"Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Бобков Владислав Андреевич - Страница 1172

 — Что, нечего возразить, ваше благородие?

Арлинт подозрительно сощурился:

 — Ты — землянин?

Признаюсь, сердце мгновенно ухнуло в пятки, а кровь на мгновение застыла в жилах! Прокол! Да еще такой тупой! В мозгу лихорадочно завертелись шестеренки, ища выход, а я, копируя интонации арлинта, протянула:

 — Чего-о-о? Какой-такой землянин?

Бирюзовые глаза впились в меня словно крючья:

 — «Ваше благородие» — это старинная форма обращения на планете Земля.

Я выдавила из себя облегченный вздох:

 — А-а-а-а! Вот ты о чем! Так у меня в команде был землянин, всегда, как трезвый, так ко мне обращался. Вот и привязалось.

 — А где сейчас этот землянин?

Я безразлично пожала плечами:

 — Если ты так хорошо знаком с обычаями Земли, тогда должен знать срок их жизни…

Это был мой самый большой козырь. Обычно, после него отпадали все вопросы. Так получилось и в этот раз. Подозрение потухло в глазах командора, лицо расслабилось. Он кивнул в знак того, что ему все понятно, и уточнил:

 — Так когда нам с Борисом прийти? Лучше, чтобы мальчика поменьше видели.

 — Старт в восемь ноль-ноль по местному времени.

Арлинт снова кивнул, не прощаясь развернулся, и побрел куда-то в противоположный угол космодрома. Против своей воли я смотрела ему вслед до тех пор, пока его фигура не растаяла в плохо освещенном пространстве. И лишь потом зашла на корабль, сразу же направившись в собственную каюту. Там у меня на черный день была припасена бутылка отличного коньяка. Кажется, это день уже почернел.

Свинтив крышку, я хлебнула прямо из горла огненной жидкости и подумала, что завтра у меня будет зверски болеть голова. Но зато сегодня я буду спать как убитая, и ко мне во сне не придет проклятый арлинтский командор Звездного Флота.

Глава 2

Маршрут упорно не хотел прокладываться. Хотя я сидела над ним с рассвета. Я злобно уставилась на дисплей с расчетами. Голова раскалывалась, как переспевший орех виргури. У меня не было академического образования, но жизненный опыт и наука капитана Шы`Ргана позволяли мне, не особо напрягаясь, прокладывать любой путь. До этого момента.

Рядом с моим левым локтем на стол опустилась огромная кружка, полная горячего ароматного кофе. А над ухом прохрипел речевой синтезатор напарника:

 — Пришел арлинт с парнишкой. Я определил их в каюту X.

Сглотнув набежавшую от запаха настоящего кофе слюну, я взяла в ладони кружку и покосилась на напарника. Эрв на меня дулся. Уже сутки. С того самого момента, как я отшила командора в баре. И то, что я все-таки в итоге пассажиров взяла, делу не особенно помогло. Я даже начала подозревать ревность со стороны напарника. Ведь он единственный знал, кто я на самом деле. Но раз пассажиров определил в нужную каюту, то дело для Эрва по-прежнему было на первом месте.

Каютой X у нас называлось маленькое потайное помещение, которое невозможно было обнаружить даже простым сканером. Там не было никаких механизмов: обычные двухъярусные кровати вдоль стен и допотопный унитаз в закутке — вот и все, что там было. Когда-то, когда у штурвала стоял еще капитан Шы`Рган, «Королева» перевозила контрабандой не только обездушенные предметы. Но потом, когда капитанство и «Королеву» долго делили, об этой стороне бизнеса как-то было забыто. А я, став у штурвала, сознательно не захотела его возрождать. Я еще не настолько цинична, чтобы наживаться на работорговле.

 — Спасибо, Эрв. И за кофе тоже. — Я хлебнула из кружки и пожаловалась, кивнув на экран: — Никак не могу проложить маршрут. Как бы ни просчитывала, вектор безопасности везде ниже нуля. 

Напарник с минуту пристально смотрел на мои расчеты. Эрв никогда не лез в навигацию, но мне на мгновение показалось, что он может что-то подсказать. Я снова хлебнула кофе, ожидая вердикта напарника. Но кофе пошел носом, когда заработал речевой синтезатор:

 — Он тебе так дорог?

Кое-как отдышавшись и смахнув ладонью попавшие на пульт управления кофейные брызги, я буркнула в ответ:

 — Думай, что говоришь.

Притворяться, что я не поняла о ком речь, было бессмысленно. Кроме меня и Эрва на борту «Королевы» впервые за прошедший год был только командор и пацан.

Напарник в ответ пожал плечами:

 — А что мне еще думать, если ты никогда ранее так долго не сидела над расчетами пути, предпочитая все корректировать по ходу?

Я слегка опешила и покосилась через плечо на дисплей, густо усыпанный цифрами, формулами и векторами. А через мгновение осознала: да, Эрв прав. Но признать это вслух меня бы не заставили даже самые искусные мастера пыток во всей Вселенной.

 — Может быть то, что любой маневр уклонения может закончиться для нас фатально? А потому сверхважно найти оптимальный и максимально безопасный маршрут? Не знаю как тебе, Эрв, а мне еще жить не надоело.

Напарник одарил меня долгим, полным сомнения взглядом. А потом демонстративно отключил речевой синтезатор, показывая тем самым, что считает разговор завершенным, развернулся и пошел на выход. Я смотрела ему вслед до тех пор, пока Эрв не скрылся за поворотом. И никак не могла отделаться от ощущения, что напарник впервые меня приревновал. Нашел к кому!

Эрв появился на «Королеве» почти два года назад. И первое время немой полукровка-фарн был объектом насмешек и мальчиком для битья тогда еще более многочисленной команды. Его не спасало даже то, что он был техником, что называется, от бога и мог починить при наличие запасных деталей любую поломку на корабле. К тому времени мое положение на корабле было уже достаточно прочным. И наша с ним дружба началась с того, что я, пожалев немого парня, из одной вылазки притащила ему речевой синтезатор. Устройство оказалось нерабочим, но это не повлияло на благодарность Эрва. Он сам перебрал синтезатор и кое в чем доработал, заставив упрямую железяку работать так, как ему было нужно.

Мой секрет Эрв узнал случайно. Однажды он попросту вскрыл замок в мою каюту, спасаясь от очередной начавшейся смуты по дележке капитанского кресла сам, и желая предупредить меня. А я в этот момент переодевалась. Да так и замерла в одних трусиках и тугом спортивном бюсте, с поднятой ногой, нацеленной на штанину комбинезона. 

В следующий после этой смуты рейс мы уходили втроем: я, Эрв и слишком тощий и мелкий для игумара Гамис. А поскольку в навигации разбиралась на корабле только я теперь, то я сразу поставила условие: либо парни выполняют мои распоряжения, либо пусть выметаются к чертям.

Поскольку я была еще более субтильной, чем Гамис, и меня часто принимали за подростка-килла, то игумару не слишком понравилось такое условие. Но и уходить он не захотел, скрепя сердце согласившись признать мою власть на «Королеве». Впрочем, через несколько месяцев сожалела уже я о том, что не выгнала его сразу взашей. Прихватив с собой все, что было на корабле ценного, в том числе и выручку от последнего рейса, и груз прелония, который еще только нужно было доставить заказчику, Гамис смылся, оставив нас с Эрвом объясняться с негласным королем Черного сектора за утерянный груз.

Даже выпотрошив до дна счет команды, мы с Эрвом не могли вернуть долг за прелоний. И потому вынуждены были уносить оттуда ноги. А теперь я сама, добровольно, возвращаюсь прямо в пасть черному тигру. А все из-за бирюзовых глаз. 

Вместо запланированного через час после рассвета, стартовала «Королева солнца» почти в полдень по местному времени. Сначала я долго пыхтела над прокладкой курса. И у меня все-таки получилось проложить максимально безопасный. Потом пришла делегация местных. Попрощаться. Попытаться сделать заказ. Хоть я и говорила, что корабль настоятельно нуждается в ремонте, и я не могу с уверенностью сказать, когда вновь к ним попаду. На самом деле в глубине души почему-то зрела щемящая уверенность, что эти лица я вижу в последний раз. И у меня никогда, даже в мой самый первый самостоятельный старт, не дрожали так руки на виртуальном штурвале, как сегодня. Под пристальным, жадным и полным восторга взглядом Бориса, которому я, в пику дующемуся Эрву и непонятно почему поджимающему губы арлинту, разрешила занять пустующее кресло штурмана.