Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд - Страница 971

– Еще как, – ответил он, беря протянутый ему бокал. – Чертовски неприятная история. Руперт Филдинг – настолько блестящий хирург, что не отличает живого от мертвого, – об этом уже говорят все вокруг. Для меня это катастрофа. Некомпетентность плоха в любой профессии, но в моей она непростительна. Но старик ведь действительно умер, – беспомощно добавил он, – по крайней мере, я так считал. У него перестало биться сердце, а доставив его домой, я с помощью зеркала убедился, что он не дышит. Конечно, в наше время случаются чудеса, но только не у старины Филипсона. Во всяком случае, вчера я бы так не сказал. Странно, да?

– Воистину странно, – медленно кивнул мистер Кэмпион. – Что вы, собственно, имели в виду, когда говорили про нынешние чудеса?

– Ну… лечение с помощью электричества и тому подобное, – уклончиво ответил Филдинг. – Видите ли, я не терапевт, – откровенно добавил он, – а хирург. Естественно, я учился медицине, но не на врача общей практики. Всяческие лекарства – это не мое.

Мистер Кэмпион вопросительно взглянул на него из-за очков.

– Думаете, старик мог принять что-нибудь такое, что вызвало достаточно правдоподобную имитацию смерти? – предположил он.

Молодой человек пристально на него посмотрел.

– Понимаю, это выглядит надуманно, – сказал он, – но никакого другого объяснения мне в голову не приходит, хотя я даже представить не могу, что это мог быть за препарат. Понимаете, самое ужасное в том, что я ничего не делал. Я просто решил, что он мертв, и, поняв, что надежды нет, просто позвонил Филипсону, как того требовал врачебный этикет.

– Ясно, – рассудительно кивнул мистер Кэмпион. – И чего вы от меня хотите?

– Если бы вы сумели выяснить, что на самом деле произошло, вы, по крайней мере, спасли бы мой рассудок, – поколебавшись, ответил Филдинг без какого-либо намека на мелодраму. – Боюсь, мою карьеру ничто уже не спасет, во всяком случае на ближайшие несколько лет. Но поймите, Кэмпион, мне нужно знать, не теряю ли я хватку и не схожу ли с ума. Мне нужно понять, как я смог совершить столь невероятную ошибку.

Мистер Кэмпион взглянул на молодого человека, который держался вполне достойно, ничем не выдавая нервного напряжения. Его сочувствие к Филдингу возросло, как и любопытство. Но прежде чем он успел что-либо сказать, тот неловко продолжил:

– Есть и другие сложности. Дело в том, что я помолвлен с внучкой старика Розмэри, а если я вам скажу, что она его главная наследница, то сами поймете, как это все выглядит.

Мистер Кэмпион присвистнул:

– Да уж, не повезло вам!

– Вот именно, – мрачно подтвердил Филдинг. – И это еще не все. Боюсь, Дениз разорвала свою помолвку с Артуром Марчем ради меня, и он имел наглость ей позвонить сразу после того, как все случилось. Я виделся с ним сегодня вечером и, честно говоря, его не понимаю. Да, знаю, я совершил ужасную ошибку. Старик Розмэри в полном праве подать на меня в суд. Но Марч воспринял это как личное оскорбление. Он обругал меня, как мальчишку, хотя он всего лишь внук друга семьи, даже не родственник. И я ничего не мог ему ответить. Я безнадежно виноват.

– Когда старик явился сегодня днем живехонький, я заметил, что он удивительно хорошо выглядит, – задумчиво произнес мистер Кэмпион.

– Вы удивились бы еще больше, если бы подошли поближе, – криво усмехнулся Филдинг. – Я был поражен, когда тащил его в такси. Полагаю, все дело в огромном количестве наложенной косметики. Его слуга наверняка тратит уйму времени, готовя хозяина к очередному дню. Думаю, за столько лет накопилось множество мелких дополнений и поправок, но могу точно сказать – то, что начиналось как накладка для волос, теперь превратилось в чертов парик. Но вряд ли вы смогли бы заметить какие-то последствия препарата, даже если бы они имелись. Впрочем, я и так слишком много говорю. Так как, займетесь?

Мистер Кэмпион не стал брать на себя какие-либо обязательства.

– Погляжу, – ответил он. – Не могу ничего обещать. Мне кажется, это какой-то дурацкий фокус.

