Зацепить 13-го (ЛП) - Уолш Хлоя - Страница 113

Очень тяжело.

Видя, как она мучается, мне хотелось все сделать за нее, проломиться напролом — именно это я и делал, развалившись на боку, свесив длинные ноги с ее кровати, разжевывая каждый пример, уравнение, дробь и процент.

Одна из ее главных проблем была в том, что она вообще не умела пользоваться калькулятором.

Очень быстро выяснилось, что про синус, косинус и тангенс она понятия не имеет.

Она делала вид, что понимает, но не понимала ни черта.

Когда она наконец сдалась, швырнула калькулятор мне на колени и призналась, что вообще не знает, что делает, я потратил еще сорок пять минут, объясняя ей самые основы.

Когда она наконец начала решать примеры сама, без того чтобы я нависал над тетрадью с ластиком, я чувствовал себя так, будто забил чертову попытку — настолько я был ею горд.

Это было смешно — сколько искреннего удовольствия я испытывал, когда ее большие голубые глаза загорались пониманием.

И именно тогда, когда я начал думать, что Гибси, возможно, прав и я смогу быть просто другом, у меня возникла собственная проблема.

Я по-глупости позволил глазам оторваться от тетради, на которой Шэннон яростно писала, и они поползли по ее телу.

Она все еще сидела, поджав ноги, наклонившись вперед над задачей, и ее тонкий топ провис, открывая мне роскошный вид на ее грудь без лифчика.

Святой Иисус Христос.

Я любил сиськи.

А сиськи, принадлежащие этой девушке, были еще более притягательными.

Небольшие, упругие, с розовыми, чуть шероховатыми сосками.

Она была чертовски красива.

Я моментально возбудился.

— Ты в порядке? — спросила Шэннон, положив маленькую ладонь мне на предплечье.

— А? — я резко поднял взгляд, пойманный с поличным.

— Ты в порядке? — повторила она, невинно глядя на меня.

Я был максимально далек от «в порядке».

Но ради нее я заставил себя кивнуть.

— Да, просто… немного проголодался.

Что за херню ты несешь, Джонни?

— Хочешь, я что-нибудь принесу? — сразу спросила она. — Что ты хочешь поесть?

Тебя.

Я хочу съесть тебя, Шэннон.

— Нам, наверное, пора заканчивать, — хрипло сказал я. — Уже поздно.

Я демонстративно посмотрел на часы и нахмурился. — Черт. Полседьмого.

Мы провели у нее в комнате четыре часа?

Куда, мать его, делось время?

Я никогда не пропускал приемы пищи.

Я даже не чувствовал усталости.

Я не мог вспомнить, когда в последний раз четыре часа просто сидел.

Этого не случалось.

Господи, эта девушка заставляла меня терять связь с реальностью.

— Эм… да, конечно, — пробормотала Шэннон, запинаясь от смущения, как она это мило умела.

Не переживай, малышка, я тоже смущен.

— Я правда очень благодарна тебе за помощь, — добавила она, закрывая книги и засовывая их обратно в сумку. — Ты мне очень помог. Она выдохнула. — Снова.

— Мы можем повторить, — предложил я. — Если хочешь?

Ее лицо озарилось, и она придвинулась ближе.

— Правда?

Я медленно кивнул, сдерживая желание прикоснуться к ней.

— Тебе не будет в тягость? — спросила она, широко раскрыв глаза, осторожно придвигаясь, пока ее колени не коснулись моего бедра.

— Нет, Шэннон. Я провалился окончательно, убрав выбившуюся прядь волос ей за ухо. — Мне не в тягость.

Остановись, Джонни.

Остановись сейчас же.

Я пытался.

Честно, изо всех сил пытался встать с ее кровати, но она была рядом — чертовски рядом — и у меня не осталось ни капли силы воли.

Я просто сидел, зная, что сейчас произойдет, зная, что это худшее, что можно допустить, и все равно желая этого больше, чем следующего вдоха.

— Может, в следующий раз в библиотеке, — наконец выдавил я. — Или в школе.

Она кивнула. — Хорошо.

— Потому что мне не следует быть здесь, — слабо добавил я. — В твоей комнате.

— Я знаю, — тихо сказала она.

— Мне… — я тяжело сглотнул. — Мне, наверное, пора домой.

— Джонни? — прошептала она.

— Да?

