Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд - Страница 969

– Старина Розмэри?

– Он самый. Одна из достопримечательностей Лондона. За полсотни лет нисколько не изменился. Забавно, я слышал про него сегодня и собирался тебе рассказать. Он в самом деле настолько стар, как говорят?

– Ему в этом году будет девяносто.

– В самом деле? – вскинул брови суперинтендант. – Я, естественно, видел его десятки раз. В том большом окне его просто невозможно не заметить. С улицы он выглядит достаточно молодо. Тощий, вроде тебя, хорошо одетый. Каков он вблизи?

Мистер Кэмпион задумался. Он с радостью был готов ухватиться за любую тему, которая отвлекла бы чрезмерное внимание друга от двух его одноклубников и их сугубо личных дел.

– К нему так близко просто не подберешься, – наконец сказал он. – То окно-фонарь – его святая святых. За спинкой его кресла – ширма от сквозняка, между ней и остальной комнатой стоит стол. Я редко бываю там достаточно рано утром, чтобы увидеть, как он приходит, но порой встречаю старика в половине седьмого вечера, когда он ковыляет оттуда.

– Так он в самом деле дряхлый? – не унимался суперинтендант. – Дряхлый, но молодо выглядит? Извини за чрезмерное любопытство, – добавил он, – но я не люблю всяких чудиков. Насколько он молодо выглядит вблизи при хорошем свете?

Мистер Кэмпион поколебался.

– Он прекрасно сохранился, – наконец проговорил он. – Над ним много чего проделали.

– Ну да, подтяжка лица, омоложение, парик, вставные зубы… Знаю-знаю, – презрительно бросил суперинтендант. – Все ясно. Терпеть не могу подобного. Мало того что старухи уродливо выглядят, но старики вообще отвратно смотрятся. – Он помедлил, а затем, видимо решив, что не слишком любезно выразился, великодушно добавил: – Конечно, если вспомнить, что старикан был знаменитым актером, то все не так уж плохо. Он ведь один из первых королей подмостков?

– Насколько я понимаю, да. Сэр Чарльз Розмэри – одна из величайших фигур восьмидесятых. Полагаю, он тогда блистал.

– А теперь он проводит свои дни, сидя в окне и пытаясь выглядеть на шестьдесят, – пробормотал суперинтендант. – Это правда, что он там каждый день без перерыва?

– Думаю, уже лет двадцать, – ответил мистер Кэмпион, которого начал утомлять сей допрос. – Он настоящая легенда.

– Господи… – покачал головой Оутс и внезапно добавил: – Ага, он ее увидел!

Мистер Кэмпион оставил всякую надежду его отвлечь.

– Взгляни на Марча. – В круглых глазах суперинтенданта вспыхнули веселые искорки. – Он в ярости. Разве не типично для ему подобных? Похоже, он не понимает, что находится в той же самой лодке. Видишь его?

– Да, в зеркале за твоей спиной, – неохотно кивнул Кэмпион. – Довольно-таки неловкая ситуация для его гостьи, как считаешь?

– Мне кажется, она к такому привыкла, – весело ответил бывший инспектор. – Взгляни на него.

Артур Марч откровенно злился, не стесняясь показывать свой гнев. Он выпрямился на стуле, уставившись с бледным от негодования лицом на свою невесту и ее спутника. Девушка в серой шляпке напротив него изо всех сил пыталась изображать легкое замешательство, но в ее глазах пылала злость.

Кэмпион посмотрел на мисс Уоррен, которая наконец обратила внимание на разъяренного мужчину в другом конце зала, заметив бросаемые с других столиков любопытные взгляды. На мгновение встретившись с ним глазами, она медленно начала заливаться румянцем, а затем что-то пробормотала флегматичному молодому человеку, своему спутнику.

Оутс крайне заинтересовался.

– Марч направляется к ним, – внезапно прокомментировал он. – Нет, передумал. Посылает записку.

Официант, взявший поспешно нацарапанное послание на вырванном из блокнота листке, извинился перед мисс Уоррен и с немалым замешательством протянул листок ей. Взглянув на записку, она покраснела еще больше и передала ее Филдингу.

Бесстрастное лицо молодого хирурга слегка помрачнело. Наклонившись к девушке, он что-то быстро сказал. Поколебавшись, она посмотрела на него и кивнула.

Мгновение спустя официант снова направился через зал, едва заметно улыбаясь.

