Код личности 1 (СИ) - Кароль Елена - Страница 29

Фельдштейн оказался понятливым мужиком и быстро предоставил мне необходимое, ну а я, решив не скрывать главное, но умолчав детали, написала:

«Был в Мавринской аномалии с напарником. Он в больнице, на меня попала слизь гипножабы. Не чувствую мышц лица. Посоветуете что?»

— Охо-хо… — внимательно прочитав записку, причем подозреваю раза на три, Фельдштейн вдруг вынул из нагрудного кармана узкие очки, подошел ближе и чуть ли не впритык изучил моё лицо. — Да, определенно это паралитическая слизь с языка… Юноша, даже не пытайтесь рассказать мне, как именно это случилось. Моё слабое сердце не выдержит подобных откровений. Но не волнуйтесь, скоро само пройдет. Максимум через сутки.

После чего отшагнул обратно, снял очки и алчно взглянул на рюкзаки.

— Верно ли я понимаю, что внутри то, что сделает нас с вами счастливыми?

Я с умным видом кивнула и, ловко развязав веревки, помогла сначала разложить на прилавке свою часть добычи, в том числе из рюкзака, и пока Фельдштейн вскрывал контейнеры и вдумчиво изучал траву, напоследок взвешивая каждый пучок на аптекарских весах, я снова вооружилась листочком и ручкой, написав, что деньги можно безналом, причем на вторую часть нужен отдельный товарный чек, чтобы потом показать его напарнику и не возникло вопросов в моей честности.

— Сделаю, Александр, всё сделаю, — заверил меня торгаш, сунув нос в каждый контейнер с икрой и аж причмокивая от удовольствия. — Учет в дружбе — дело важное, и дружбу только укрепляющее. А кто ваш напарник, если не секрет? Больно знакомый клинок…

Вот тут, если бы могла, поморщилась. Майор-то не в курсе, что мы напарники.

— Впрочем, не говорите, — торопливо отмахнулся Яков Моисеевич, явно заметив мою заминку. — Не моё это дело. Но вы в курсе да, какой он тяжелый человек?

Я с умным видом кивнула и через полчаса, получив переводом две суммы, стала полноценным миллионером. Чтобы я не думала, что скупщик обсчитал меня даже в копейках, Фельдштейн выписал две квитанции, где расписал каждую позицию. Порадовался тому, что я теперь охотник с лицензией, так что даже расплатился со мной по полному прайсу и в общей сложности сданных ресурсов (именно моих) вышло на девятьсот девяносто три тысячи. Одной только икры я вынесла тринадцать с половиной литров, плюс травы на двести тысяч и остальное — жала и сердца скорпионов. Товарный чек майора выглядел внушительнее. Всего две позиции: жала и сердца, но все до единого элитные. Первые стоили шестьдесят тысяч, вторые пятьдесят. Итого: миллион семьсот десять тысяч.

Жирно. Очень жирно.

И завидно.

Очень завидно!

Куда ему столько денег?

Мысленно повздыхав, написала на листочке «спасибо», в ответ услышав:

— Заходите ещё, Александр. С удовольствием обменяю презренный металл на всю вашу законную добычу. — Скупщик выделил тоном «законную», на что я невозмутимо кивнула и взмахнула рукой, прощаясь.

Ну а потом оставалось только упаковать удобно складывающийся рюкзак и меч майора в свой, сунуть туда же свой гладиус, вынести на улицу электросамокат и отправиться в обратный путь.

В деревне я оказалась примерно через час и, первым делом скинув рюкзак и одежду вплоть до трусов на улице, чтобы не вонять ими в доме, приняла продолжительный горячий душ. И вроде лето на дворе, да и одежда успела более или менее высохнуть, но всё равно ощущался просто дикий дискомфорт от всего этого.

При этом профессор, как я поняла, даже не заметил, что я пришла, благо хоть на кухне еды убавилось, причем это точно был не Локи. Стоило мне выйти из ванной, ощутив наконец себя полноценным человеком, как этот хитровыдуманный проглот изобразил последнюю стадию истощения и пришлось кормить его двойной порцией курятины.

И скорее всего надо будет уже подумывать о переходе на более серьезный корм. Кабаны там всякие, глухари, зайцы… Естественно, аномальные. А то такими темпами, я так понимаю, мне питомца уже не прокормить.

