"Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Бобков Владислав Андреевич - Страница 1305

Я с ненавистью уставилась в странные сиреневые глаза мужчины:

— Как? Изнасилуешь? Ты это уже сделал!

Лиловый оттенок глаз Шрама потемнел. А сами глаза словно превратились в напильник — с кровью сдирали с меня кожу слой за слоем.

— Ты еще не знаешь, что такое насилие. И поверь мне, тебе не понравится. Ни насилие, ни наказание. — Он на мгновение отвернулся, чтобы что-то взять со стола. А я только сейчас обратила внимание на то, в каком тесном и захламленном помещении мы находимся. — Вон там, — вновь заговорил Шрам, привлекая мое внимание и световым лучом указывая направление, — находится санблок. Душ есть и с водой. Но ее лучше беречь. Впрочем, если не будешь долго отмокать, можешь мыться под водой. — Луч переместился на соседнюю стену в угол. Шрам пояснил: — Пищевой автомат. Если не найдешь ничего знакомого, то в левом нижнем углу встроен пищевой анализатор. Можно ввести расу и даже пищевые привычки, он подскажет, что лучше взять.

Шрам отпустил мою руку, кисть безвольно упала на койку. А мужчина молча отошел в изножье ложа. Сознание все еще было заторможенным, и только в этот момент я поняла, что назвать корабельной койкой то, на чем я очнулась, не смог бы даже безумец. Это был настоящий плац. Сексодром, застеленный грубой серой тканью. Не имеющий ни спинки, ни подушек. А ведь мы находились на корабле. Что-что, а это я знала точно. За три месяца, проведенных в клетке, где больше нечем было заняться, кроме как спать, есть, испражняться и наблюдать за окружением, я научилась подмечать малейшие изменения в воздухе. И сейчас готова была заклясться на свою жизнь, что находилась на корабле, а корабль находился в космосе. Кажется, готовился к гиперпрыжку.

Рядом со мной вдруг один за другим шлепнулись два запечатанных в пластик свертка. Один побольше, другой поменьше. Я нервно подпрыгнула, выронив край одеяла, которым была укрыта. При виде моей обнаженной груди глаза Шрама вспыхнули. Но спустя пару мгновений он совершенно спокойно, будто и не было моей наготы, посмотрел мне в глаза:

— Одежда. Комбинезон и белье унифицированы. Другого нет. Я вернусь позже. Каюта в твоем распоряжении. Но из нее выйти ты не сможешь.

С этими словами Шрам повернулся и вышел, оставив меня сидеть на разоренном ложе. Спустя несколько секунд из соседнего помещения донесся печальный всхлип сжатого воздуха, обозначая открытие и закрытие двери. Потом — короткий щелчок блокировки электронного замка. А далее наступила почти такая же тишина, какая была в загоне с клетками. Я осталась наедине со своей совестью…

— …ты ненормальная, Олька! — Подруга Милата просто фонтанировала возмущением, а у самой от предвкушения ярко горели глаза. — Это же безумно дорого!

— А я что, мало зарабатываю? — беззаботно отозвалась и задрала нос, обмахиваясь, как веером, рекламными проспектами проводимых на заказ вечеринок на знаменитом Фалькон-5. — К тому же Стейн с друзьями тоже летит. Так что оплачиваем поровну.

Я упоительно улыбнулась, вспомнив, как Стейн, директор лаборатории, в которой я работала, и по совместительству мой жених, выслушав меня, ухмыльнулся:

— Отличная идея! Я тоже хочу мальчишник на Фальконе! Говорят, что стриптиз там танцуют живые существа, а не дроиды…

Конечно, в чем-то Милата была права. Стоимость тура на Фалькон равнялась двухмесячному жалованию профессора, уже сделавшего себе имя в научном мире. А я только писала кандидатскую. Но правда была в том, что в моем проекте было заинтересовано правительство Звездного Альянса. Слишком заинтересовано. Мне предложили контракт еще до того, как я закончила обучение. И платили мне гораздо больше, чем именитому профессору. Потому что по завершении исследований Альянс смог бы решить самую острую проблему во Вселенной. Потому я и получила авансом не только хорошее жалование, но и огромную квартиру в лучшем районе столицы Звездного Альянса. А также кучу привилегий и возможностей, половиной которых я вообще ни разу не пользовалась. Так почему бы и не шикануть разок, отправившись туда, где регулярно отдыхают сливки звездного общества?