Суперинтендант нахмурился.

– Что случилось? – забеспокоился он. – Я не видел, а ты? Погоди минуту.

Прежде чем Кэмпион успел ему помешать, Оутс поднялся со своего места и зашагал через зал, якобы чтобы достать трубку из кармана пальто, висевшего на вешалке возле двери. Выбрав слегка окольный путь, он оказался прямо за спиной Марча как раз в тот момент, когда тот получил ответную записку от официанта.

Оутс, ухмыляясь, вернулся обратно.

– Так я и думал, – торжествующе заявил он, садясь. – Она завернула в его записку свое кольцо и отправила ему. Что ж, весьма достойный и сокрушительный удар, что бы он ей ни написал! Только посмотри на него… Он что, намерен устроить скандал?

– Надеюсь, что нет, – отозвался мистер Кэмпион.

– Нет, передумал. Уходит. – Суперинтендант, похоже, был слегка разочарован. – Хотя весь красный как рак. И посмотри на его руки. Они дрожат от ярости. Слушай, Кэмпион, что-то мне это не нравится. Он чуть ли с ума не сходит от злости.

– Да хватит тебе на него таращиться, – заметил Кэмпион. – Ты собирался мне рассказать что-то невообразимо интересное про законодательство о компаниях.

Суперинтендант нахмурился, не сводя глаз с удаляющихся фигур.

– Да? Из-за этого спектакля у меня совсем из головы вылетело, – сказал он. – Ага, они ушли, и другая парочка снова успокоилась. Что ж, небольшому роману пришел конец. Мне понравилось.

– Еще бы, – язвительно бросил мистер Кэмпион. – Мне это, вероятно, стоило двух неплохих знакомств, но что с того, если ты рад? Всю эту историю через пару дней смоют слезы, и, возможно, о ней просто забудут. Но если тебе понравилось…

Суперинтендант пристально посмотрел на него.

– Ошибаешься, – ответил он. – Я, конечно, не спец по провидениям… или как это называется?

– Пророчествам? – рассмеялся Кэмпион.

– Пророчествам, – удовлетворенно повторил Оутс. – Но могу тебе сказать, Кэмпион, что инцидент, свидетелями которого мы только что стали, будет иметь далеко идущие последствия.

– Да ты просто пьян, – подытожил его спутник.

Оутса, конечно, нельзя было назвать трезвым, но, как он сам потом заметил, несмотря на это, он оказался совершенно прав.

О помолвке мисс Дениз Уоррен и мистера Руперта Филдинга, члена Королевской хирургической коллегии, было объявлено в конце августа, шесть недель спустя после сообщения, что ее свадьба с мистером Артуром Марчем, сыном покойного сэра Джошуа Марча, не состоится, и, когда октябрьским утром мистер Кэмпион шел по Пэл-Мэл в сторону клуба «Джуниор Грейс», происшествие в ресторане выглядело достоянием древности.

Близился полдень, и солнце отражалось в окнах-фонарях клуба, столь больших и ничем не закрытых, что благопристойные джентльмены за ними напоминали, скорее, экспонаты за стеклом, чем зрителей, наблюдавших за тем, что происходит на улице.

Подходя к зданию, мистер Кэмпион вдруг испытал обостренное чувство некой потери. Лишь остановившись на тротуаре и глядя на широкий фасад левого крыла здания, он понял, что именно изменилось, и это повергло его в шок. Большое кресло в центральном окне гостиной теперь занимала не знакомая орлиная фигура старика Розмэри, но невысокий толстенький пожилой джентльмен по фамилии Бриггс, состоявший в клубе всего лет десять или пятнадцать, безвкусный, не пользовавшийся особой популярностью грубиян.

Мистер Кэмпион с предчувствием катастрофы вошел в подъезд, и его подозрения подтвердились несколько мгновений спустя, когда он обнаружил Уолтерса, главного дворецкого, в слезах. Поскольку Уолтерс, дородный мужчина шестидесяти пяти лет от роду, никогда не терял чувства собственного достоинства, увиденное не только потрясло, но и повергло Кэмпиона в замешательство. Шумно высморкавшись, Уолтерс пробормотал извинения, после чего без лишних слов добавил:

– Его больше нет, сэр.

– Кого? Старика? То есть сэра Чарльза Розмэри? – спросил мистер Кэмпион, замирая от ужаса.