Кавказский злодей для пышки и Аришки (СИ) - Цветова Мира - Страница 1

Мира Цветова, Алиса Верная

Кавказский злодей для пышки и Аришки

Глава 1

Марина

— Ты не станешь рожать этого ребёнка, — вот первое, что говорит мне Хасим, когда я показываю ему положительный тест на беременность, — мне не нужен спиногрыз от тебя, Марина!

Чувствую, как внутри всё обрывается.

С замиранием сердца смотрю, как любимый мужчина выкидывает тест с двумя полосками в мусорную корзину.

— Мерзость, — говорит он, вытирая руки, — ты не могла забеременеть, Марина! Чей это ребёнок?

В первое мгновение кажется, что Хасим решил надо мной пошутить.

Если так, то шутка совсем несмешная!

От стресса и волнения у меня тянет в животе.

Стоит пошевелиться, как чувствую неприятный укол.

Глажу себя по животу в надежде, что с малышом ничего не случится.

— Хасим, — говорю дрожащим голосом, — на что ты намекаешь? Что я спала с кем-то ещё? Никого, кроме тебя, у меня нет! Это твой ребёнок!

— Нет, — отрезает Хасим, — не мой, не может быть моим.

Я не узнаю своего любимого мужчину.

Чувство такое, будто его подменили.

Хотя передо мной всё тот же Хасим, высокий смуглый кавказец, всегда уверенный в себе, стильно одетый, подкачанный и слегка небритый, что только придаёт ему харизмы.

А взгляд какой…

От его жгучих чёрных глаз в животе моментально появляются бабочки.

С первого же дня, как устроилась в перспективную фирму по изготовлению медицинского оборудования, меня пленил этот мужчина…

Ну грубый и нахальный, а внимательный, харизматичный, невероятно умный и, конечно, красивый.

Сама не заметила, как лёгкий флирт перерос в служебный роман.

За два месяца Хасим ни разу не нагрубил, не повысил голос.

Не мужчина, мечта…

Но теперь… любимого мужчину будто подменили.

Сейчас от его яростного взгляда всё внутри меня болезненно сжимается, сердцу становится тесно в груди, а кабинет Хасима, куда я пришла, вдруг становится тесным и душным.

Нет, моего босса и по совместительству любимого человека точно кто-то околдовал… ещё неделю назад прямо в этом кабинете он говорил мне, как мечтает о трёх детях, двух богатырях-мальчиках и красавице дочке, которую оба парня будут защищать.

А сейчас смотрит на меня, как на врага, твёрдо говорит:

— Ты не будешь рожать, Марина.

— Что значит, не буду, — спрашиваю, с трудом сдерживая негодование, — Хасим, только не говори, что собираешься отправить меня на аборт! Я не буду избавляться… я рожу этого ребёнка…

Замолкаю испуганно, когда босс резко хватает меня за запястье.

— Сцены мне тут не устраивай, — говорит грубо, — не забывай, где ты находишься! В офисе, Марина.

— Я помню, где нахожусь, Хасим. Отпусти руку, мне больно…

Вырываюсь, налетаю на стул, едва не падаю.

Хасим даже не пытается мне помочь.

Буквально насквозь прожигает яростным взглядом.

Делает шаг вперёд, прижимает меня к спине.

— Об этом ребёнке никто не должен знать, Марина. Чем быстрее, ты от него избавишься, тем будет лучше для всех.

— Я не понимаю, Хасим, — судорожно вздыхаю, едва сдерживая слёзы, — ещё на днях ты говорил, что… мечтаешь о ребёнке, а сейчас заявляешь… что он тебе не нужен?

И тут Хасим буквально добивает меня.

— Я по-прежнему мечтаю о ребёнке. О трёх детях, красивых, умных и сильных… но не от тебя, Марина.

Внутри будто что-то резко обрывается.

Мои чувства… моя любовь… моя вера в человека.

— Как ты можешь, — говорю тихо, — ты признавался в любви…

— Не надо принимать простой роман за любовь, — морщится Хасим, отворачиваясь и накидывая пиджак, — ты даже не в моём вкусе, Марина… ты очень добрая и умная, умеешь утешать, отлично мотивируешь… с работой своей неплохо справляешься… помогла мне в трудный период, но, пойми… я не люблю… как бы сказать…

— Не любишь толстух, — горько улыбаюсь, — раз уж решил быть честным, говори, как есть, Хасим.

