Циклы исторических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Галанина Юлия Евгеньевна - Страница 207

— Чушь, — презрительно сказала баронесса. — Я прямо сердцем чувствую, что это чушь собачья. Даже если мы закроем глаза на то, что долгое время Лош был тюрьмой для государственных преступников, то сама мысль о том, чтобы привести юную невесту короля в замок, где жила и скончалась фаворитка его деда, — она весьма странная. Король не может до такого опуститься! И вспомните тамошний донжон — он же ужасен! Как на фоне такого венчаться? Не знаю, о чем думали его строители.

— Наверное, о неприступности, — заметила сухо Жанна. — То есть вы думаете, о замке Лош говорят для отвода глаз?

Баронесса энергично кивнула.

— Я думаю, — сказала она с чувством глубокой убежденности, — это либо Шинон, либо Анже. Даже не знаю, кому отдать предпочтение.

— Скорее, Анже, у него же такая куртуазная история, — предположила Жанна.

— Это какая же? — кисло осведомилась баронесса. — История о том, как Фульк Нерра неверную жену со стены сбросил? Хорошенькое начало брака. Да еще эти странные полосатые стены — они ничуть не лучше, чем лошский донжон. Такие же безвкусные.

— А король Рене? — возмутилась Жанна. — А замок Любви?

— И «Анжерский Апокалипсис» на стенах, чудесное свадебное украшение, — подхватила баронесса де Шатонуар. — Смерть и разрушение, добро и зло в извечной борьбе. Как взглянешь — так потом не любить, а всю оставшуюся жизнь молиться будешь, забыв про еду и сон. И потом, моя дорогая, разве замок Любви это не Сомюр?

— Сомюр, — покаянно призналась Жанна. — Я запамятовала. А почему бы королевскому браку не состояться в замке Сомюр, кстати?

— Может быть… — согласилась баронесса. — Но говорят, что после того, как он отошел к французской короне, замок отнюдь не в лучшем состоянии. Изумрудов, рубинов и алмазов там днем с огнем не сыщешь[136]. Нет, Сомюр мы оставим на крайний случай.

— Значит, Шинон?

— Если бы я была невестой короля, то венчалась бы там, — величественно заявила баронесса де Шатонуар. — Там роскошные королевские покои с тронным залом. Опять же есть где гостей принять.

— Но ведь это тоже бывшая тюрьма, — поддела баронессу Жанна. — Там были в заточении тамплиеры. Это пострашнее «Анжерского Апокалипсиса».

— Но зато именно там Жанна Орлеанская встретилась с дофином и уговорила его бороться за корону, — отпарировала баронесса. — Почему на фоне этой славной истории прошлого не осуществить знаменательную историю нынешнего времени? Ведь с той поры он особенно любим королевской семьей.

— А где там венчаться? В часовне Святой Мелании? Фи.

— Часовня Святой Мелании отнюдь не единственная часовня в Шиноне, моя дорогая. Не думаю, что возникнут сложности с венчанием. Но главное сейчас, мне кажется, чтобы доброму королю Карлу не пришла в голову мысль справить свадьбу в замке Блуа. Ведь там находится бедняжка Маргарита Австрийская, которая приходится падчерицей нынешней невесте короля. Представляю эти милые семейные сцены.

— Это исключено, — серьезно сказала Жанна.

Присутствие баронессы в Аквитанском отеле стало ее уже не на шутку раздражать. Но, с другой стороны, не выставишь же старинную подругу матушки на улицу. Как все это сложно…

В который раз не подозревая о Жанниных терзаниях, баронесса сказала:

— И все-таки жалко, что виконт покинул нас.

— Я думаю, это ненадолго, — мрачно утешила ее Жанна. — Виконт — большой оригинал, так что вполне возможно, что скоро мы его увидим.

— Нет, нет, он сейчас там, где самое изысканное общество, — вздохнула баронесса. — А это безумие, о которым ты рассказывала, придает ему некую перчинку, совершенно особое очарование, такое волнующее, такое опасное…

— Слышал бы господин виконт этот блистательный панегирик в свою честь — он был бы, я думаю, очень растроган, — заметила насмешливо Жанна.

— Я всего лишь отдаю дань его светским качествам, — холодно объяснила баронесса. — Ты описала его сущим Жилем де Ре, а я увидела любезного и галантного кавалера.

— А Жиль де Ре не мог быть любезным и галантным кавалером? — колко отпарировала Жанна.

