Вместе (ЛП) - Хелиантус Азура - Страница 1

Азура Хелиантус

Вместе

Название: Tecum / Вместе

Автор: Азура Хелиантус / Azura Helianthus

Серии: Fatum #2 / Фатум #2

Перевод: nasya29

Редактор: nasya29

ПРОЛОГ

Арья

Жила-была история о фатумах — душах, которым суждено встретиться и влюбиться до беспамятства. Но не суждено быть вместе. Или, по крайней мере, не всегда. А может, не навсегда.

Потому что любить кого-то — не значит обязательно остаться рядом. Иногда, к несчастью, это значит нечто прямо противоположное.

И я знала об этом не понаслышке: я видела, как пары распадались прямо у меня в руках, и понимала, что не в силах сшить заново то, что когда-то сама соединила.

Одна такая пара причиняла больше боли, чем все остальные.

Чувство рождалось медленно, словно пламя, которое не спешит разгораться, и когда оно всё же вспыхнуло — застало меня врасплох.

А потом погасло в один миг, обратившись в кучу пепла, готовую разлететься от первого же дуновения ветра.

Тем не менее, огонь остался. Он всё ещё жил внутри меня. Я до сих пор помнила каждую деталь и иногда спрашивала себя: зачем я с таким трудом цепляюсь за эти воспоминания?

Наверное, потому что я была частью той самой пары.

На самом деле мы даже парой-то не были — так, брак по расчёту. Но я знала, что принадлежу ему так же сильно, как он знал, что принадлежит мне. Мы чувствовали это до мозга костей.

Потому что он был моим фатумом. И я его любила.

Я верила, что судьба не даёт второго шанса, но я ошибалась. Потому что она только что нам его подарила. Просто я об этом ещё не знала.

— Арья?

Голос Зевса за спиной заставил меня вздрогнуть и вырвал из мыслей. Я обернулась, но взгляд приковало другое: его небесно-голубые волосы. Прошло два года, а я так и не привыкла к их виду.

— Да?

— Ты ему позвонила?

На мгновение сердце замерло, а потом пустилось вскачь.

— Ты о ком?

— О твоём отце.

Он закатил глаза.

— Думаю, он заслужил знать, что его дочь вернулась на Землю.

— Сделаю это, спасибо.

Он коротко кивнул и развернулся, чтобы уйти, но притормозил. Морской бриз бросил мне на лицо прядь волос.

— Арья?

— Да?

— Позвони и ему тоже. Он заслужил знать. Возможно, даже больше, чем твой отец.

— Больше, чем отец? Это ещё почему?

— Потому что твой отец знал, что ты у нас, на Олимпе. Знал, что ты жива. А он… он до сих пор верит, что ты мертва.

После этих слов вспыхнул ослепительный свет — я чуть не ослепла, а когда открыла глаза, он уже исчез, даже не попрощавшись.

Но боль в сердце никуда не делась.

Я достала свой старый телефон, который все эти годы преданно хранила в комнате, ожидая момента, когда смогу включить его снова. Большим пальцем я принялась листать контакты. Замерла на его имени.

Данталиан Золотас.

Я чуть не усмехнулась, вспомнив, как переименовала его в телефонной книге на следующий же день после того, как узнала, кто мой муж на самом деле. Но губы так и не дрогнули в улыбке — они плотно сжались, выдавая мою горечь.

Какое-то время я просто смотрела на его имя.

Затем проглотила комок в горле и вернулась в начало списка, к контактам на букву «П». Выбрала один номер и прижала трубку к уху, глядя на синее море Афин, раскинувшееся передо мной.

Гу-у-уп… гу-у-уп… гу-у-уп…

— Арья?

Голос на том конце был полон шока.

— Привет, пап.

— Девочка моя, ты вернулась?

Его голос сорвался от нахлынувших чувств. Я подняла взгляд к солнцу, которое ласкало моё тело и согревало кожу — ощущение, которое я почти забыла. И улыбнулась, пусть он и не мог меня видеть.

— Да, пап. Я вернулась.