Тем не менее на следующее утро Кэмпион оказался в «Джуниор Грейс» намного раньше обычного. Найдя Уолтерса, он припер его к стене в пустой курительной. Дворецкий был весьма разговорчив.

– Ужасная история, сэр, – согласился он. – Сущий скандал. Вот и верь после такого докторам, скажу я вам. И все же я предпочту десяток скандалов, чем потерять сэра Чарльза. Да, он уже здесь, как всегда, и даже в хорошем настроении.

Мистер Кэмпион улыбнулся:

– Но в дурном, как я понимаю, он бывает чаще?

– Ну… в конце концов, он старик, сэр, – снисходительно заметил Уолтерс. – Порой он готов всем нагрубить и может угрюмо сидеть, уткнувшись в газету и ни с кем не общаясь, но я даже внимания не обращаю, поскольку знаю, что завтра он будет совсем другим: обворожительно улыбающимся и кивающим всем подряд. Как только он приходит и требует виски, я сразу понимаю, в каком он настроении. Если в хорошем, – то виски с водой, а если в плохом – то с содовой, так что я заранее знаю, чего ждать.

Мистер Кэмпион поблагодарил его и ушел, внезапно посерьезнев. В его взгляде из-под очков в роговой оправе промелькнула тревога.

Спустившись к телефону, он позвонил Оутсу. Меньше чем через двадцать минут они с суперинтендантом уже мчались в такси в сторону Флит-стрит. Станислаус Оутс пребывал в обычном для него мрачном расположении духа. Чрезмерно веселое настроение, которое он когда-то демонстрировал в ресторане, исчезло без следа, и сейчас он не скрывал своего раздражения.

– Надеюсь, это не какая-то дурацкая затея, Кэмпион, – заявил он, пока машина ехала по набережной Темзы. – У меня, сам знаешь, дел хватает, и я не собираюсь тратить время на какие-то поездки по личным делам.

Кэмпион повернулся к Оутсу, удивив того своей серьезностью.

– Мне отчего-то кажется, что вряд ли ты сумел бы сохранить эту поездку в тайне, даже если бы хотел, – сказал он. – Приехали. Подожди меня.

Такси остановилось возле обветшалого здания в узком дворе, и суперинтендант имел возможность увидеть, как Кэмпион, выйдя из машины, скрывается за дверями офиса «Занавеса», хорошо известного театрального еженедельника, славившегося своими репортажами и интимными сплетнями.

Кэмпион отсутствовал какое-то время, но, когда снова появился, вид у него был вполне довольный. Назвав шоферу адрес в Стретхэме, он снова сел рядом с другом.

– Я все выяснил, – коротко сообщил он. – Мы еще успеем вмешаться, хотя, естественно, главное зло уже свершилось. Одного лишь не пойму: с какой целью? Вряд ли только ради того, чтобы дискредитировать Филдинга. Слишком большой риск.

– Объясни наконец, а не играй в испорченный телефон, – раздраженно бросил Оутс. – Что ты выяснил в этой богом забытой дыре?

Кэмпион взглянул на него с таким видом, будто только сейчас вспомнил о его существовании.

– Адрес, естественно, – коротко ответил он.

Такси наконец остановилось на широкой загородной улице, где каждая пара домов ничем не отличалась от соседней – красный кирпич, белая штукатурка и шоколадного цвета окраска.

Мистер Кэмпион направился по выложенной плиткой дорожке к опрятной входной двери, и Оутс, бросив взгляд на окна с закрытыми ставнями, поспешил за ним, чувствуя, как улетучивается его раздражение.

Им открыла невысокая женщина в темной одежде с седыми волосами, скрученными на затылке в узел. Лицо ее было покрыто пятнами, глаза покраснели.

– Мистер Ноуэлл? – переспросила она, услышав вопрос Кэмпиона, а затем, поспешно нашарив носовой платок, расплакалась.

– Простите, – мягко произнес мистер Кэмпион. – Мне не стоило так о нем спрашивать. Он ведь умер?

– А, так вы из полиции? – резко вскинув глаза, неожиданно поинтересовалась она. – Доктор говорил, что будет расследование из-за столь внезапной смерти. Такой удар… Он так долго тут жил…

Следом за женщиной они вошли в небольшой холл. Суперинтендант понимал, что у них нет никаких оснований тут находиться, но, похоже, вдаваться в объяснения в данный момент не имело смысла.