Позывной: Дагдар. Часть II (СИ) - Март Артём - Страница 12

Шер чуть прищурился. Но не перебил.

— Ты думаешь, если сейчас меня разоружишь, то спасёшь его. А на самом деле просто дашь ему сдохнуть где-нибудь под кустом. Медленно. Без воды. Без лекарств. Без шанса выжить.

— Замолчи, — хрипло сказал Латиф.

— Нет. Ты меня выслушаешь.

Я сделал паузу. Совсем короткую. Такую, чтобы он успел сам додумать то, к чему я его вёл.

— Ты стрелять умеешь? — спросил внезапно я.

Латиф дёрнулся.

— Что?

— Умеешь стрелять из такого оружия? Из боевого?

— Умею.

Латиф соврал. Я видел это по его глазам. Этот несчастный афганец скорее всего первый раз в жизни держал на прицеле человека.

— По человеку стрелял когда-нибудь?

Латиф побледнел. Это было видно даже на его темной коже.

— Надо будет — выстрелю.

— Не выстрелишь, — сказал я.

Он облизнул губы. Револьвер дрогнул снова.

— Почему это?

— Потому что ты не такой.

— А ты прямо знаешь, какой я?

— Знаю. — Я кивнул на Шера. — Он тоже знает. Иначе не смотрел бы на тебя сейчас так.

Латиф резко повернулся к Шеру.

Тот действительно смотрел на него. Тяжело. Без злости, но и без благодарности. Как человек, который в данную минуту уже понял, что его «спасают» не так, как нужно.

— Я сделал плохо? — почти шёпотом спросил Латиф.

Шер молчал целую секунду. Потом сказал:

— Очень плохо.

Эти два слова ударили по Латифу крепче, чем если бы я двинул ему прикладом в зубы.

Он заморгал. Быстро. Будто в глаза песка сыпанули. Нижняя губа у него дрогнула, и он тут же прикусил её.

Я почувствовал — ещё чуть-чуть. Ещё совсем немного. Если не дёргаться. Если сказать все правильно, он сдастся.

— Латиф, — сказал я тише. — Опусти наган.

Он не послушался. Но и не стал спорить. Только сглотнул.

— Ты сам не вывезешь его, — продолжал я. — И ты это знаешь. Если бы мог — не привёл бы нас к нему. А ты привёл. Потому что другого выхода не было.

— Был, — упрямо проговорил он.

— Нет. Был только страх. И сейчас тобой тоже владеет страх. Он заставил тебя поднять оружие.

Шер шевельнулся. Едва заметно. Подался вперёд, словно хотел сесть ровнее. От этого движения у него на лбу выступил пот, но он всё равно устроился так, чтобы держать Латифа в поле зрения полностью.

— Дай сюда, — сказал он.

Латиф замер.

— Что? — спросил он растерянно.

— Наган. — Голос Шера был тихим, но в нём опять прозвучало то, чему Латиф, видимо, привык подчиняться. — Дай.

Вот тут я насторожился еще сильне.

Потому что если Латиф сейчас дёрнется к нему, если подойдёт, если даст оружие Шеру в руки — вот тогда всё и правда покатится под откос. Тогда мне придется стрелять первым. В упор, не целясь и быстро. А значит — в них обоих.

Я уже начал считать, что успею сделать, если придётся ломать ситуацию силой. До него два шага. До Латифа — чуть больше. Шер ранен, но крупный. Если в его руке окажется наган…

— Нет, — сказал Латиф.

Шер чуть наклонил голову.

— Что?

— Нет, — повторил Латиф уже тише. — Не дам.

Шер смотрел на него долго.

И я впервые увидел в его лице не только опасность, не только холодный ум, но и что-то вроде усталого изумления. Настоящего. Как будто он до сих пор не мог поверить, что этот человек, которого он знает так давно, решился не только выхватить револьвер, но и отказать Шеру.

— Ты совсем сдурел, — сказал Шер.

— Я… я не знаю, как иначе, — выдавил Латиф.

— Так и не делай никак.

— Тогда тебя уведут!

— И что?

Вот тут даже я нахмурился.

Латиф уставился на него широко раскрытыми глазами.

— Что — и что?

— То, — ответил Шер. — Я сам бы все решил.

В его голосе не было благодарности за попытку спасения. Не было теплоты товарищества или братства. Только раздражение и что-то ещё. Может, обида. Может, понимание, что теперь всё и правда пошло совсем криво.

