Новая жизнь Эвелин (СИ) - Крамская Елена "https://litnet.com/ru/elena-kramskaya-u7364739" - Страница 7

Глава 5

Смерть Эдди Капелло, его обмякшее тело на грязном полу склада, запах пороха и пролитого виски - все это обрушилось на меня ледяным водопадом, смывая последние остатки наивной веры в то, что я смогу легко распутать этот клубок. Мой мозг, привыкший к миру, где смерть - это нечто далекое, происходящее на экранах новостей, отказывался принимать эту жестокую реальность.

Вместо ответов я получила лишь его предсмертный хрип и загадочное письмо, которое теперь жгло мне руку. Оно было не просто уликой, а детонатором, взорвавшим последние остатки моего понимания этой семьи, в которую меня забросила судьба.

«Отец Шарлот обо всем знает. Мне нужна твоя помощь».

Слова, написанные рукой Гарри, бились в моей голове, как пойманная птица.

Гарри не был отцом Шарлотты? Эта мысль была настолько чудовищной, настолько немыслимой, что я несколько раз перечитала записку, надеясь, что ошиблась. Но нет - девять лет лжи, девять лет обмана, который скрывался за фасадом идеальной, любящей семьи.

Кто же тогда настоящий отец моей маленькой, рыжеволосой племянницы, которая стала моим единственным якорем в этом чужом мире?

И тут же, как удар молнии, пришло осознание.

Через пару часов, оставив позади полицейскую суету и безжизненное тело Эдди, я вернулась в поместье.

Мои ноги сами понесли меня на второй этаж, в комнату Клэр. Она стояла нетронутой, словно мавзолей, где время замерло в день ее смерти. Пыль тонким слоем покрывала мебель, на туалетном столике застыли флакончики духов, а в воздухе витал едва уловимый аромат ее любимых лилий. Я чувствовала себя святотатцей, вторгаясь в ее личное пространство, но знала - ответы нужно искать здесь. Дневники, письма, любая мелочь могла стать ключом.

Я снова и снова перечитывала письмо Гарри.

Воспоминания Эвелины о сестре были яркими и живыми. Клэр и Гарри… они были неразлучны со времен колледжа. Клэр с таким восторгом, смущенно краснея, рассказывала о нем, о его шутках, о его ухаживаниях. В ее чувствах невозможно было усомниться. Как же эта идиллия могла быть ложью?

Я осторожно подошла к ее письменному столу. В верхнем ящике, под кипой счетов и театральных программок, я нашла пачку писем, перевязанных выцветшей атласной лентой.

- Прости, Клэр, - прошептала я в пустоту, развязывая узел. Почерк был незнакомым - энергичным, с сильным, почти агрессивным нажимом.

«Гарри не сделает тебя счастливой. Ты совершишь ошибку, если выйдешь за него».

Подписи не было ни в этом, ни в других письмах. Все они были анонимными, но в каждом сквозила одна и та же мысль - предупреждение, угроза, мольба не связывать свою жизнь с Гарри. Автор явно знал Клэр еще со времен колледжа.

Мой взгляд упал на стопку книг.

Сверху лежал тяжелый выпускной альбом в красной кожаной обложке с золотым тиснением: «Университет Ричмонда, 1910 год». Я никогда его не открывала. В прошлой жизни Эвелин не интересовалась юностью сестры, а я… у меня просто еще не было на это времени.

- Тетя Эви, ты здесь? - в приоткрытую дверь заглянула Шарлотта. Ее глаза были заплаканными, но в них светилось детское любопытство, - Что ты тут делаешь?

- Я решила понемногу разбирать вещи твоей мамы, - я взяла в руки альбом, чувствуя его тяжесть.

- О, мамин выпускной альбом! - она подошла ближе, - А ты заметила, что здесь вырвана страница?

Она указала пальчиком на мохнатые обрывки бумаги на корешке переплета. Я присмотрелась, и действительно, кто-то аккуратно, но с силой вырвал страницу.

Мой современный мозг мгновенно проанализировал: вырван портрет того, кого Клэр хотела скрыть, того, кто писал ей эти письма - отца Шарлотты. Но я знала, что в любом учебном заведении всегда хранятся архивные копии.

- Шарлотта, я хочу с утра кое-куда съездить. Составишь мне компанию?

Ее лицо тут же озарилось улыбкой - первой искренней улыбкой за последние дни.

- Да, конечно! Я так давно не выбиралась из поместья!

