Оружие Ада (ЛП) - Рид Элль - Страница 79

— Ох, черт… — вскрикнула она. — Черт, Гаррик. Что ты со мной делаешь? Я не могу…

— Можешь.

Я убрал волосы с её лица и ладонями обхватил её щеки, притягивая к себе для такого же неторопливого поцелуя. Я проглатывал её стоны удовольствия с каждым толчком, пока она не потеряла способность отвечать на поцелуи. Она уткнулась лбом в мой лоб. Я крепко держал её, пока волна оргазма накрывала её с головой, а в уголках глаз проступали слезы.

Смахнув слезинку большим пальцем, я продолжал толкаться в неё, поддаваясь давлению, нараставшему вдоль позвоночника. Закрыв глаза, чтобы обострить чувства, я вдыхал её запах. Она двигалась мне навстречу, не пытаясь отстраниться, а лишь создавая еще более упоительное трение.

Её голова снова качнулась, щека потерлась о мою бороду, а губы прошептали прямо в ухо:

— Клейми меня, Гаррик.

Три слова — и я сорвался. Толкнувшись еще глубже, если это вообще было возможно, я излился внутри неё. Это не было взрывом — это было крушением старого мира. Трансформация. Отупляющее и в то же время проясняющее сознание чувство.

Только возвращаясь в реальность, я почувствовал хвост, обвивший мою ногу, и увидел её крылья, окутавшие нас коконом, пряча от всего остального мира.

Поглаживая её по щеке, пока мы еще несколько минут нежились в объятиях друг друга, я наслаждался ощущением её кожи и дыханием, щекочущим мне грудь. Я всегда думал, что в конце концов найду кого-то, осяду, обзаведусь партнером. Но я и представить не мог, что это может ощущаться так.

— Я люблю тебя, — прошептал я в тишине. — И я никогда тебя не отпущу, просто чтобы ты знала.

Она хихикнула и немного отстранилась, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Я и не хочу уходить, Гаррик. Я тоже тебя люблю.

Наши губы встретились в мягком поцелуе, скрепившем наше «навсегда».

Шорох из другой части дома заставил меня насторожиться.

— Где те двое? — спросил я.

— В спальне, она внизу. Они спали — мы все спали, пока этот телефон бесцеремонно меня не разбудил. — Она ткнула меня указательным пальцем в грудь.

— Прости, что испортил твой сон красоты, Богиня. — Я перехватил этот палец и поднес к губам.

— Если ты собираешься будить меня так каждое утро, я не буду жаловаться. — Она улыбнулась. — Пойдем посмотрим, проснулись ли они? И мне не помешал бы еще один душ.

Я вышел из неё (мой член уже давно обмяк) и отступил, давая ей возможность спрыгнуть со столешницы. Приземлившись, она убрала крылья.

— Нам определенно стоит как-нибудь опробовать кровать, — задумчиво произнесла она, выжидая, пока я застегну брюки.

Рассмеявшись, я переплел свои пальцы с её ладонью. Она повела меня прочь из кухни к лестнице в главном коридоре, которую я не заметил, когда входил.

— Я планирую использовать каждую поверхность в этой квартире.

Лестница вела в огромную спальню. В панорамные окна вовсю светило солнце, хотя благодаря «ночному режиму» свет не слепил. Я огляделся, подмечая каждую деталь: от антикварного комода у стены до свисающего с потолка растения и сочетания насыщенных и мягких цветов. Всё это рассказывало мне о женщине, которую я только что заклеймил, — маленькие детали, которыми мы еще не успели поделиться в лагере.

— Ты нашел нас! — Уайатт приподнялся на кровати, выбираясь из горы одеял и подушек. Он делал это осторожно: я заметил Майло, который свернулся калачиком рядом с ним и крепко спал. — Я рад. Я уже собирался подняться и проверить, не пялит ли нашу девочку какой-нибудь левый чувак.

— Эй! — Тацита уперла руку в бок и дернула хвостом.

— Я просто к слову. — Уайатт вскинул руки ладонями вверх и пожал плечами.

— Я едва справляюсь с вами троими. Поверь, мне больше никто не нужен. — Она метнула взгляд на меня, прежде чем сердито посмотреть на Уайатта.

Притянув её, всё еще обнаженную, к своему боку, я нежно поцеловал её в висок.

— Я знаю. Иди в душ, а потом мне, наверное, стоит ввести вас в курс дела.