— Не надо утрировать, — морщится босс, — пышные девушки не мой типаж, вот и всё… я по-прежнему считаю тебя милой и умной, наверняка, ты найдёшь свою любовь…

— Ты издеваешься, Хасим?

Клянусь, ещё секунда, я схвачу статуэтку крылатой богини со стола босса и разобью её о голову этого мерзавца!

— Ты сам говорил, что у тебя серьёзные намерения, сам уверял, будто хочешь, чтобы наш роман перерос во что-то большое, а сейчас… что с тобой произошло, Хасим, я не понимаю… тебе кто-то мозги промыл?

— Нет, Марина, — отвечает босс, даже не глядя в мою сторону, — никто мои мозги не промывал. У меня появилась другая девушка, кавказских кровей. Богатая, молодая, красивая. Она и родит мне достойных детей.

Слова босса меня не просто шокируют.

Они буквально выбивают почву из-под ног.

Каждое слово Хасима — словно нож в сердце, который ранит… лишает меня всякой надежды.

— Ты мерзавец, — шепчу, глотая слёзы, — какой же ты всё-таки мерзавец, Хасим…

— Хватит, — рявкает босс, — прекрати плакать, возвращайся на своё рабочее место!

Он достаёт телефон из кармана брюк, читает сообщение.

— Сейчас у меня в переговорке сидят представители крупного предприятия по производству медицинского оборудования, — говорит совершенно спокойно, будто минуту назад не разрушил всю мою жизнь, — если мы подпишем контракт, фирма взлетит… принесёт огромные прибыли! Как только закончу, вернусь к тебе, вместе разберёмся с ребёнком, а пока… будь добра, вернись на своё рабочее место и не больше меня не отвлекай.

Он даже не смотрит в мою сторону, выходит из кабинета, громко хлопая дверью, а я остаюсь одна.

Совершенно одна…

Словно в тумане иду к выходу.

Не чувствую ничего… внутри пустота.

Ноги становятся ватными.

А в голове только одна мысль:

«Это конец… конец всего…»

Выйдя в коридор, едва не падаю.

Слышу испуганный голос коллеги:

— Марина, что с тобой?

Чувствую, как по ногам течёт что-то тёплое.

Пытаюсь опустить голову, чтобы посмотреть вниз, но не могу.

Из последних сил шепчу:

— Вызовите скорую… кажется, у меня выкидыш…

А через мгновение всё вокруг поглощает темнота.

Глава 2

Спустя годы

Марина

— Ты только посмотри, какая пышка… ну и формы!

— Ага, есть за что подержаться!

Я чуть палец сама себе не срезаю, когда слышу наглые голоса.

Оборачиваюсь, вижу у входа в цветочный магазин двух студентов-юнцов в спортивной форме местного вуза.

Обоим от силы лет двадцать, если не меньше.

Стоят в дверях и глазеют, как я занимаюсь оформлением букета в своём цветочном магазине, у каждого улыбка до ушей.

Увидев, что я их заметила, даже не убегают.

— Здрасьте, — говорит один развязно, — а можно нам букетик?

Вздыхаю устало.

Есть свои минусы, когда твой маленький цветочный магазин находится в местном торговом центре.

Днём, после уроков и пар здесь почти всегда ошиваются толпы неуравновешенных подростков.

Вечно кричат, затевают драки…

Один раз чуть окно в моём магазинчике не разбили.

А вот такие ситуации, как сейчас, возникают каждый день.

Не боятся эти уроды даже местную охрану.

Вот и сейчас стоят в дверях, глазеют на меня, думают, очень крутые.

— Ну так что, тётенька, — скалится тот, что выглядит постарше, — сделаете нам по букетику для наших девчонок, а мы деньги занесём потом.

— Могу из лопухов сделать букет, — усмехаюсь невесело, — будете слёзы вытирать, когда ваши девчонки вас отошьют.

Подростки перестают улыбаться.

— А с чего это они должны нас отшить?

— Потому что с такими чурбанами невоспитанными ни одна нормальная девчонка встречаться не станет. И тётенькой маму свою будешь называть или продавщицу на рынке, понял?

С этими подростками, как со зверьём, нельзя показывать страх.

Иначе, почувствуют его, ещё сильнее атаковать начнут.