"Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Бобков Владислав Андреевич - Страница 1232

Ужин в академии начинался ровно в девятнадцать часов по местному времени, и я его еле дождалась. А потом мне пришлось прилагать серьезные усилия, чтобы спокойно сидеть под насмешливыми взглядами соплеменников Аими и размеренно жевать вкуснейшие, по словам все той же Аими, блинчики из саргановой муки. Саргана — травянистое однолетнее растение с очень толстыми стеблями, из сердцевины которых и делали муку, росла на родной планете яоху. И я впервые пробовала это блюдо. Но, признаться, нервничала уже так, что спокойно могла сжевать лист капусты или кусок картона — результат был бы один. Вкуса я все равно бы не поняла.

После ужина Аими, посмеиваясь, выгнала меня принимать душ, приговаривая, что каким бы ни был формальный повод для встречи, а вонючкой приходить на нее моветон. Так что я быстренько ополоснулась, вымыла голову и под брезгливыми взглядами компании килл сменила футболку.

К назначенному месту я примчалась без двух минут восемь. Но Айминь, красивый, как ледяная скульптура, уже меня ждал. Радостно улыбнулся мне, внимательно изучил морду оскаленной пантеры у меня на груди и, протягивая мне веточку, усеянную пушистыми лиловыми шариками цветов, с любопытством поинтересовался:

— А написано что?

Я невольно порозовела. Надпись на ткани была сделана на моем родном языке и гласила: «Я не кусаюсь!»

Взяв цветы из рук Айминя, я спрятала пылающее от смущения лицо, притворившись, что наслаждаюсь ароматом. Альдебаранец беззлобно хмыкнул:

— Ясно. Переводить надпись мне никто не будет. И что же там такое написано? Маргарита, ты учти, у меня фотографическая память! Я уже запомнил, как выглядит надпись, и как только найду кого-то из землян…

Я чуть не ляпнула: когда ты кого-то найдешь, меня рядом явно не будет, а значит, и краснеть от стыда не придется. Почему-то раньше мне нравилась надпись, а теперь смущала сама мысль перевести ее инопланетнику.

Под любопытными взглядами снующих туда и сюда арлинтов, киллов, фарнов, шурфов и представителей других рас мы с Айминем не спеша побрели по дорожке в парк. Альдебаранец оказался очень легким в общении, с хорошим чувством юмора и очень чутким. Порой мне казалось, что Айминь будто бы видит меня насквозь, чутко реагирует на малейшие изменения моего настроения: стоило мне только хоть немного начать тяготиться темой для разговора или заскучать, как он мгновенно начинал говорить о чем-то другом. Так что рядом с инопланетником мне было очень легко и уютно.

Против ожидания, гуляли мы довольно долго. Почти до самых сумерек. Я жадно и с удовольствием слушала рассказы Айминя про его обучение и прохождение практики. Честно говоря, даже позабыла причину, по которой встретилась с альдебаранецем, настолько комфортно я себя чувствовала рядом с ним. Айминь первый заговорил о тестировании:

— Уже близится ночь и холодает. Может, пойдем уже в лабораторию? Ты не подумай, — торопливо добавил он, — я тебя не тороплю! Мне с тобой хорошо и интересно. Просто волнуюсь, что ты слишком легко одета для местных ночей, не хочу, чтобы ты простудилась перед испытаниями.

Забота Айминя льстила, я благодарно улыбнулась инопланетнику:

— Я не замерзла. Но ты прав, рисковать глупо. К тому же, у меня завтра первый экзамен. А у тебя твоя работа. Нам обоим нужно еще отдохнуть. Так что пойдем, приступим ко второй части нашей программы — тестированию.

Айминь заговорщицки мне улыбнулся, крепко сжал мои пальцы прохладной рукой и увлек за собой в сторону, противоположную учебному корпусу.

Оказалось, что лаборатория. В которой мне предстояло пройти испытание, находится на территории новейшей Академии, там, где даже не учились, а проходили практику старшие курсы и занимались научными изысканиями. Дрожа от нетерпения, я наблюдала, как Айминь вводит на крохотной клавиатуре в стене код, открывающий двери, и, чуть не повизгивая от восторга, проскользнула на закрытую для абитуриентов территорию.

