Чокнуться можно! Том 3 (СИ) - Аржанов Алексей - Страница 46

— Светлана Ивановна, — начал я. — Вы не сочтите мой вопрос за оскорбление. Но я просто вынужден поинтересоваться. Таков уж у меня род деятельности. Скажите, давно вы так… молодитесь? Сленг, телефон, одежда. Вам, несомненно, идёт. Но сами понимаете, выглядите вы специфично.

Я старался говорить прямо и при этом не оскорбить женщину. В целом ничего постыдного в её поведении я не вижу. Более того, в больших городах без труда можно встретить подобных старушек. Но в деревне под Тиховолжском это выглядит очень уж дико.

Она вдруг посерьёзнела. Фон у неё качнулся, пробежала тень грусти.

— Да вот три года уже прошло с тех пор, как начала что-то менять, — сказала она, но на этот раз спокойно, без напускной бойкости. — С тех пор, как Колю схоронила. Мужа своего, — она выдержала паузу. — Сорок пять лет вместе прожили, доктор. А потом он раз — и помер. И что мне прикажете делать? Осталась я одна в избе. Дети в городе, внуки в телефонах своих сидят, приезжают раз в год. И так мне что-то сделалось тоскливо…

— Продолжайте, — кивнул я.

— А потом внучка приехала на лето, — произнесла она. — Алёнка. И давай меня учить, как в телефоне там сидеть, музыку эту слушать. Как фотографии в эту… Как её там? А! В сеть выкладывать — вот. И знаешь, доктор, меня будто током шибануло. Я как этим всем занялась, у меня жизнь снова появилась. Я в интернете подружек себе завела, мне молодёжь всякие лайки ставит. Говорят, что я — огонь! Представляешь? Я музыку слушаю, танцую под неё в избе. И как-то со временем тоска ушла. Хоть себя снова живой почувствовала. Да только никто этого не понимает, — она махнула рукой в сторону деревни.

/Фон: тёплый, стабильный. Состояние: компенсация утраты через социальную активность. Адаптивный механизм. Признаков патологии не обнаружено/

Теперь всё очевидно. Никакая она не сумасшедшая. Передо мной сидела умная, сильная женщина, которая после смерти мужа нашла, чем себя поддержать. И ничего страшного в этом нет. Да, необычно, конечно.

Но молодёжная культура, гаджеты, новые знакомства стали для неё лекарством от тоски. Всяко лучше, чем на каких-нибудь антидепрессантах сидеть. Некоторые после такого деменцией страдать начинают, да и в целом здоровье у человека из-за плохих эмоций портится.

Причём, так сработало бы любое приятное и новое для неё хобби. Дело и увлечённость всегда помогают выбраться из тоски. Просто так уж совпало, что Светлана решила вникнуть именно в современные течения.

— Светлана Ивановна, — я аккуратно приоткрыл окно, чтобы любопытные жители деревни точно услышали завершение нашего разговора. В другой ситуации я бы не стал распространять информацию с приёма, но сейчас это, наоборот, было необходимо. — Хочу официально, как психиатр, заявить, что вы абсолютно здоровы. Никаких отклонений по психике. Состоянию вашего мозга можно только позавидовать.

— Спасибо, Лёша, — она рассмеялась. — Уж не обижайся, но я и без тебя это знала!

Знала-знала. Вот только я не для неё это заключение вынес. Скорее для жителей Сосновки. Пусть знают, что она абсолютно нормальный человек. Нечего слухи лживые распространять.

Бабки у входа недоверчиво загудели.

Но, когда Светлана Ивановна выходили из фуры, я всё же услышал, как одна из старушек пробурчала:

— Свет. А ты б… научила меня, что ль, с внуком, как это называется… видеться по телефону-то? А то он в Москве, год уже не видела и не слышала.

— Дак легко! — расцвела Светлана Ивановна. — Заходи вечером, всё покажу. Видеосвязь поставим, будешь хоть каждый день с ним болтать.

Вот ради таких моментов, наверное, и стоит быть врачом. Особенно в моей профессии. Часто на многих людей ярлыки вешают, причём абсолютно необоснованно. И это только вредит их психическому состоянию.

Другими словами, добрее надо быть друг к другу. Доброта лечит.

/Совместимость с телом: +0,00%/

Я мысленно усмехнулся. Всё, застряло развитие. Дальше уже некуда. Но я и без новых цифр очень доволен проделанной работой.

В поликлинику меня привезли уже вечером, на той же фуре. Рабочий день кончился. Пусть я и устал, но эта усталость была по-настоящему приятной. Много хорошего удалось сделать — день прожит не зря.

Едва я переступил порог квартиры и стянул куртку, как зазвонил телефон. Я глянул на экран. Ага, а вот и Богатов. А я то думал, когда он и его «коллеги» снова выйдут со мной на связь.

— Кирилл Валерьевич, — я взял трубку. — Добрый вечер.

— Добрый, Алексей Сергеевич, — голос у него был довольный, почти торжественный. — Ну что же вы молчите? Я ведь знаю, где вы сегодня были.

И снова история повторяется. От Богатова, похоже, и правда ничего не скроешь. Он всегда знает, когда я посещаю места силы. Либо у него там и в самом деле установлены камеры, либо он каким-то образом это чувствует.

Хотя, чем я удивляюсь? Этот человек меня свёл с людьми, которые настоящей магией владеют. И, как выяснилось, я тоже ей оперирую, только через систему.

— Да, был в Сосновке. Дошёл до амбулатории. До последнего места силы из тех, что вы мне дали. Так что спасибо вам, Кирилл Валерьевич. Вы здорово мне помогли. Я продвинулся дальше, чем мог подумать.

— Не благодарите. Это — моя работа. Рано или поздно должен был появиться человек, которому я бы всё это показал. Кстати, вот за этим и звоню, — подметил он. — Со мной полчаса назад связался глава нашего ордена.

Я насторожился. На всякий случай присел. Он впервые назвал эту организацию «орденом». До этого и Богатов и Щербаков упоминали её лишь, как «сообщество». Скорее всего, шифровались.

— Глава ордена? — переспросил я.

— Именно, — подтвердил Богатов. — Этот человек стоит выше Щербакова, с которым вы уже недавно имели удовольствие познакомиться. Так вот, Алексей Сергеевич, он получил отчёт Игоря Алексеевича о вас. О том, как вы помогли его жене. И остался крайне доволен. Крайне. Сказал, что давно не встречал столь… перспективного человека. Вас очень хорошо ему отрекомендовали.

Внутри меня начал разгораться нешуточный интерес. Раньше я ко всей этой истории с орденом, местами силы и таинственными лекарями относился со здоровым скепсисом. А теперь, после Щербакова, после его жены Анны, после всего, что я видел, скепсиса не осталось. Осталось только непомерное любопытство.

— Так, хорошо. И что это значит для меня? — спросил я. — Каков мой дальнейший план действий? Вы же всё это время держали меня в неведении. Я даже не понимаю до сих пор, к чему вообще вы меня ведёте?

— Это значит, что в ближайшее время глава ордена выйдет с вами на связь сам, — ответил Богатов. — Возможно, уже сегодня. Он передаст вам важную информацию. О способностях, о правилах, о том, как вступить в наш… орден лекарей, — он всё-таки произнёс название полное название организации. Это значит, что ему дали добро. Меня уже воспринимают, как надёжного человека. — Прислушайтесь к нему, Алексей Сергеевич. Наш глава — очень хороший человек. Думаю, вы многому сможете у него научиться.

— Понял вас. Буду ждать. Ещё раз спасибо, Кирилл Валерьевич. За всё.

— Не благодарите, — ответил он. — Вы это заслужили сами. Доброго вечера, Алексей Сергеевич. И… поздравляю.

Он отключился.

«Поздравляю».

Интересно, с чем конкретно? С потенциальным вступлением в этот орден? Зараза, одни секреты вокруг! Час назад я был просто уставшим психиатром, вернувшимся из деревни, а теперь, выходит, меня заметили на самом верху какого-то скрытого сообщества, о существовании которого я ещё месяц назад и не подозревал.

Вечер прошёл спокойно. Я поужинал с Леной, рассказал ей урезанную, безопасную версию про деревню, про забавную бабушку-блогершу. После Лена ушла спать, а я ещё сидел на кухне с чаем. Не хотел ложиться, потому что ждал. Надеялся, что со мной свяжутся именно сегодня.

И не ошибся. Так оно в итоге и вышло.

Телефон завибрировал. Пришло оповещение — письмо на электронную почту. Имя адресата не было указано. Лишь набор символов в адресе почты, по которому определить личность главы ордена было попросту невозможно.