Я долго сидела на кровати без движения. Прижимая к груди одеяло. Борясь с отвращением к самой себе. Я была себе отвратительна. И если бы можно было остановить сердце усилием воли, я бы это сделала, не колеблясь. Или если бы можно было перестать дышать. Но увы, человек не властен над инстинктами. Особенно, над инстинктом самосохранения.

С кровати меня согнало очень банальное желание посетить санблок. Я, может быть, и дальше продолжала бы сидеть на месте не двигаясь. Но вполне реальная перспектива напрудить под себя лужу заставила встать. Я и так уже упала, ниже некуда, если еще и обделаюсь, то…

Санблок был крохотным и функциональным. Практически все пряталось в стенах. Так что мне пришлось потратить некоторое время на то, чтобы разобраться, где прячутся пульты управления сантехникой. Зато потом, воспользовавшись услугами компактного унитаза с волновым очистителем и умывшись в таком же компактном умывальнике, я впервые за три месяца посмотрела на себя в зеркало. И скривилась. Жаль, что я выжила в той проклятой бойне. В бойне, в которой сгинули Стейн, Милата, Жиар, Фиосса и остальные…

… — Предлагаю выпить по бокалу шампанского! — Милата возбужденно ерзала на стуле повышенной комфортности у накрытого к ужину стола. Ее глаза горели ярче звезд, которые с холодным любопытством заглядывали в обзорные экраны «Триона».

— Шампанское на ужин? Это снобизм, дорогая Милата! — Жиар, заместитель Стейна и его лучший друг старался вести себя так, словно окружающая нас роскошь была ему привычна. Но сколько бы он ни пыжился, со стороны было видно, насколько он завидует другу, у которого была возможность оплатить этот космический рай для всей компании. — Ты еще скажи, что мы обязательно должны попробовать гаалузких моллюсков!..

— А почему бы и нет? — с жаром подскочила Милата, тоненькая, как травинка, натуральная блондинка с забавными, но совершенно неприсущими арлинтам кудряшками и яркими бирюзовыми глазами. — Это же классика! Моллюски с…

— О нет! — Категорично замотала я головой, точно зная, что если Милату не остановить вовремя, то удержу ей уже не будет. — Во-первых, отмечать еще нечего, мы только готовимся совершить гиперпрыжок и до Фалькона еще очень далеко. А во-вторых, я терпеть не могу сырую пищу! Так что если вы не хотите, чтобы меня стошнило прямо за столом, то откажитесь от идеи дегустации этой желеобразной гадости!

— Ну, Оля! — сразу же заныла подруга, потряхивая кудряшками и привычно складывая губки бантиком. — Не будь занудой! Когда еще у нас, скромных прислужников твой ценной персоны, случится подобный праздник?

Милата в нашей лаборатории отвечала за снабжение и давно уже привыкла пользоваться тем, что ей щедро подарила матушка-природа: чистой кожей, густыми волосами, яркими, пухлыми губками и огромными, щемяще-невинными глазами. Она в совершенстве владела инструментами обольщения, могла в кратчайшее время очаровать любого мужчину, любой расы, будь то арлинт или яоху. Облом у нее случился только со Стейном. Сколько Милата не пыталась, у нее так и не вышло соблазнить директора крупнейшей биогенетической лаборатории Арганадала. Зато, когда Стейн увидел меня…

— Оля говорит правильно, — вмешался, ну, собственно, мой жених и интимно приобнял меня за плечи, заглядывая мне в глаза. Словно чтобы убедиться, что я не передумала и все так же люблю его. — Пока еще отмечать с шампанским нечего. Межпланетные перелеты до сих пор считаются безопасными только условно. Опасностей вокруг предостаточно. Может забарахлить двигатель, в нас может врезаться астероид, могут напасть пираты. На сегодня хватит с тебя, Милли, и мартини. Отмечать будем, когда доберемся. А по поводу моллюсков… Прости, но я на стороне будущей супруги! Не хочу портить ей круиз отравлением!

Милата кокетливо надула губки и накуксилась как ребенок. Но ее глаза все так же горели, будто бирюзовые звезды, давая понять окружающим, что блондинка нисколько не обиделась. У подруги вообще, в отличие от меня характер был легкий и необидчивый…