Святейший кровопийца. Том 2 (СИ) - Wismurt Dominik - Страница 44

Третий и четвёртый оказались поумнее. Они не бросились на меня разом, а попытались зайти с двух сторон одновременно, координируя удары. Правый рубанул наискосок, целясь в шею, левый колол в бок. Классическая вилка, которая в теории не оставляет противнику шансов.

Я присел, пропуская клинок правого над головой, перекатился вперёд и оказался между ними, слишком близко для мечей. Оба одновременно попытались отскочить, но я уже поднялся и ударил левого локтем в солнечное сплетение. Воздух вырвался из его лёгких с протяжным свистом, и парень согнулся пополам. Правому я просто подставил ногу, и он, увлечённый собственным отступлением, запнулся и полетел носом в грязь.

Арбалетчик бросил своё оружие и рванул вверх по склону, ломая кусты. Я его не преследовал. Мне был нужен маг.

Маг, видимо, тоже решил, что пора сваливать. Он развернулся и побежал, но бежал он по раскисшей дороге в длинном плаще, путаясь в полах, и я нагнал его в три прыжка.

Мой кулак аккуратно впечатался ему в затылок, не ломая шею, только вырубая. Маг ткнулся лицом в лужу и затих.

Я за шиворот вытащил его бессознательную голову из воды, не хватало ещё, чтобы утонул, перевернул на спину и бегло обыскал.

Ничего интересного не нашёл, кроме дешёвого амулета, кошелька с парой серебряных монет, ножа, мешочка с ядовитым порошком, которым смазывали клинки, а ещё обнаружил свёрнутый в трубочку листок бумаги, засунутый за пазуху.

Ага, очень интересно.

Развернул и пробежался глазами по строчкам, написанным мелким, убористым почерком:

«Инквизитор на гнедой кобыле. Молодой, тёмные волосы. Тракт на Саянск. Живым не брать».

Покачал головой, видимо кто-то очень не хотел, чтобы я добрался до места назначения, и этот кто-то знал мой маршрут.

Я сложил записку и убрал во внутренний карман, потом вернулся к лежащим в грязи наёмникам.

Бородатый уже очнулся и сидел, тупо мотая головой. Увидев меня, он попытался отползти, но я сел на валун напротив и посмотрел наёмнику в глаза.

— Имя заказчика, — произнёс спокойно.

— Пошёл ты…

— Не та фраза, которая поможет тебе сохранить зубы. Повторяю вопрос: кто вас нанял?

Бородатый сплюнул на землю.

— Я не знаю. Мы работали через посредника, который передал записку, заплатил вперёд.

— Как он выглядел?

— Обычный, среднего роста, в сером плаще, лица я не видел, он натянул капюшон, да и темно было.

— Маг?

— Может быть. Голос у него был странный, глухой, как из-под воды.

Больше бородатый ничего полезного сказать не мог. Я встал, окинул взглядом разбросанные тела и свистнул Красотку. Кобыла вынырнула из кустов, фыркая и недовольно косясь на лежащих на земле людей.

— Передай своим, — обратился я к бородатому, садясь в седло, — что в следующий раз я не буду таким добрым.

Я тронул Красотку пятками и неспешно двинулся дальше по дороге, оставляя за спиной стонущих наёмников, разбитый арбалет и густой запах крови, смешанный с запахом мокрой земли и прелой листвы.

Кто-то очень хотел, чтобы я не доехал до Саянска.

Вопрос кто? Кто-то из чернокнижников, узнавший о моём назначении? Кристина, которая охотилась за Александром Бестужевым? Или кто-то третий, о ком я пока даже не подозревал?

Ответ, скорее всего, ждал меня в Саянске или по дороге к нему.

Оставшиеся до вечера часы прошли без происшествий. Дорога подсохла, выглянуло солнце, и ехать стало приятнее. Мимо тянулись деревушки, хуторки, выпасы с коровами и овцами. Нормальная, мирная провинциальная жизнь, которой не было никакого дела до демонов, чернокнижников и заговоров.

Я невольно залюбовался закатом. Солнце садилось за гряду пологих холмов, расплываясь в золотисто-розовое зарево, и небо по краям окрасилось в такие цвета, которым позавидовал бы любой художник. Воздух стал прозрачным и гулким, каждый звук разносился очень далеко.

