"Фантастика 2026-119". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Абдинов Алимран - Страница 1057

— Интересно да? На вид как банка из-под варенья. Мне пришлось не мало усилий приложить, чтобы эта вещь приобрела столь невинный вид. Никогда не думал, что пригодится. Это редкий сосуд, которым пользовались кельтские шаманы. Изнутри он сделан из прочного стекла покрытого невидимыми рунами. В такие сосуды шаманы ловили и хранили удары молнии. Поговаривают, что сосуд был способен сдержать даже силу природных духов. Я, конечно, в это не верил, но все же решил проверить. Поздравляю, ваша силы сравнима с силой природных духов, — усмехнулся бывший экзорцист.

— Так, стоп! То есть ты не был уверен, что эта банка сдержит ведьму? — спросила Кассия.

— У меня был запасной вариант, — с уверенностью солгал Ленгтон. Заметив, как ведьмы смотрят на его сестру он добавил: — Ни в коем случае не открывай глаза. А вы ведьмы, эй! — он щелкнул пальцем привлекая их внимание: — Хотите освободить свою сестру?

— …., - холодное молчание обеих сестер, а затем скудный кивок: — Что ты хочешь?

— Так…с чего бы начать…дайте-ка подумать…хм…как насчет для начала вернуть мою душу обратно в мое тело? — на лице бывшего экзорциста нарисовалась гротескная улыбка.

Сиэтл, берег залива Пьюджет, Вашингтон, США

— Ну? Твое время вышло, — сухо сказал профессор Лотфи. Раскрыв свой инвентарь, он долго разглядывал вкладку с оружием, наконец остановив свой взгляд на шипастой булаве: — Думаю это оружие будет как нельзя кстати, для такое злодея как ты. С чего начнем? Как насчет раздробленной чашечки.

— Делай что хочешь, — Марти даже не взглянул на эмиссара логики. Он продолжал разглядывать ночной город. Парень понимал, что не справиться с эмиссаром логики, ведь в отличии от других эмиссаров, профессор Лотфи вкладывал свои свободные очки не в развитие класса. Будучи эмиссаром логики, Джеймс Лотфи должен был сконцентрироваться на атрибуте интеллект, развивать его до максимума получая при этом вспомогательные способности. Однако профессор поступал совсем иначе. Пренебрегая нужными атрибутами, Лотфи прокачивал скорость и выносливость. А пассивные навыки позволяли ему игнорировать психические атаки, что делало его очень неудобным противником для Марти Муда эмиссара безумия.

— Думаешь таким подходом сможешь меня смягчить? Последние тридцать минут ты оставался в живых лишь потому, что обладал ценной информацией. По крайней мере мне так казалось, — профессор перекинул булаву в левую руку и шагнул к Марти.

— Я ни о чем не думаю. И перестань уже доказывать мне насколько я бесполезен и жалок. Просто убей меня и дело с концом, — ответил парень.

— Я не могу тебя убить.

Марти круто повернул голову.

— Ты не ослышался. Я не могу тебя убить. По той же причине, по которой тебя не стал убивать Сэт, — профессор встал перед Марти. Шипы его булавы больно кольнули колено эмиссара безумия.

— Почему?

— Ты не знаешь? Хотя, чего тут удивляться. Получив силу эмиссара, ты даже не потрудился изучить ее. Слепо начал мстить своим обидчикам объявив войну всему миру, — с этими словами Лотфи поднял булаву и в следующее мгновение плечо Марти взорвалось болью.

— А! — крик жертвы был поглощен городской суетой.

— Знаю больно. И знай, это лишь начало, — на этот раз профессор ударил Марти в правую коленную чашечку.

— Почему?! — крикнул Марти стискивая зубы.

— Почему что?

— Почему ты не убьешь меня?!

— Проклятие эмиссара безумия, — профессор нанес очередной точный удар на этот раз сломав своей жертве пару ребер: — Это твоя пассивная способность. Своего рода прощальный жест. Убивший эмиссара безумия становится безумным на всю жизнь. И хотя на меня такие трюки не действуют, рисковать я все же не стану. Поэтому…

— Поэтому что? — Марти действительно не был в курсе своей особой способности. Она нигде не упоминалась ни в списке способностей, ни в личном окне статуса. Тем не менее он теперь начал понимать, почему Сет дважды оставил его в живых. Нанес Марти раны, повесил вниз головой, но все же оставил, жить позволив тем монстрам в гробнице довершить дело.