Тацита скрылась в ванной через открытую дверь в другом конце комнаты. Она не стала закрываться, но душевая кабина не просматривалась из дверного проема. Я подошел к кровати и сел на край, напротив того места, где лежали Майло и Уайатт.

— Насколько всё плохо? — спросил Уайатт.

— Всё нормально. Ангелы отступили, как я и предполагал.

Уайатт протяжно выдохнул, его рука крепче обняла голые плечи Майло. Выражение его лица… думаю, я сам так же смотрел на Тациту наверху. Уайатт не мог скрыть любви к парню, спящему рядом с ним.

— А Аид пойдет за нами?

— Ему нужно будет расследовать связь Майло с Ангелами. — Я не стал приукрашивать. — Но, думаю, мы сможем во всём разобраться. Тацита для него в той же степени друг, в какой и личный ассасин.

Уайатт на мгновение задумался. Не сомневаюсь, он попытается разнести это царство на куски, если Аид решит запереть Майло. И подозреваю, что демоница в душе поддержит его. В таком случае я даже не знаю, чью сторону мне придется занять, ведь Майло отправят именно в мою тюрьму.

— А что с интервью? — Уайатт сменил тему на ту, на которую у меня был ответ.

— Я уже убедил Аида отменить третий раунд. Вы все в итоге сражались против Ангелов. Те, кто выжил, заслужили право быть здесь. Так что… добро пожаловать в Ад. Официально.

— Ха! Спасибо, — фыркнул Уайатт.

Майло открыл глаза, потревоженный смехом своего парня. Он потянулся, улыбаясь Уайатту, но улыбка погасла, когда он сел и заметил меня. Уайатт приобнял его за талию, притягивая ближе.

— Не волнуйся, я здесь только потому, что мне нужно было найти Тациту и убедиться, что она в порядке, — успокоил я его. Майло вроде бы расслабился, но во взгляде всё еще читалась настороженность. Через секунду паника вернулась.

— Я не чувствую свою пантеру, — показал он жестами сначала мне, а потом Уайатту.

Уайатт тоже прижал руку к груди, словно прислушиваясь к дракону внутри.

— Действие зелий заканчивается, — сказал я. — Помните, их нужно принимать каждый день.

Мы выдавали их за завтраком, а сейчас уже перевалило за полдень.

— Мы можем достать еще? — спросил Уайатт.

— Я посмотрю, уцелело ли что-то в лагере. Главное здание превратилось в руины, так что не уверен. И не знаю, сможет ли Хаос прислать новую партию.

— А как сделать эффект постоянным? Раз мы остаемся, мы же не будем пить эту дрянь вечно?

— Нет.

— Вам нужно пересечь Стикс, чтобы изменения закрепились. — Из ванной вышла Тацита, закутанная в пушистое фиолетовое полотенце.

Оба человека выглядели потрясенными.

— Но Стикс — это место, куда души уходят умирать или перерождаться, — показал жестами Майло.

— Да… — я запнулся, пытаясь подобрать слова, чтобы не напугать их еще сильнее. — Вам нужно будет умереть, чтобы стать постоянными жителями Элизиума и получить полный доступ к своим ипостасям оборотней.

— Гаррик! — Тацита метнулась вперед и хлопнула меня по руке.

— Что?

— Говорить им, что им нужно умереть — не самый лучший способ помочь.

Она повернулась к Майло и Уайатту, чтобы объяснить всё подробнее.

— Я не до конца разбираюсь в магии, но Харон умеет проводить через реку так, чтобы вы стали демонами, а не просто отправились в «следующую жизнь» или куда там еще. Это как-то связано с тем, что вы входите в воду живыми. Я хожу на эту церемонию каждое десятилетие после Игр, потому что вечеринки после неё всегда огонь, но никогда особо не вникала в детали трансформации.

Описание церемонии от Тациты их заметно успокоило. Пока они втроем болтали, я отвлекся на вибрацию телефона в кармане. Я захватил его из лагеря на случай, если кому-то понадобится связаться со мной.

Таррон спрашивал, когда я вернусь. Предстоит еще уйма работы по уборке, а выжившим рекрутам нужно устроить еще более жесткий ликбез по устройству Элизиума, раз уж они прошли отбор.

— Тебе уже пора? — спросила женщина рядом со мной.

— Скоро. У меня есть еще пара часов, чтобы ввести тебя в курс дела, но потом мне действительно нужно вернуться.