Красотка шла шагом, опустив голову и лениво помахивая хвостом. Она тоже устала. Я потрепал кобылу по шее и пообещал сытный ужин и тёплую конюшню.

Постоялый двор обнаружился на развилке дорог, где саянский тракт пересекался с просёлком, ведущим куда-то на север. Называлось заведение «Старый дуб», видимо, в честь огромного, раскидистого дерева, росшего прямо посреди двора. Дубу было лет триста, не меньше: толстенный, корявый ствол, тяжёлые ветви, нависающие над крышей, и крона настолько густая, что под ней можно было укрыться от любого дождя.

Само здание оказалось крепким, двухэтажным, из тёсаного камня, с черепичной крышей и широкими окнами, из которых лился тёплый свет. У коновязи стояло десятка полтора лошадей, похоже это место пользовалось популярностью. Из приоткрытой двери доносились голоса, смех и бренчание какого-то струнного инструмента.

Я спешился, отдал Красотку подбежавшему молодому парню с рыжими вихрами и веснушчатым лицом, наказав обтереть, напоить и задать хорошего овса, и вошёл внутрь.

Зал встретил меня волной тепла, запахов и шума. Народу было много, за столами сидели небольшими компаниями, ели, пили и разговаривали. В углу музыкант с обветренным лицом и печальными глазами перебирал струны гуслей, извлекая мелодию, которая была одновременно весёлой и грустной, как это умеют делать только народные музыканты.

Стоило мне войти, как навстречу вышла крупная, румяная женщина в чистом переднике, вытирая руки о полотенце.

— Комнату, ваша милость?

— Да на одну ночь и ужин.

— Комната есть, последняя осталась на втором этаже в конце коридора. На ужин щи мясные, каша с грибами, пироги с капустой, пиво, квас, медовуха. Что пожелаете?

— Квас, щи, кашу и пару пирогов.

— Кушать будете в зале или в комнате?

— В зале. Сколько с меня?

— Десять рубликов.

— Подал монеты и огляделся, выбирая место, и вдруг замер.

За столиком у окна, наполовину скрытая тенью от плотной портьеры, сидела женщина. Она сидела одна, перед ней стояла тарелка с нетронутым ужином и кружка. Женщина смотрела в окно, подперев щёку ладонью, и в её позе читалась та особенная, задумчивая расслабленность, которая бывает у людей, привыкших к одиночеству и не тяготящихся им.

Я узнал её мгновенно.

Анна.

Соседка с первого этажа доходного дома в столице, та самая Анна, в окно которой я залез, чтобы не попасться на глаза Следопыта и с которой провёл страстную ночь.

На пару мгновений засмотрелся. Красотка, этого не отнять. Сейчас женщина была одета просто, но со вкусом, в дорожное платье тёмно-зелёного цвета, поверх которого был накинут лёгкий плащ с капюшоном.

Какого демона она здесь делает? В нескольких днях пути от столицы, на саянском тракте, в придорожном трактире?

Совпадение?

Великий Инквизитор Лорн не верил в совпадения: ни в прошлой жизни, ни в этой.

Я подошёл к её столику. Женщина повернула голову, и на мгновение в её глазах мелькнуло удивление, смешанное с тревогой, а ещё я заметил, как её лицо на мгновение дрогнуло, выражая досаду, но тут же приобрело выражение вежливой приветливости.

— Александр? — произнесла она, и в голосе прозвучало ровно столько удивления, сколько подобало случайной встрече, — Вот уж не ожидала вас здесь встретить.

— Анна Дмитриевна, рад ас видеть, — кивнул в ответ, — Позволите присесть?

— Конечно, — женщина указала на свободный стул напротив.

Я сел, устроив секиру так, чтобы она не мешала, и откинулся на спинку.

— Далековато вы забрели от столицы, — заметил я, — Путешествуете?

— По делам, наследственная тяжба, — коротко ответила вдова и устало улыбнулась, — Мой покойный муж владел землями в нескольких губерниях. Часть документов затерялась, приходится восстанавливать лично. Вы же знаете, как у нас обстоит с канцелярией, пока сам не приедешь, ничего не сдвинется.

Объяснение звучало гладко, поэтому я не стал давить, вместо этого кивнул с пониманием.

— Знакомая история. Бюрократия — страшнее любого демона.

— Вы-то куда направляетесь, если не секрет? — поинтересовалась Анна, отпивая из кружки, — Я думала, вы в столице, при ордене.