— Поэтому что?! — крикнул Марти.

— Поэтому я просто буду мучать тебя, пока ты сам не решишь наложить на себя руки, — профессор взглядом указал вниз. Марти должен был броситься с крыши.

— Ха-ха! — вдруг Марти Муд разразился безумным смехом. Его гогот был настолько непредсказуемым и сумасшедшим, что Лотфи отступил на шаг.

— Думаешь, ты можешь замучить меня больше, чем я намучался за всю свою жизнь? Попробую идиот! Ха-ха.

Профессор Лотфи сильно сжал челюсти с трудом сдерживая себя в руках, чтобы не разбить голову психопата. Это ведь было очень просто. Одно простое движение предплечьем, легкое движение кисти. Лишь слабое, еле заметное движение, которое положит точку безумству этого человека.

— Ну, давай! Убей меня уже! Я ведь очень плохой человек. Взорвал здание полное людей. Замучил тебя и твою возлюбленную. Издевался над вами. Принес в жертву. Раскрыл портал для Владык. Хотел взорвать чертов белый дом, чтобы заставить верховного колдуна выйти в свет. Кто же знал, что Ленгтон Кроуфорд окажется настолько труслив.

— ХВАТИТ!

Марти замолчал. Вместе с Лотфи они повернули голову в сторону, где их взору предстала длинная фигура в плаще, державшая в руке старый средневековый фонарь.

— Хватит пустых речей Марти.

— Кто ты? — спросил профессор, хотя в душе уже знал ответ. Точнее ему хотелось верить, что представшая перед ним фигура принадлежит тому самому рассказчику, о котором твердит безумный Марти.

— У меня много имен Джеймс, но ты уже знаешь. А я знаю, что ты знаешь, что я знаю где находится Оливия. Но, знаешь ли ты, что будешь делать, когда найдешь ее?

— Спасу.

— Нет. Это не правильный ответ. Это лишь цель. Что ты будешь делать?

— Убью Сэта.

— Нет. Это тоже не правильный ответ. Это лишь последствие. Что ты будешь делать?

Профессор цокнул языком слегка приоткрыв рот. Уже очень долго он избегал тяжелых умственных разминок, полагаясь исключительно на силу попутно разрушая свою жизнь. Он давно забросил свои научные труды, перестал появляться в университете. Работа в тени тоже не продвигалась. Получив в управление теневой бизнес, Лотфи почти распустил его своим небрежным отношением. Единственное чем он занимался были поиски Оливии, поиски Ленгтона, а теперь вновь поиски Оливии. Тем не менее талант не пропьешь, особенно если этот самый талант выражен в виде пассивной способности, прилагаемой к классу эмиссара логики.

— Правильный ответ защищать. Я буду защищать Оливию, с целью спасти и с последствием в виде сражение с Сетом. Я правильно ответил? Не утруждайтесь ответом, думаю он верный. Так кто же вы такой? Все знающий мудрец? Хранитель или может быть просто маг, обладающий редким даром к ясновидению? — профессор раскрыл свой инвентарь осторожно расположил в него булаву и облокотился на перила крыши. Он должен был вести себя как можно беззаботно, чтобы вызвать у собеседника жуткую тягу привлечь внимание. Лишь пытаясь привлечь внимание мы всегда говорим больше, чем хотели бы сказать.

— И то и другое. Вам будет легче думать, что я хранитель. Хранитель знаний, однако я больше предпочитаю иное обращение. Зовите меня рассказчик, — таинственная фигура раскрыла маленькую дверцу своего фонаря и бросила туда щепотку неизвестной пыли. Пламя фонаря разгорелась приятным бирюзовым оттенков.

Лотфи с трудом удержался, чтобы не рассмотреть фонарь. По его горькому опыту, профессор знал, как маги могли внушать или просто отвлекать внимание дешевыми трюками вроде этого.

— Ты молодец Марти, — хранитель повернул голову в сторону эмиссара безумия. Последний взглянул на Лотфи изображая на лице гримасу отчужденности: — Я же говорил тебе, что этот чувак появится. Теперь готовься получить в лицо кучу непонятной информации.

— Мне не нужна непонятная информация. Я хочу знать, где находится Оливия Бекинсаль. Ты же однажды сказал Марти, где ее искать. Теперь скажи и мне.