Латиф тяжело дышал. Револьвер сильнее подрагивал у него в руке.

— Я хотел помочь, — сказал он.

— Помог, — ответил Шер.

И от этих слов стало ясно: ещё чуть-чуть — и Латиф сломается. Просто сломается. И не факт, что от этого выиграем я или Шер.

Сломанный человек с заряженным револьвером — это хуже любого душмана.

— Латиф, — сказал я опять. — Послушай меня.

Он посмотрел на меня с такой тоской, будто я сейчас просил его собственными руками зарезать ишака.

— Опусти руку. Медленно. И тогда ещё можно сделать все так, чтобы все ушли отсюда живыми.

— А он? — спросил Латиф, кивнув на Шера.

— И он.

— Ты врёшь.

— Нет. Мне он нужен живым.

Эту правду он услышал.

Нет, не потому что поверил мне. А лишь потому, что в ней была логика. Грубая, нехорошая, но понятная. Ведь если бы я хотел убить Шер-Агу, я бы мог сделать это уже давно.

— Зачем? — прошептал он.

— Пленных афганцев часто меняют на советских солдат, — ушел я от ответа. — Очень может быть, что и вас с Шером тоже обменяют.

Латиф закрыл глаза на миг. Открыл. Револьвер в его руке слегка опустился. Совсем чуть-чуть, но я отчетливо увидел это.

И Шер увидел тоже.

Вот только вся беда была в том, что именно в этот момент из-за поворота впереди послышались шаги. Тяжелые, хрустящие. И быстрые.

Это был Громила.

Латиф дёрнулся всем телом. Как лошадь, которую хлестнули по крупу.

Револьвер снова пошёл вверх.

Я даже не успел выругаться.

За выступом мелькнула широкая тень. Потом появился сам Громила. Разгорячённый, злой, уже открывший рот, чтобы что-то сказать, и в ту же секунду увидевший всё: меня,

Латифа с наганом, Шера верхом на осле, наган, направленный в мою сторону.

Лицо у него изменилось мгновенно. Сразу. Как будто у него в голове щелкнул тумблер.

Он вскинул автомат. Сухо прозвучал щелчок предохранителя.

— Брось!!! — рявкнул Громила — Стрелять буду!!! Брось!!!

Глава 6

Латиф вздрогнул всем телом.

Не просто дёрнулся — его будто током ударило. Наган в его руке пошёл вверх, потом чуть в сторону, потом опять на меня. Лицо у него было уже не серым, а каким-то зеленоватым. В глазах — паника. Живая, неприкрытая, такая, от которой думать уже просто невозможно, а можно лишь метаться внутри собственного страха, как зверёк в завязанном мешке.

— Не надо! — выкрикнул он сразу, срывая голос. — Не надо! Опусти! Опусти автомат! Я выстрелю!

Он сказал это Громиле, но сам смотрел на меня.

Смотрел не как на врага. Как на человека, который должен его понять. Должен помочь ему как-то выбраться из того, что он сам же только что и натворил.

Шер молчал.

Но я краем глаза уже уловил в нём главное — изумление прошло. Впрочем, оно было изумлённым совсем недолго и почти сразу сделалось напряжённым. Теперь он собирался с силами. Очень быстро собирался. Быстрее, чем Латиф успевал прийти в себя. И если дать им сейчас хотя бы лишнюю секунду на то, чтобы действовать без меня, всё действительно пойдёт прахом.

— Громила, — сказал я.

Голос у меня вышел спокойный. Сухой. Но по-офицерски командный. Именно такой, какой и был нужен.

— Отставить.

Он даже не посмотрел на меня. Автомат у него был вскинут хорошо, как я показывал Громиле когда-то. И ствол смотрел ровно в Латифа.

— Товарищ прапорщик, он вас на мушке держит! — как бы не веря своим ушам, крикнул Громила.

— Отставить, — повторил я.

— Да ты что…

— Автомат вниз. Быстро.

Вот тут он всё-таки зыркнул на меня. Коротко. Зло. С непониманием и почти с обидой. Потому что видел совершенно очевидные вещи: какой-то местный оборванец держит командира на прицеле нагана. И для такого опытного бойца, каким был Громила, правильный ответ оставался только один.

Но не сегодня. Не здесь. Не с Шером рядом.

— Это приказ, — сказал я.

Громила выругался сквозь зубы. Тихо, но так, что даже Латиф это услышал.

— Да он же…

— Вниз, — сказал я.