — Спасибо за любезность, чувак. Однако вижу, что твой мотив — получить очки популярности у моей подруги. И хотя Джинни технически ни с кем не встречается, ты находишься в серьезной опасности, просто стоя так близко к ней…

— Роксана! — прервала Джинни с высоким смешком. — Она шутит.

Охотница фыркнула: — Уверяю тебя, я не…

— Думаю, пора идти. — Джинни увела Роксану подальше от Гордона. — Увидимся на выставке, ладно, Гордон?

— Вообще-то я думал заглянуть в гости.