ГЛАВА 1

Арья

Насколько сильно можно измениться, пока всё вокруг остаётся прежним?

Этот вопрос я задавала себе уже давно.

Всё вокруг постоянно меняется: отношения заканчиваются, люди умирают, но мир продолжает вращаться как ни в чем не бывало. Земля крутится, солнце встаёт и садится, время течёт.

Мир шёл вперёд и без меня.

И я до смерти боялась узнать, что жизнь тех, кто мне дорог, не остановилась — или хотя бы не надломилась — после того, как моя собственная была оборвана.

Резко. Кинжалом. Моей собственной рукой.

И, пожалуй, больнее всего было то, что у меня не оставалось выбора. Чтобы спасти их, я не могла спасти саму себя.

Два года на Олимпе были настолько полны откровений — и о себе, и о мире вокруг — что я изменилась почти полностью. Тот факт, что я вообще жива, уже заставлял меня чувствовать благодарность, хотя я больше не была прежней.

Когда Зевс призвал меня в свой храм, я и не надеялась услышать слова, которые до этого момента являлись мне лишь в самых глубоких снах.

Ты можешь вернуться домой.

Как будто после всего случившегося у меня действительно был дом, в который можно вернуться.

Но у меня был человек.

Человек, который, я была уверена, всё ещё ждал меня. И ждал бы до скончания своих дней, до самого конца света, когда от мира не осталось бы ничего, кроме пепла.

Мои тяжёлые ботинки утопали в снегу, укрывшем сад. Я шла к мужчине, стоявшему ко мне спиной. На нём была термофутболка, плечи казались мускулистее, чем я помнила, а короткие белые волосы было невозможно не узнать.

Он меня ещё не видел, но мой запах наверняка уже коснулся его ноздрей — я заметила, как он напрягся и замер, словно статуя. Пальцы всё ещё сжимали топорище, он застыл прямо во время колки дров, занеся руки в воздухе.

Я приближалась осторожно, как подходят к напуганному зверю, и остановилась примерно в метре, давая ему время осознать моё присутствие. Руки дрожали от волнения, а в горле кололо миллионом иголок, будто я вот-вот разрыдаюсь.

Он медленно обернулся. Когда наш взгляд встретился, топор выпал из его рук. Грудь вздымалась с неестественной скоростью.

В его голубых глазах читался шок, но вместе с ним — нежность и тоска. Глаза быстро подёрнулись влажной плёнкой, и это стало последней каплей для моих слёз.

— Арья, — его дрожащий голос надломился, как хрупкое стекло.

— Эразм.

Я улыбнулась и замерла. Я дала ему время справиться с чувствами, позволить его глазам скользнуть по моему телу — теперь такому не похожему на прежнее — и убедиться, что это действительно я.

— Ты правда здесь, amor meus? Или мой разум нашёл новый способ пытать меня?

Я слегка нахмурилась. Этот вопрос не предвещал ничего хорошего. Значит, покой, который я надеялась (или скорее молилась) ему подарить, так и не наступил.

— Это я, Эразм. Это правда я, — прошептала я нежно.

Эта фраза что-то сломала внутри него. Возможно, рухнула стена, которую он выстроил между своим сердцем и болью, вызванной моей «смертью». В несколько широких шагов он преодолел расстояние между нами и сжал меня в объятиях, которые вернули всё на свои места. Даже то, что, как мне казалось, и так было в порядке.

Я не могла описать это чувство, но оно было похоже на возвращение домой после бесконечного странствия.

— Не могу поверить, — пробормотал он дрожащим голосом.

Затем он немного отстранился и принялся водить руками по моему телу, ощупывая плечи и руки, проверяя, плоть я или призрак.

— Ты здесь, ты… — он хватал ртом воздух, как рыба. — Ты жива.

— Я жива.

— Ты ведь больше не уйдёшь?

Он снова отступил, его глаза наполнились слезами, но в них не было того сияния, что прежде. Трудно объяснить: казалось, боль за эти годы вытравила из него всю доброту и надежду, оставив лишь человека, который потерял больше, чем имел.