Дикая собака - Айзенштайн Фрыц - Страница 63

Пока мы пили чай и перекусывали, я наконец увидел то, чего не видел раньше — на всех ящиках надпись «Аббаас сэрии сэбин»[53] и нарисована эмблема в виде стилизованного ворона. Прям совсем как у меня, я так подумал, и начал сомневаться в том, что тот ворон, которые у меня на груди, не имеет отношения к ворону этому. Как-то всё нарочито.

Сразу же возник вопрос, почему Аббаас не смог с такими складами унять распоясавшуюся имперскую военщину, и я сразу на него ответил. Вообще-то Аббаасы были одиночками. Против системы, против государства никакой клан или корпорация не тянут. Если только корпорация не накопит достаточно сил. Но кто ж даст ей это сделать? В государстве не дураки сидят. Так что конец Аббаасидов был понятен, несмотря на огромные, по моим меркам, арсеналы. Или же они просто не захотели воевать до конца.

Ну и ладно. Это уже не актуально. Рассмотрел я каптёрку внимательно и обнаружил неприметный выход, не тот, что ведёт к остальным складам, а какой-то технический.

— Мбонго, что нам сервер подсказывает насчёт планов эвакуации? Запасных и пожарных выходов?

— В каждом локальном складе есть свои входы-выходы, только мы мимо прошли, внимания не обратили.

— Хорошо.

И я полез в этот запасной выход, потому что таскаться мне уже надоело. Общее впечатление составлено и ладно. А вылезли мы, надо же такому случиться, прямо в Базу ПВО. Только я поначалу решил, что я в неё уже был, но оказалось, что нет. Такая же по планировке, но в другом месте. В горах. Чистый, звонкий воздух, прохлада и лёгкий недостаток кислорода.

Только вот как отсюда транспортировать имущество, ума не приложу. А мне надо перевооружить гринго на нормальные имперские автоматы, патронов нынче завались, а война вроде закончилась. Оснастить летающую технику ответчиками «свой-чужой» и развернуть полноценное ПВО. Какая-то скотина заблокировала порталы в столь нужное мне место. Непорядок. Займусь этим на досуге. Развели демократию и демилитаризацию.

Мбонго сообщает, что у меня два пропущенных вызова, от Дохсуна. Перезваниваю.

— Что у вас случилось, Дохсун?

— Начальник, сейчас трубку дам Григорию.

— Тут эта, Вольдемар, мы мужика нашли. У него на груди Орден Трудового Красного Знамени.

— На груди и прибит гвоздями?

— Не… к халату привинчен. У моего деда такой был.

— Ну так хватайте того мужика под микитки и тащите на базу.

— Так он мёртвый.

— Чёрт, — мне немного не по себе стало, — убили что ли?

— Нет, похоже сам помер. Никаких ран нет на теле. Да и старый он ваще, как мамонт.

— Тогда, Гриша, похороните его по-человечески. Номер ордена мне запиши, может узнаю что в архивах.

Очень мне жаль, что не пришлось свидеться. Как не крути, а дед был гений. И, возможно, не выдержало его сердце тягот и лишений беспокойной жизни. Я помянул Гольденберга парой глотков водочки. Пусть земля ему будет пухом.

Что-то продрог я здесь, на ветру. Пора пойти, ребятам тележки смастерить. Я отвёз Талгата к его бойцам, чтобы и он мог немного поучаствовать в перераспределении материальных благ, а сам двинул на Рембазу. Теперь у меня есть чем удивить смежные миры.

БТР и Уралы, ясно дело, пойдут в утиль, а транспорт я сделал на основе имперской типовой группировки второй волны вторжения. Корпуса из самовосстанавливающихся композитных материалов, армированных углеродным волокном, сиденья крокодиловой кожи, бар, кондиционер, туалет, душ. Автопилот, конечно же, на основе копии моего Мбонго. На головную машину пришлось пожертвовать на благо обчества оранжевый энергоблок, ротный синтезатор, который у меня к слову, пока единственный и контейнеры с ботами, ремонтными и разведывательными. На ведомые — тоже по мелкому вычислителю, так, чтобы экипажу не отвлекаться на суетное, а спать спокойно, пока главный штурман прокладывает курс. В каждое колесо замастрячил по электродвигателю, подвеску сделал динамическую, чтобы по степи, аки по автостраде можно было гонять. Ну и там всякие мелочи — типа системы РЭБ, маскировки в оптическом и радиодиапазонах. Что касается пулемётов и гранатомётов, так их смонтировано столько, и в таком ассортименте, чтобы гарантированно уничтожить живую силу и технику противника в радиусе 35 километров. А потом быстро смыться, если что не так пойдёт. В целом получилось то, что я и планировал, и внешне сильно похоже на наши отечественные кузова-фургоны К543МС, только на шестиосном полноприводном шасси. Один кузов нафаршировал расходными материалами и картриджами к синтезатору, на все случаи жизни.