Кстати, о питомцах!

Локи уже доедал свою курицу, восторженно порыкивая, а я вспомнила о псе майора. А ведь его вряд ли кто-то догадается покормить… Майор вообще один живет или нет? Надо это выяснить!

К сожалению, я до сих пор не была способна разомкнуть губы, и пускай мычать вполне получалось, то есть связки работали, выговаривать слова это не помогало. В итоге занялась вещами, кинув комбинезон и остальную одежду в стиральную машинку, разложив рюкзак майора просто проветриваться, а свой сначала выкупала в бочке, куда профессор набирал воду, чтобы поливать плодово-ягодные деревья и кусты в жару. Уделила внимание мечам и ножам, вдумчиво изучила чужую аптечку, не найдя на умпулах маркировки, и от того заинтересовавшись их содержимым еще сильнее.

Всего их было четыре вида, по три штуки каждого цвета: зеленые, синие, розовые и перламутровые. Надеюсь, их не надо хранить в холодильнике? Будет обидно, если испортятся из-за долгого пребывания на жаре. Хотя… По идее такие вещи портятся уже через два часа. Вряд ли майор об этом не в курсе. Значит, всё в порядке.

Тем не менее я убрала ампулы обратно в аптечку, а саму аптечку со шприцом в свой шкаф на верхнюю полку. Туда же (в шкаф) отправился чужой меч, переставший светиться алхимический «фонарь» и охотничий нож, который я нашла в боковом кармане рюкзака, а больше там ничего не было.

Сама я, всё ещё в одних трусах завалившись в гамак на улице (какая ж благодать, а?), положила рядом свой коммуникатор и полезла шариться в сети. Личность отставного майора интересовала меня всё больше и следовало довести до конца свои рыцарские порывы.

Первым делом я выяснила, что тот участок действительно принадлежит ему. Только ему. Затем нашла сведения о браке и последующем разводе, причем последний приключился с Тюменцевым чуть больше десяти лет назад, ещё до ранения. Ага…

При этом в браке была рождена дочь Татьяна и сейчас девушке двадцать три года.

Отлично!

Хотя… нет.

Девица умудрилась выскочить замуж в прошлом году и уехала с мужем аж во Владивосток, где у них служебная квартира от военного ведомства. Нда… Далековато!

Бывшая супруга, кстати, была уже повторно замужем и родила новому мужу (бизнесмену, к слову) двух новых ребятишек. Мальчишек. Было им десять и восемь соответственно…

Стоп!

Она что, родила в год, когда развелась?

Торопливо сравнив даты, выяснила, что да. Первые роды случились через пять месяцев после развода.

И вот как-то даже не знаю… Майор-то у нас, оказывается, рогоносец? Неловко…

Никаких упоминаний о том, что майор живет не один, я в сети не нашла, так что подумала немного ещё… И нашла адрес госпиталя.

Увы, регистратура уже не работала, на сайт данные о поступивших пациентах не выкладывались, а когда я крайне окольными путями нашла телефон приемного покоя, то… звонить всё равно было бесполезно. Речь-то у меня всё ещё не восстановилась.

Подумав ещё немного, оделась в штаны и футболку из старых запасов своего тезки с надписью «Налейте мне кофе и никто не пострадает» (вот прямо про меня!) и отправилась на разведку к соседу.

Свет в доме не горел, на крылечке никто с биноклем майора не ждал, а молчаливый и от того ещё более грозный кавказец встретил меня внимательным взглядом. И рада бы приободрить парня… да речь всё ещё недоступна.

Повздыхав, тем не менее прошлась вдоль забора и выяснила, что пес даже не на цепи, то есть в случае острой нужды сможет покинуть участок, а у вместительной будки стоит внушительная бадейка с водой. То есть от жажды песель точно не погибнет.

Отлично.

Из самоучителя по дрессировке я знала, что по-настоящему обученный пес не примет угощение из чужих рук, так что этим вечером нести ему еду скорее всего бесполезно, ну а завтра, как только спадет паралич, постараюсь прояснить ситуацию с майором. И если окажется так, что он загремел в госпиталь надолго, то буду просить помощи у бабы Вари. Она точно должна знать, как мне поступить.

Ну а пока можно было вернуться на свой участок, завалиться в гамак… И разобраться, что произошло со мной на болоте!