— Привет, — выдохнула она, придвигаясь ближе.

— Привет, — прохрипел я, вцепившись в одеяло так, что, казалось, сейчас его порву.

— Джонни?

— Да?

— Я собираюсь тебя обнять. Она перекинула ногу через мою. — Можно?

Не делай этого.

Ты никогда ее не забудешь.

— Можно, — выдохнул я, когда она нависла надо мной.

— Спасибо тебе за сегодня, — прошептала она мне в ухо, усаживаясь на меня сверху.

— Не за что, — хрипло ответил я, из последних сил удерживая самоконтроль.

Не трогай ее.

Слишком поздно.

Мои руки сами собой вцепились в ее бедра.

Ощущение ее тела на мне было невыносимым.

Слишком.

— Мне нужно идти, — простонал я, притягивая ее к себе, не в силах удержаться от движения вверх.

К черту боль в паху.

Я горел ею.

Шэннон обвила меня руками за шею и осторожно покачивалась на мне — это было лучшее и самое неправильное объятие в моей жизни.

— Я не хочу, чтобы ты уходил, — простонала она мне в ухо.

Я застонал, сел и резко прижал ее к себе, теряя рассудок.

Ты играешь с огнем.

Эта девушка тебя уничтожит.

Блядь.

— Мне правда нужно идти, — повторил я, зарываясь лицом в ее шею и молясь, чтобы что-то меня остановило.

Прежде чем я заберу у нее то, что не смогу вернуть.

Прежде чем она заберет у меня то, что я никогда не смогу вернуть.

Потому что я никогда и ни к кому не чувствовал ТАК.

И именно поэтому я знал — я не могу быть с ней эгоистом.

— Шэннон, мне правда нужно домой, — хрипло сказал я. — Правда.

— О… конечно. Прости, — прошептала она, быстро слезая с меня. — Если ты этого хочешь…

Нет.

Это было совсем не то, чего я хотел.

Но это было правильно.

Черт бы все побрал.

Собрав всю возможную силу воли, я встал.

Не поворачиваясь к Шэннон, подошел к окну и сделал вид, что смотрю наружу, пока незаметно приводил в порядок огромную, чертову проблему в штанах.

Я знал, что, наверное, пугаю ее, но идти я не мог, пока не успокоюсь.

Я был ранен и возбужден.

Ужасное сочетание.

Сделав несколько глубоких вдохов, я зажмурился и начал думать о максимально неэротичных вещах — от моей покойной бабушки (упокой Господь ее душу) до Гибси в драг-костюме.

Когда Шэннон снова заговорила, я уже смог взять себя в руки.

— Джонни? — тихо сказала она с кровати. — Прости.

— Не извиняйся, — хрипло ответил я, уверенный, что не напугаю ее, когда повернусь. — Все нормально. Я… я поеду домой.

— Хорошо, — она застенчиво кивнула и встала. — Я тебя провожу.

Я держался подальше от ее тела, потому что знал: если не буду — верну ее обратно в спальню и все испорчу окончательно.

Как всегда, чем ближе я был к уходу, тем сильнее накатывала тоска.

— Значит, увидимся завтра? — спросила Шэннон, когда я вышел на крыльцо.

— Да, — я достал ключи. — Обязательно.

— Спасибо тебе еще раз за сегодня.

— Спасибо, что показала мне свою комнату, — ляпнул я и внутренне застонал.

— О, без проблем. Ты можешь видеть ее в любое время, — улыбнулась она.

Я ухмыльнулся.

— О боже, — она прикрыла рот ладонью. — Я не это имела в виду…

— Расслабься, — хмыкнул я. — Я понял.

Я шагнул вперед — потому что был мазохистом — и поцеловал ее в щеку. — Пока, Шэннон.

— Пока, Джонни, — прошептала она, дрожа на пороге.

Я развернулся и пошел к машине, не осмелившись оглянуться.

Потому что если бы я посмотрел в эти темно-синие глаза еще раз — я бы в них утонул.

ГЛАВА 52

Грубое пробуждение

Шэннон

— Чего ты не спишь? — рявкнул отец, когда позже вечером я зашла в гостиную за телефоном, который по глупости оставила на диване, устраивая экстренную уборку после ухода Джонни.

— Я телефон тут оставила, — быстро объяснила я. Меня так выбил из колеи Джонни, что все дела пришлось делать в рекордные сроки.