Вольный огонь (СИ) - Хорошев Антон - Страница 6

Рэт — действовал аккуратно. Не кричал на рынке. Не вешал вывесок. Шёл — от человека к человеку. От матроса — к матросу. От причала — к причалу. «У меня есть мазь. Волшебная. Дорого — но работает. Не веришь — спроси Олафа с «Ржавого гуся».»

Сарафанное радио — лучшая реклама. Особенно — когда товар работает. Олаф — рассказал боцману. Боцман — рассказал капитану. Капитан — рассказал другому капитану, в таверне, за кружкой эля. Тот — своему штурману. Штурман — своей жене. Жена — соседке. Соседка — торговке на рынке.

К концу недели — к Рэту приходили не только матросы. Рыбак с незаживающей язвой на ноге. Плотник, прищемивший пальцы. Старуха с ожогом — опрокинула горшок с кашей. Солдат — из гарнизона, с резаной раной, которую полковой лекарь зашил криво и которая гноилась.

Восемь горшочков за неделю. Каждый — серебряный.

Эран — бросил работу у Гарта. Вежливо. Поблагодарил за кашу. Гарт — кивнул. Мальчишка уходит — ну и ладно. Завтра — придёт другой.

Теперь — только зелья. Утро — каменоломня, тренировка. День — рынок, ингредиенты, наблюдение. Вечер — варка. Ночь — продажи (через Рэта). Сон — четыре часа. Достаточно: целительский поток ускорял восстановление, пять часов сна равнялись восьми для обычного человека.

Ассортимент — расширился. Не только мазь от ожогов:

«Настойка ясного ума» — снимает головную боль и похмелье. Основа — сушёная мята, кора белого ясеня, три капли можжевелового масла. Эфирная обработка — поток Света, очищение, десять секунд. Популярна у матросов. Стоит полсеребряного за флакон. Себестоимость — пять медяков.

«Паста от лихорадки» — жаропонижающая, антибактериальная. Болотный мох (двойная доза), порошок железной руды (медяк за горсть у кузнеца), животный жир (два медяка на рынке). Обработка — двойной поток: Свет (очищение) и Вода (охлаждающая связность). Востребована зимой — половина города кашляла. Серебряный за порцию.

«Грев-бальзам» — согревающий, для суставов. Красный перец, медвежий жир (дорого — восемь медяков), порошок мелового камня. Обработка — Огонь, слабый, длительный, двадцать минут. Старики и грузчики — основные клиенты. Полсеребряного.

Травник — стал его основным учебником. Он перечитывал его ночами, при свете Эфирного огонька — крошечного, укрытого ладонью. Делал пометки на полях — карандашом, найденным на рынке. Модифицировал рецепты — добавлял Эфира больше, чем предписано, менял структуры насыщения, экспериментировал с комбинациями ингредиентов.

Результат: его зелья — лучше, чем в книге. Действуют быстрее, держатся дольше, побочных эффектов — меньше. Интуиция Арканиста — чистый Эфир, без стихийной окраски, — давала преимущество: его энергия совмещалась с любым ингредиентом, не конфликтуя, не искажая. Там, где маг Огня мог обработать только огненные ингредиенты, а маг Воды — водные, Эран — работал со всем. Универсально. Без ограничений.

И — Гильдия это заметила.

На вторую неделю. Не потому, что Рэт — проболтался. Рэт — молчал, как камень. Но зелья — говорили сами за себя. Цепочка — длинная, извилистая, неконтролируемая. Матрос рассказал торговцу. Торговец — аптекарю. Аптекарь — проверил: купил горшочек (через третьи руки, за полтора серебряных — наценка перекупщика), вскрыл, проанализировал. И — побледнел. Потому что мазь — содержала Эфирный след. Чёткий, ровный, профессиональный. Не знахарская самодеятельность — магическая обработка. Настоящая.

Аптекарь — пришёл в Гильдию. Не из доброты — из страха. Нелицензированные магические зелья на его территории — это удар по его бизнесу. Если клиенты узнают, что можно дешевле и лучше — зачем платить аптекарю?

«На рынке продают зелья. Магические. Лучше наших. Дешевле. Без лицензии.»

Эран узнал об этом раньше, чем к нему пришли.

Сенсорика. Он — расширял её каждое утро, в каменоломне, на полную — до километра — и сканировал город. Привычка. Нет — необходимость. Знать, что происходит вокруг. Чувствовать — приближение опасности. В Тальме — сенсорика спасла деревню, обнаружив варваров за дни до нападения. Здесь — она должна была спасти его самого.