Моей целью был Ричмонд.

- А сейчас давай спустимся в столовую, Морганы нас уже заждались.

За ужином, впервые с моего приезда, за столом собралась вся наша маленькая, осиротевшая семья. Я смотрела на огненные кудри Шарлотты, на ее серьезное личико, и понимала, что теперь ее судьба - моя ответственность.

Все мои туманные планы Эвелин на будущее, на возвращение в Европу, рушились. Я была привязана к этому острову, к этому дому, по крайней мере, до совершеннолетия Шарлотты.

Разговор за столом тек плавно. Морганы обсуждали нового президента, а потом перешли на своего сына, Бобби.

- Бобби перебрался в Новый Орлеан. Там он играет в местном джаз-бэнде, - в голосе мистера Моргана слышалась и гордость, и тревога.

- Вы ведь тоже в юности играли на саксофоне, не так ли?

- Только любовь к музыке убедила меня отпустить его, - вздохнул он, - Кстати, Эвелин, он прислал нам грампластинку, которую записал вместе с самим Кидом Ори. Предлагаю после ужина перейти в гостиную и насладиться записью.

Остаток вечера прошел под тягучие, меланхоличные звуки блюза, и только поднявшись к себе в комнату, я в очередной раз поймала себя на мысли, что так и не позвонила Джеку.

Это уже становилось дурной привычкой.

«Завтра, - пообещала я себе, - Как только вернусь из Ричмонда, я обязательно ему позвоню».

Утром мы с Шарлоттой уже мчались по направлению к Ричмонду. Чтобы развеять мрачные мысли, я решила рассказать ей одну из историй, которые помнила из рассказов Гарри.

- Ты знала, что твой отец однажды украл герб университета прямо со стены в главном холле?

- Что? Не может такого быть! - Шарлотта недоверчиво хихикнула.

- Еще как может. Он пробежал с ним по всему кампусу… абсолютно раздетый.

Ее заливистый смех наполнил салон автомобиля, и мое сердце на мгновение оттаяло. Я дарила ей последнее светлое воспоминание о человеке, которого она считала отцом, прежде чем безжалостно разрушить этот образ.

В университетской библиотеке, пахнущей пылью и старыми книгами, нам без проблем выдали архивный экземпляр альбома за 1910 год. Я нашла нужную страницу, и к горлу подкатил ком.

Там, где в альбоме Клэр зияла дыра, здесь был вклеен портрет молодого, уверенного в себе мужчины с копной рыжих волос и пронзительным взглядом. Это был Майкл Картер.

- Ой, а я видела раньше этого человека! - воскликнула Шарлотта, - Он бывал у нас в поместье. Незадолго до того, как… он разговаривал с мамой и папой. Они очень сильно кричали.

Внутри меня все оборвалось. Мои догадки превратились в ужасающую уверенность.

- Мне нужно срочно отвезти тебя домой, - пробормотала я, закрывая альбом.

Вернув Шарлотту под опеку встревоженной миссис Морган, я, не теряя ни минуты, направилась в Нью-Йорк.

Я припарковала автомобиль около отделения ФБР в Нью-Йорке и решительно вошла в кабинет.

- Мисс Пелл, что вы здесь делаете? – по лицу Майкла я поняла, что он не удивлен моему появлению, - Если вы по поводу Эдди Капелло, то забудьте о нем, - Майкл отвернулся от меня в сторону полок, делая вид, что он озабочен поиском какой-то книги. Затем Майкл резко развернулся, схватил газету со своего стола и сунул её мне в руки.

Это был свежий выпуск Нью-Йорк Таймс, где на первой полосе над фотографией Эдди крупными буквами был заголовок: «Эдди Капелло, убийца семьи Уокер, причастен к преступлениям мафии».

- Эдди был долго связан с мафией, мы нашли много доказательств, когда обыскивали его рабочий кабинет.

- Я здесь не из-за Эдди, - меня возмущало его спокойствие, - Почему вы мне не сказали, что были знакомы с моей сестрой и её мужем? Оказывается, моя племянница видела вас в поместье, незадолго до их убийства.

Майкл резко повернулся в мою сторону.

- Осторожнее со словами, мисс Пелл. Звучит как обвинение меня в убийстве, - тональность его голоса сменилась, как и настроение. Благодушного Майкла уже не было, передо мной сейчас стоял хладнокровный убийца. Все его эмоции отразились на лице и в жестах, всем своим видом Майкл демонстрировал высокомерие и недовольство.