Едва дыша, я разглядывала ухоженные дорожки безлюдного парка, где уже зажглось ночное освещение, темные корпуса, ожидающие курсантов с каникул и выездных практик, и высокие ограды полигонов. Айминь, заметив мой восторженный взгляд, по-доброму хмыкнул:

— Ты словно сокровище увидала!

Я пожала плечами в ответ:

— Так и есть. Академия для меня — сокровище, моя розовая мечта. Очень хочу учиться именно здесь!

— У тебя хороший вкус, — он улыбнулся. — Первая Звездная Академия — лучшее учебное заведение Альянса. Отсюда выпустилось очень много знаменитых военных и политиков. Качество местного образования… — Айминь вдруг осекся и тихо засмеялся: — Впрочем, ты и сама все увидишь. А мы уже пришли.

Альдебаранец за руку подвел меня к очень маленькому одноэтажному домику, который я даже и не сразу заметила, имеющему по фасаду, кроме двери, всего два окна:

— Шестая закрытая лаборатория! — объявил он и снова ввел код на панели доступа. — Уровень секретности два. Сюда даже обычные преподаватели не заходят. Только начальник Академии и те, у кого имеется допуск. Проходи! — Айминь гостеприимно распахнул передо мной самые обычные двери.

На пороге я невольно оробела:

— А у тебя не будет неприятностей из-за меня?

Айминь удивленно поднял брови, одновременно открывая еще одну дверь, на этот раз очень толстую, будто в бронированном сейфе:

— С чего бы? Я ведь не просто похвастаться тебя привел. Я буду тебя тестировать. А результаты включу в свою диссертацию. На данный момент в Академии землян нет, так что никто не удивится, если узнает, что я ради науки нарушил инструкцию и включил в эксперимент абитуриента.

Едва бронированная дверь лениво распахнулась, где-то под потолком в соседнем помещении вспыхнул ослепительный свет. И я, больше не сомневаясь и немедля, шагнула туда следом за альдебаранцем. Однако на пороге снова запнулась и ошарашенно заморгала.

Открывшееся помещение напоминало то ли пыточную, то ли комнату для смертной казни: белое, пустое пространство, залитое потоками жемчужного света, и кресло посередине, больше всего смахивающее на виденный в музее допотопный электрический стул. На него мне Айминь и кивнул:

— Присаживайся и чувствуй себя как дома! Приступим.

Глава 3

Айминь возился в углу, у огромной, от пола и до потолка консоли, включающей в себя несколько темных сейчас мониторов и пульт управления, дополненный непривычными рычагами и переключателями. Нечто подобное я видела дома. У соседа, деда Василя, в гараже хранился допотопный автомобиль на бензиновом ходу. Соседу не раз и не два предлагали за него огромные деньги различные музеи и частные коллекционеры, но он неизменно отказывался. Хотя суть сейчас не в этом. Как-то дед Василь расщедрился и позволил нам, соседским ребятишкам, забраться внутрь старинной машины и все там хорошенько изучить. На переднее сидение меня не пустили мальчишки, я все рассматривала с заднего, пассажирского. Но и оттуда был хорошо виден рычаг, торчащий из пола автомобиля между передними сидениями. Это была коробка передач. Так вот, несколько подобных рычагов украшали собой панель управления странной консоли, с которой сейчас возился Айминь.

— Ты чего там застряла?

Я так увлеклась разглядыванием необычного непривычного устройства, что пропустила момент, когда Айминь поднял голову и нашел глазами меня. Альдебаранец смотрел на меня своими светлыми глазами непривычно-сосредоточенно, я бы даже сказала, жадно. Длинная белоснежная коса змеей свернулась на сидении придвинутого к консоли кресла, бледная рука с изящными тонкими пальцами, совсем непохожая на мужскую, лежала на краю самой консоли. Айминь склонился над ней, словно учитель над сидящим за партой учеником, у которого возникли трудности с выполнением задания.

Сглотнув вдруг ставшую вязкой слюну, я тихо спросила, кивнув на одиноко стоящий посреди комнаты пыточный стул:

— Что это? Не хочешь мне объяснить?

В прозрачных, светлых глазах альдебаранца мелькнуло удивление. С минуту он пристально смотрел на меня, будто к чему-то прислушиваясь. А потом вдруг спросил: