Хранитель талисманов 3 (СИ) - Давыдова Юлия Викторовна - Страница 12

Иван приподнял Рира и придал ему сидячее положение, придерживая за спину:

— Дыши, дыши, дыши... молодец!

Вокруг творился хаос. Перепуганные пассажиры только успели принять, как факт монстров на борту, голых людей, брызги крови на стенах и открытый наружу выход на высоте нескольких тысяч метров, как их выбил в панику новый удар — после яркого света, пронзившего салон, наступила тьма, и слух убил оглушающий скрежет, прокатившийся по самолёту.

Никита обернулся и взглянул в кабину. Перед ней Вурда и Туран вжали в пол жеребца, клокочущего горлом, заполненным кровью, и просто рвали из него куски. Но попытки ослабить и удержать противника уже заканчивались. Вариантов больше не было. Последний враг не собирался сдаваться, он собирался умереть сражаясь, и Вурда, наконец, вогнал когти в его горло. А за этой кровавой сценой сражался за авиалайнер второй пилот.

Полёт продолжался, двигатели работали, но самолёт трясло, индикаторы на панели управления мигали. Удар о врата не прошёл бесследно. Чувствовался крен на левый борт.

Никита хлопнул Рира по плечу и вручил ему в руку комок грязи:

— Держи осторожно.

Сам поднялся на ноги и побежал в кабину, а оборотень отмахнулся, хрипло дыша:

— Ага...

Димка взволнованно сжал его плечи:

— Ну ты напугал, братец!

— Ага... — Рир ещё кашлял.

Велехов перелез по телу жеребца, занявшего весь салон, мимо Вурды и Турана, ещё сидящих на нём верхом, и ввалился в кабину.

Второй пилот Корчагин обернулся на звук, увидел человека почти голого и всего в крови и дёрнулся из кресла, но Никита усадил его обратно:

— Тихо, тихо! Свои!

Сергей замер. Что-то понять сейчас было чрезвычайно сложно, но его руки по-прежнему крепко держали штурвал. Это было единственное, за что зацепилось его убитое ужасом сознание — надо вести самолёт. Даже сейчас, когда половина приборов отключилась из-за разрыва кабелей крыла и электронная диагностика показывала отсутствие ответа от датчиков хвостового руля и левого крыла. Корчагин не успел отвести авиалайнер от светящегося кольца, уже поздно было отворачивать. Но при проходе через него кончик полукрыла попал в гаснущий участок круга, и его отсекло, будто лезвием. Срезанный край пролетел мимо кабины, а за ним и кусок хвостового руля.

— Посадишь машину? — спросил Никита. — Сможешь? Как зовут тебя?

От количества вопросов Сергей растерялся ещё больше и сильнее сжал штурвал, молча рассматривая незнакомого человека перед собой.

— Ну-ка очнись! — приказал Велехов. — Ты пилот российской авиации, у тебя на борту сто шестьдесят человек. Ты помнишь?

Сергей, поражённо глядя на него, кивнул.

— Так вот ещё раз, — Никита крепко нажал на его плечо: — Мы тебе поможем. Надо посадить самолёт и спасти людей. Ты понял?

Корчагин сглотнул.

— Зовут как? — повторил Велехов.

— Сергей.

— Я Никита, Сергей. Что с твоим самолётом?

— Потеряли левое полукрыло и хвостовой руль, — сдавлено прошептал Корчагин.

— Ясно, посадить сможешь? — повторил Велехов.

Сергей заставил себя проглотить ужас и хрипло ответил:

— Ты не понял. Без руля самолёт не управляем. Мы просто летим вперёд на одной высоте пока работают двигатели.

— А, — Никита поглядел на руки пилота, вцепившиеся в штурвал. — А чего так держишь тогда?

— Срезана треть левого полукрыла, — выдавил из себя Корчагин. — Удерживаю от крена.

— Молодец, — кивнул Никита. — Так и держи.

В кабину вошёл Вурда, вызвав у Сергея ещё один нервный спазм, взглянул через лобовое стекло и заметил:

— Так, Серёж, надо поворачивать и быстро.

Никита проследил взгляд ворлака и выругался. Прямо по курсу перед низко летящим самолётом рисовалась зигзагообразная линия гор.

— Не получится, — сдавлено прошептал Корчагин. — Я же сказал: без хвостового руля и с повреждением полукрыла мы не наберём высоту и повернуть не сможем.

Он сглатывал, говоря это, потому что от всего происходящего накатывала тошнота. И всё поворачивался посмотреть в салон, где, как ему казалось, развернулся ад. Какая-то грязь, слизь и кровь на стенах. Тела пассажиров, опутанные чем-то, висящие под потолком и разорванное тело... кажется, коня! Который был человеком. Который только что держал его за голову когтями. Всего минуту назад. И эти люди рядом — неодетые, высокие, с рельефными крепкими фигурами, как у команды бойцов, и кожей, расписанной цепочками каких-то символов...

— Э, парень, — Никита, заметив, как пилот стремительно бледнеет, быстро нахлестал его по щекам: — Ну-ка, ну-ка, Сергей! Кроме тебя самолёт никто не посадит. Потеряешь сознание и нам всем конец.

Корчагин всё-таки очухался, но прошептал в полной уверенности:

— Я тоже не посажу. Мы разобьёмся.

— Да что ты какой пессимист? — прозвучало за спинами.

Иван тоже вошёл в кабину. В руках держал полотенце и плед, которые взял у стюардесс. Они сейчас находились с пассажирами и помогали Дивею наводить порядок на борту. Люди были в шоке, поэтому слушались его без возражений.

Ланита сначала сказал всем, чтобы сидели на местах. У кого они остались, конечно. А то рядов двадцать кресел в щепки разлетелось. Остальных друг к другу на колени усадил, кого-то в проходе оставил. Потом принёс из салона бизнес класса стюардессу, которую «туристы» там бросили без сознания. Девушка пришла в себя, и Ланита передал её коллегам.

А Иван, поглядев в кабину, где Никита разговаривал с пилотом, понял, что кресло командира экипажа пустое, потому что его тело лежит под ним. Зайдя, князь сначала протянул Сергею полотенце:

— Вытрись. И панель протри.

Корчагин машинально взял тряпку и только сейчас заметил, что сам весь в крови. Шок от происходящего не позволил почувствовать раны от когтей на голове и шее.

Иван, оттащив тело командира экипажа к стенке и накрыв его пледом, тяжело вздохнул:

— Не всех успели спасти. Пассажиры бизнес класса тоже мертвы. Эта тварь быстро их задушила. Наверное, ещё до того, как вы драться начали.

Князь уселся в кресло командира и поглядел вдаль. А Никита обернулся и увидел Рира и Димку. Оба стояли вместе с Тураном, опираясь пятой точкой на тело коня. Всё равно такую тушу не обойдёшь, весь салон занял. Рир, всё ещё покашливая после удушья, подкидывал в руке неизвестную тварь, которая опять притворялась комком грязи.

— Эй, эй, — Никита напрягся, видя, как из тела существа при каждом подбрасывании выделяется слизь. — Не урони.

Рир утвердительно кивнул:

— Не уроню.

Иван в кабине взглянул на пилота. Того так и трясло.

— До гор ещё несколько минут, — усмехнулся Рилевич. — Погоди, может, помогут нам. До последней секунды сдаваться нельзя.

Сергей удивлённо уставился на Ивана, а Никита обернулся к Вурде:

— Ждём патруль долины?

Ворлак кивнул:

— Ага. Нас не могли не заметить. Грохотом мы все окрестности накрыли и до сих пор накрываем. Гинева приказала разместить дополнительные посты. Так что должны уже лететь к нам.

За бортом авиалайнера царил полумрак и поблескивали большие пятна озёр меж островками суши. Свет кольца в небе погас и единственным, что освещало долину, остались огни самолёта.

Сергей поражённо смотрел вниз.

— Где мы? — спросил он наконец.

На панели управления больше не работала навигация, будто нигде не было ни одной вышки связи, ни одного спутника, ничего.

Пилоту не ответили, потому что в кабину заглянул ещё один мужчина.

— Пассажиры там к иллюминаторам прилипли, — произнёс Дивей, — гадают, где летим, почему так темно и что за земля под нами. Мы садиться-то будем?

— Нет, — покачал головой Никита. — Сергей вон говорит, что не сможет. Как хотите, говорит, спасайте людей без меня.

Корчагин повернулся к нему и смерил гневным взглядом.

— Я так не говорил, — произнёс он. — Здесь негде садиться. Пересечённая местность. И самолёт всё равно не управляем. И, чёрт возьми... вы кто? Что вообще случилось?

— О! — усмехнулся Велехов. — Чего, маленько отпустило тебя? Соображать начинаешь?