"Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Бобков Владислав Андреевич - Страница 1164

Да, тогда в кабинете у яоху я не слушала почтенного профессора, слишком шокированная его словами про то, что я сама мутирую, и про то, что целесообразно сделать такими всех землян. Но когда пришли мои документы из Звездной Академии, среди всех аттестатов и характеристик обнаружилась краткая выжимка из моей «истории болезни», в которой доступным языком пояснялось все, что со мной уже сделал вживленный генетический код. И что ему только предстояло сделать.

В частности, срок моей жизни был увеличен по предварительным оценкам в пять-шесть раз. То есть, если бы, оставаясь землянкой по ДНК, я бы прожила не более ста двадцати-ста тридцати лет, то теперь минимум проживу лет пятьсот. Прочитав эти строки, я долго истерически хохотала. Вот был бы Мираку сюрприз, если бы он решился сделать меня своей любовницей в расчете на то, что я долго не проживу.

Кстати, Мирак в отличие от Кина долго пытался выйти со мною на связь. Но я, еще в самом начале своих приключений лишившаяся персонального комма, сознательно не покупала другой. Зачем? У нас в городке есть телефонная связь. Она куда дешевле той, что подключена к комму. А за пределами не то, что планеты, а даже нашей местности, мне связываться не с кем. Мирак в течении нескольких месяцев упорно пытался добиться того, чтобы я вышла на связь. Но я делала вид, что не получаю его сообщений. Наконец, пару месяцев назад арлинт прекратил бомбардировать запросами местный узел связи. Девчонки вздохнули с облегчением. После вступления Земли в Звездный Альянс всеобщий язык был обязателен к изучению. Но на деле его учили лишь те, кто стремился вырваться в космос. Поэтому у сотрудниц местного узла связи была вечная проблема как объясниться с инопланетником. Мирак не знал земного, девочки – всеобщего.

Когда я наконец вышла из ванной, мама с тревогой уставилась мне в глаза. Но ни сказала ни слова. Я облегченно перевела дух. Спорить и ссориться с родителями не хотелось. Наверное, мне и в самом деле нужно, как я планировала когда-то, присмотреть себе работу в большом городе. Уверена, меня с моим дипломом охотно возьмут в любую контору. Тем более, что так нужный в крупных корпорациях всеобщий язык я знаю идеально. Так будет лучше и мне, и родителям. Они будут видеть меня по выходным, будут знать, что у дочери все в порядке. А мне можно будет перестать глотать на ночь снотворное. Тем более что, как выяснилось, оно не очень-то и помогает.

В конце концов, если у меня ничего не получится, то моя теперешняя должность школьного учителя меня всегда подождет.

Если я и удивилась, услышав лично от мэра просьбу присоединиться к делегации от нашего города, то совсем чуть-чуть. Понятное дело, сейчас все местности будут пытаться урвать себе кусок пожирнее. Там, где Киллана решит поставить фабрики, будут самые сливки. Поэтому меня и не удивило, что мэр просит поехать именно меня. Я хорошо говорю на всеобщем и имела дело с киллами. Киллы… Кин… В груди остро и резко кольнуло. И я поспешно отгородилась от воспоминаний.

Вообще, внезапное желание правительства Килланы сотрудничать с Землей и разместить у нас свои фабрики по производству гиро-ткани выглядело достаточно подозрительно, если бы не то обстоятельство, что Старфф давно не имел дел с родной планетой и служил на Альянс. Поэтому в Нью Йорк я отправлялась относительно спокойной.

Сначала я думала, что представители будут от каждого более-менее крупного города на Земле. И, если честно, размеры этой толпы мне было сложно представить. Но позже, уже по приезду в Нью Йорк, я поняла, как ошибалась. Представители были только от тех городов, в которых, в теории, должны были построить фабрики киллы. В итоге, делегация состояла в общей сложности из двадцати человек. Это уже вместе с теми, кто был призван правительством Земли говорить от имени человечества.