На четырнадцатый день — маг. Один. Прошёл по портовому району — медленно, целенаправленно. Не патруль — поиск. Шёл от причала к причалу, от таверны к таверне. Останавливался. Разговаривал с людьми. Показывал что-то — горшочек? образец? — и спрашивал. Шёл дальше.

Его Эфирный фон — Эран считывал на расстоянии, узким лучом, как учил Грэм — ровный, контролируемый, чистый. Ученик. Может — слабый Адепт. Стихия — неопределимо на таком расстоянии, но — судя по плотности фона — Вода или Земля. Гильдейский — это Эран понял по походке, по манере держаться, по тому, как люди реагировали на него: не боялись (не Орден), но — уважали (или делали вид).

Он спрашивал — о зельях. О мальчишке, который продаёт. О горшочках с зелёной мазью.

Эран — сидел на крыше склада (забрался по стене — воздушный толчок под ноги, тихо, незаметно) и наблюдал. Сенсорикой — следил за магом. Глазами — за людьми, которые с ним разговаривали.

Никто — не указал на склад. Рэт — обрубил все нити: продавал не сам — через Тикса, через случайных мальчишек за медяк, через портовых попрошаек. Горшочки — передавались из рук в руки три-четыре раза, прежде чем доходили до покупателя. Цепочка — длинная. Отследить — можно, но сложно. Но — если Гильдия захочет по-настоящему...

Маг — ушёл. К вечеру. Не нашёл. Но — вернётся. Обязательно вернётся. Потому что зелья — не прекращались. Каждый день — новые горшочки на рынке. Каждый день — Гильдия теряла клиентов. Каждый день — аптекарь скрипел зубами.

Эран — сидел на крыше и думал. Ветер — с реки, холодный, мокрый — бил в лицо. Он не чувствовал — тепловой кокон. Но — чувствовал другое. Давление. Невидимое, нефизическое. Давление чужого внимания, направленного на него — пока — вслепую, наугад. Но — сужающегося.

«Время. У меня есть время — но оно заканчивается. Нужно — решить. Прекратить? Продолжить? Изменить правила?»

В голове — голос Грэма: «Мир не позволяет свободным магам существовать. Значит — мир придётся менять.»

Менять мир — рано. Менять правила игры в Кэлдоре — может быть.

На следующий день Эран пошёл к зданию Гильдии. Не внутрь — рядом. Через дорогу — таверна «Кривой якорь». Дешёвая, грязная, но — с видом на гильдейское крыльцо. Он бывал здесь раньше — мельком, проходя мимо. Теперь — сел. Осознанно. С целью.

Заказал — кружку молока (дешевле всего — два медяка, горячее, с корицей, неожиданно вкусное). Сел у окна. Смотрел.

Таверна — полупустая. Утро. Двое работяг в углу — завтракают. Хозяин — за стойкой, протирает кружки, не обращает внимания на мальчишку с молоком.

Маги — входили и выходили из Гильдии. Он — запоминал лица, фиксировал уровни (сенсорика — на минимуме, узкий луч, только через стекло, чтобы не выдать себя). Считал. Отмечал — мысленно — закономерности.

За три часа — насчитал двенадцать магов. Два — ярких, уровень Адепт. Оба — мужчины, средних лет, уверенные, спокойные, с походкой людей, которым не нужно доказывать свою силу. Остальные десять — Ученики разного калибра. От слабых (едва светятся в сенсорике) до крепких (стабильный, плотный фон). Четверо — женщины. Трое — молодые, может двадцать — двадцать пять. Одна — старше, лет пятьдесят, с посохом и строгим лицом.

Он заметил — систему. Маги — не просто входили и выходили. Они — отмечались. У двери — стоял стол (его видно было через окно при открытых дверях), за столом — клерк (не маг — обычный человек, с пером и книгой). Каждый входящий — называл имя. Клерк — записывал. Время прихода, время ухода. Учёт. Контроль. Бюрократия.

Гильдия — не хаос. Гильдия — организация. Со структурой, правилами, иерархией. Не Орден — но и не базар.

И — один. Не маг. Человек — без Эфирного фона, без Искры, без малейшего следа магической энергии. Но — вошёл в Гильдию свободно, без очереди, без вопросов от клерка. Вышел — через полчаса. С бумагами — свиток, запечатанный воском.