— С такой бородой?! Никогда! — отрезала баронесса. — Вот поживи с мое — и ты научишься разбираться в людях, девочка моя.

Жанна промолчала, лишь развела ладони, признавая свое поражение, а сама подумала:

«Погоняй вас виконт по коридорам Шатолу хоть разок — вы бы стали разбираться в людях еще лучше, моя дорогая».

А Жаккетта в это время собирала в комнатке над кухней вещи госпожи Фатимы, чтобы взять их с собой.

Точнее, Масрур собирал, чтобы передать Жаккетте, чтобы она обязательно взяла их с собой, куда бы ни направились она и ее друзья на поиски госпожи Фатимы. Ее дорожный сундук, ее зимнее покрывало, ее шубку, ее зеркало. Масрур громко вздыхал — и Жаккетта вздыхала в ответ, чутко прислушиваясь, не слышен ли цокот копыт, не вернулся ли муж с новостями. Но все было тихо, лишь плакал в отдалении малыш Аньес и Ришара.

Вечером все те же собрались в спальне госпожи Жанны, скрываясь от баронессы де Шатонуар.

Рыжий пират рассказал о своих поисках.

— Видимо, нужно возвращаться в Шатолу, — закончил он рассказ. — Все указывает на то, что виконт укрылся именно там, в своем любимом месте.

— Снова лезть в это волчье логово? — поежилась Жанна. — Мне уже жутко.

— Скажите куда — я пойду, — подал голос Масрур из угла.

— Одному там делать нечего, — заметил задумчиво Жерар.

— Одного Масрура никто и не пустит, это же верное самоубийство, — сказал рыжий пират. — Вместе пойдем. Ты с нами?

— Да, — подтвердил Жерар.

— Ну почему? — простонала Жанна, зная, что да, пойдет.

— Я лучше всех там все знаю, — простодушно объяснил ей Жерар.

«И тебе-то он обрадуется куда больше, чем остальным… — добавила про себя Жанна. — И это тоже верное самоубийство. Не хочу я второй раз вдовой становиться, не хочу…»

— Жерар, я, Масрур, — перечислил рыжий. — Кого еще возьмем? Кто-то в Аквитанском отеле должен оставаться, времена тревожные.

— Я поеду, — твердо заявила Жаккетта. — Даже не думайте!

— Я тоже, — похоронным голосом сказала Жанна. — Из всех вас я единственная, кто имеет хоть какой-то вес в обществе.

— Боюсь, там не будет общества, — тут же утешил ее рыжий пират.

— Госпожа Жанна права! — возмутилась Жаккетта. — Когда она путешествует, сразу всем понятно, что так надо. И никто не цепляется.

— Это мудрое замечание, жена моя, — отметил рыжий пират. — И, разумеется, помощь госпожи Жанны может оказаться просто неоценимой. Тем более что наша цель — не только проникнуть в Шатолу, но еще и вызволить оттуда госпожу Фатиму, и вывести ее в безопасное место. Экипаж госпожи Жанны для этой цели очень подойдет — он вместительный и по нему сразу понятно, что он принадлежит знатной даме.

— Значит, Ришару конями править, — грустно угадала Аньес.

Она выглядела усталой — малыш сегодня капризничал, не давал матери покоя. А тут еще Ришару надо уехать…

— Ришар с экипажем будут ждать нас в относительно спокойном местечке, — объяснил рыжий пират. — Это будет наша база, с которой мы начнем действовать.

Аньес немного успокоилась.

— Выезжаем завтра на рассвете. Путь неблизкий, — окончил собрание рыжий пират.

Близилось время ужина с баронессой, и Жанна мучительно думала, как же внятно объяснить госпоже де Шатонуар, что она, Жанна, завтра уезжает. Решив, что сочинит что-нибудь на ходу, она пошла в малую гостиную.

Там ее уже с нетерпением ждала баронесса.

— Что-то ты долго переодевалась к ужину, моя девочка! — неодобрительно сказала она. — А у меня т-а-а-кие новости! Я получила письмо лично от госпожи де Боже, представляешь?

«Мерзкой интриганки», — сразу вспомнились Жанне страстные слова баронессы, сказанные ею давным-давно, когда они, аквитанские дамы, только-только прибыли в Ренн, когда все еще были живы, все те люди, от которых зависело ее, Жанны, будущее. И которые теперь уже в земле…