Всё лучшее отдал, аж душа кровью обливается. Но нам, суровым степным парням, Великий Тэнгри завещал жить в скудости и аскезе, безо всяких диванов из невинно убиённых крокодилов. Бытовая роскошь и избыток материального отвлекает от духовного самосовершенствования.

К моменту, когда Гриша и компания вернулись с экскурсии, я представил им готовую продукцию и вкратце высказал свои мысли:

— Слушайте и внимайте. Гриша, вот тебе планшет, со встроенным искусственным интеллектом четвёртого класса. Вся справка по технике и её применению — в нём. Вы, вообще, ещё не передумали, может останетесь здесь?

— Нет, — ответил за всех Гриша, — мы должны ехать.

— Ну хорошо. Тогда вот что. Вообще-то на такой технике ваша сила — в мобильности. Но, может статься, вы решите присоединиться к какому-нибудь поселению. Также может случиться, что у вас постараются тем или иным способом отжать эту красоту, под самыми разными предлогами, начиная от прямого наезда, так и до обоснования крайне необходимыми надобностями именно для этого хутора, в лице его лучших представителей. А вам вообще, типа, не по чину такой красотой владеть. В общем, вариантов масса. Я, может быть сгущаю краски, но в человечество верить я перестал давным-давно. Нет, люди по отдельности-то все нормальные, а человечество в целом — нет. Всегда найдётся какой-нибудь перец, который лучше всех знает как надо людям лучше, но в итоге получается, что людям как всегда, а вот этому персональному перцу почему-то лучше всех. Если у вас не будет необходимости ложиться под кого-то, или внезапно атрофируется орган альтруизма, или вообще, кисло станет, есть вот эта штучка. Срываете пломбу, откидываете заглушку, дёргаете за кольцо и вам откроется сквозной портал. На тот случай, если кто-то будет стоять с пистолетом у виска для того, чтобы вывести в солнечные края какое-то количество народу, то выйдете на другом континенте.

Работать швейцаром при портале я не хочу и не могу, а давать в чужие руки пульт управления — считаю вредным. Иначе здесь окажется толпа народу, ничего, кроме как воевать, не умеющих. Естественно, они начнут искать точку приложения сил своим умениям, а оно вообще никому не надо. В принципе, когда-нибудь, когда надо будет повоевать — тогда да, а раньше — нет. Так что обойдутся одноразовым порталом, может это предостережёт их от необдуманных движений. Я продолжил:

— После этого, разумеется, вы никому не будете нужны. Так что думайте, прежде чем молоть языком за ваши ништяки. Портал одноразовый, имейте в виду. Выйдите в пригодные для житья места, а там уже сами смотрите. Если появитесь, то звоните через планшет. Ну, я всё сказал. Давайте на посошок, и езжайте.

Добавил я ребятам от своих щедрот по сотне золотых рейхстугриков. Проводил, утёр скупую мужскую слезу, старею, видать, совсем сентиментальным стал. Выкрутил маяки, которые стояли на месте открытия портала, и пошёл по своим делам.

Глава 19

— Магеллан, я чувствую себя ничтожеством, — объявил мне Ичил, когда я его всё-таки нашёл.

Мы сидим на балконе третьего яруса рембазы и дышим свежим воздухом. С точки зрения комфорта — не самое лучшее место, зато оно вне конкуренции по панораме, которая открывается отсюда. Однако превосходные виды полуденной степи и запахи разогретых трав, которые доносит до нас ветерок, не радуют шамана. Он сидит в позе мокрого воробья, в тягчайшей депрессии, свойственной, пожалуй, больше русскому интеллигенту, нежели степняку. Я как-то раньше не замечал у него подобных самоедских рефлексий.