Я нервничала. При чем, настолько, что за первой утренней встречей с представителями Килланы уронила и разбила чашку с кофе. В мою сторону мгновенно повернулись все головы. Спикер от землян умолк и с неодобрением посмотрел в мою сторону. А ведь для невроза у меня причин не было. Того единственного, кого я боялась увидеть среди киллов, не было. Да и быть не могло. На Землю в качестве представителей Килланы прибыли только гражданские лица. А Кин бы военным. До мозга костей. Разве что счесть за причину поведение одного из делегатов от Новой Шотландии Финли Адама, непонятно по какой причине решившего, что я должна принадлежать ему.

Мы познакомились в последней точке сбора делегатов от европейского континента и невысокий, ниже меня на пол головы, мистер Адам как-то сразу по-хозяйски оценивающе окинул меня взглядом. Словно измерил, взвесил и поставил клеймо «Моя собственность!», не спросив на то моего мнения. Я про себя похихикала. Пока вечно потеющий и без конца утирающий свою лысину большим клетчатым платком Финли просто смотрел на меня, я не испытывала особых трудностей и за угрозу его не считала, уповая на свою академическую подготовку. Даже простой лингвист после окончания академии спокойно может дать фору земному бухгалтеру, каким и был Адам. Но сегодня утром перед тем, как войти в специально арендованный для встречи с делегацией киллан зал, толстячок поймал меня за локоть и имел наглость отчитать за то, что я на встречу пришла в брюках!

Вначале я опешила. Потом меня затрясло от злости. А потом, мысленно поблагодарив одного заносчивого килла за науку, я ледяным тоном проинформировала наглого шотландца, что служащие Звездного Флота не имеют права в служебное время носить гражданскую одежду. А я этим утром неосознанно надела костюм, почти полностью повторяющий форму Звездной Академии. Только без нашивок и шеврон.

Пока зарвавшийся урод хватал ртом воздух, я проскользнула в зал под одобрительные смешки парочки афроамериканцев. Когда мистер Адам пришел в себя достаточно, чтобы быть в состоянии войти в зал, места справа и слева от меня уже были заняты. Толстяку ничего не оставалось, кроме как сесть в другом конце стола.

И вот теперь Финли из своего угла прожигал меня возмущенным взглядом. А я наконец осознала, что у меня возникла проблема. Вот чем, спрашивается, я этих мужиков привлекаю? Сначала Марек, которому я открытым текстом сказала, что надеяться не на что, продолжил бегать за мною хвостом, давая маме ложную надежду, что дочка одумается. Потом этот… Я с неприязнью бросила взгляд на шотландца. Недоразумение сплошное. И чего, спрашивается, привязался?

Обсуждение шло вяло. Я краем уха прислушивалась к ораторам и недоумевала, зачем мы тут собрались? Когда мэр приехал меня приглашать, по его словам, выходило, что уже едва ли не договор о сотрудничестве будем подписывать. Все оговорено, осталось утрясти мелкие детали. Но на деле оказалось, что киллы только присматриваются.

До обеденного перерыва так ни до чего и не договорились. Каждая из сторон запаслась огромным количеством информации, чтобы «обсудить на досуге». С тем и разошлись, чтобы вновь собраться в этом зале завтра утром. Остаток дня делегаты были предоставлены сами себе.

Еще одна странность, которая меня поразила, едва только нам начали представлять членов килльской делегации — это отсутствие электронных переводчиков. И это действительно была странность. Гораздо легче и проще было обеспечить каждого нейролингво, чем найти на всей Земле высококлассных лингвистов, свободно владеющих всеобщим языком. Несмотря на то, что прошло уже прилично лет с момента вступления Земли в Звездный Альянс, всеобщий по-прежнему не был востребованным языком. Возможно потому, что на самой Земле он был не нужен. А те, кто рвался в космос и учил язык, назад уже не возвращались. Это я одна такая бракованная. Просторам Вселенной предпочла свой пусть чуть и затхлый, но все равно уютный мирок.

Проблемы начались, едва я покинула зал и собралась пойти пообедать. У самого входа меня перехватил Финли Адам:

 — Каролина, ты была очень неуклюжей! Я думал, что выпускники звездных академий более ловкие и меньше привлекают внимание.

Шотландец цепко ухватил меня за локоть, пытаясь развернуть в сторону, противоположную выбранному мною направлению. Внутри меня словно лопнул некий сосуд, выпуская на волю горячую несдержанную злость. Я резко дернула рукой, освобождаясь, и процедила сквозь зубы, стараясь сдержать внутри себя гнев: