Альфа-ноль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Каменистый Артем - Страница 811

Если человек не полностью безнадёжен, то как обращаться, за минуты разберётся. Не знаю, может на Земле у современных блочных «монстров» и есть какие-то сложные особенности, а здесь всё примитивно. Ну, а дальше десяток-другой выстрелов по мишени, и этого уже достаточно, чтобы отправлять болты не «куда-нибудь в ту сторону», а хотя бы приблизительно в цель.

Как и на Земле, повышенной популярностью арбалеты не пользовались. В профессиональной армии они попросту не нужны. Там сплошь приличные воины, следовательно, у всех стрелков имеются прокачанные навыки для лучников. Лук куда скорострельнее, и его можно запросто использовать всадникам, да и конструкция гораздо проще, и потому при одинаковой цене он получается качественнее.

Казалось бы, логичный шаг — вооружить арбалетами самых никчемных, презираемых вояками простолюдинов. Ведь обучить кого угодно несложно, а недостаток меткости при массовом использовании — не велика беда. Пускай залпами по вражеским построениям работают, не пытаясь поражать уязвимые точки. На коротких дистанциях, тяжёлые болты, даже попадая в самые крепкие детали доспехов и в приличных воинов, способны озадачивать.

Но если кто-то дошёл до той стадии, когда в бой приходится отправлять массы самых ничтожных бет, это означает и то, что с финансами у этого кого-то не всё прекрасно. А ведь даже самый примитивный полностью деревянный арбалет стоит денег (как и болты к нему), и при этом толку в местных войнах от него не будет. Такая поделка бьёт недалеко и убойность у неё не впечатляющая. В общем — не имеет смысла. Ну, а хорошее оружие и денег требует хороших, по вышеизложенным причинам никто его крестьянам массово раздавать не станет.

Если коротко подытожить: арбалеты дороже луков и при этом сильно уступают им в скорострельности и универсальности (потому что их не любят использовать всадники). Можно назвать и другие причины, но лично я считаю, что перечисленные недостатки — главные. Именно из-за них потомок лука не снискал широкого применения в этом мире.

Но тут, внезапно, появляюсь я. Человек умный, находчивый (и скромный), при больших деньгах и прямо сейчас нуждающийся в сильной армии.

Сильную армию даже в спокойные времена нельзя купить, попросту выложив деньги из кармана. Здесь поблизости нет своей Швейцарии или Германии, где можно оперативно договориться о найме тысяч и тысяч вооружённых и обученных ландскнехтов, способных сразу после оплаты сражаться совместно не как толпа безмозглая, а как полноценное войско.

Так-то наёмников в этом мире хватает, но, обычно, это отряды от десятков до первых сотен бойцов. Также в доступном для меня радиусе есть несколько подобий гильдий, где можно набрать и пару-тройку тысяч, но им потребуется время для отработки взаимодействия (а зачастую и для выяснения, кто здесь самый главный).

Как бы там ни было, ни гильдии, ни большие отряды мне сейчас не светят. Их разбирают до последнего солдата ещё в преддверии больших войн. И даже если успеть попасть в этот промежуток, они, скорее всего, откажут какому-то непонятному юноше из почти мёртвого клана, дабы не злить нанимателей, с которыми у них давным-давно заключены предварительные договорённости. Разве что деньгами попытаться переманить, но это путь скользкий, потому что порядочные на это не клюнут, а непорядочные солдаты удачи потребуют много и сразу, после чего запросто кинут.

Благородством низовая наёмная публика, как правило, не блистает, да и бояться такого, как я, не станет. То есть без авторитета или могущественных покровителей за спиной размахивать перед ними мешками с золотом бессмысленно.

Но с кучкой соратников, крохотной дружиной и ошмётками корпуса мне Тхат не потянуть. Оставленная от всех щедрот Кабула тяжёлая конница — не более чем лёгкое извинение от императора. Увы, это не самый лучший отряд, да и многочисленным его не назовёшь. Скорее символическая поддержка, чем реальная. Если встретимся в чистом поле, южане даже без кварты нас спокойно массой задавят.

То, что они до сих пор это не сделали, объясняется лишь тем, что неожиданным разгромом у Козьей скалы мы здорово охладили их пыл.

Где же взять армию, если с наймом такие сложности?

На этот вопрос я предусмотрительно начал искать ответ ещё до того, как отправился в южную степь. Не нужно быть гением, чтобы догадаться — при такой разнице в силах и возможностях затишье надолго не затянется, и чем раньше примешься готовиться к обострению, тем хуже для врага.

Не буду перечислять всё, что удалось придумать и хотя бы частично осуществить. Остановлюсь на самом главном — на том, что именно должно стать основой объединённой армии.

Единственный реальный источник для массового набора солдат у меня на тот момент оставался один — население Мудавии. Преимущественно бедные горожане и беженцы — первые массово повалили к вербовщикам после выступления вражеских некромантов, вторые и до этого зачастую были готовы за плошку риса на что угодно подписаться.

Первые годились для пехоты, городская жизнь многих отучила от седла. Вторые — наоборот, как правило, в седле проводили больше времени, чем на ногах. Получалось естественное разделение.

Правда, в итоге большая часть кочевников отправилась в ту же пехоту. Нет, коней, причём хороших, у нас после южного вояжа хватало, но тактика, что пока существовала лишь в моей голове, не требовала наличия значительных масс скверно обученных конников. Да и организовать всадников куда труднее, чем «пешеходов», что в условиях нехватки времени и дичайшего кадрового голода — ключевой фактор.

Пехота из простолюдинов (да и конница тоже) везде и всегда считалась унылым мясом. Такие отряды имело смысл применять массово, кидая огромными толпами при начале битвы, чтобы альфы с бетами утомились их вырезать.

Ну а как устанут, свои беты и альфы подтягиваются.

Со свежими силами.

Учитывая мизерную цену жизней простолюдинов — тактика приемлемая.

Но не для меня.

Нет у меня альф с бетами в приличном количестве, чтобы придерживать их для финального этапа битвы. Да и от предрассудков первой жизни вряд ли когда-нибудь избавлюсь полностью, и потому мне претит столь прямолинейно проливать реки неблагородной крови.

Но что прикажете делать с массой слабых и необученных простолюдинов, если не бросать их толпами на убой?

Что-что… Надо сделать так, чтобы не они об врага убивались, а наоборот. Но как прикажете это устроить, если один обученный омега невысокого ранга способен без посторонней помощи играючи прирезать пятерых сиволапых крестьян или пастухов?

А учитывая нехватку оружия и отсутствие хороших доспехов, и десяток таких противников не заставит его запыхаться.

Нет, в ближнем бою столь никчемным воякам делать нечего.

Ладно, пускай сражаются в дальнем, я же не против. Но каким дистанционным оружием? Традиционным для Мудавии? Это пращи для городских люмпенов и луки для степняков.

Праща — вообще не вариант. Даже с самыми хорошими металлическими пулями дальность не впечатляет, убойность тоже не радует. Тяжёлая пехота такой обстрел не заметит, а конница будет оставаться под ним недолго. Домчится в секунды и перетопчет стрелков.

Луки — интереснее. Но ими владеют немногие скотоводы, и оружие у них самое лёгкое и примитивное, для отстрела дроф с сайгаками. На тех же вековечных врагов скотоводов — волков, они с ними не ходят. Предпочитают устраивать загонные охоты, где травят зверей псами и колют рогатинами. Даже профильные навыки от ПОРЯДКА далеко не у всех открыты, потому что практики маловато.

Также надо учитывать проблему нехватки стрел. Увы, в Мудавии практически нет своего производства. Охотники довольствуются корявыми самоделками, против дроф с сайгаками их достаточно. Для армии хорошие боеприпасы поступают из неблизкой Равы, где их массово изготавливают особые артели. Но в преддверии большой войны они загружены государственными заказами, много от них не получишь. Что до местных мастеров — они их тоже могут делать, но очень медленно. К тому же материалы достать непросто. Одна из главных проблем — древко. Здесь, в степи, почти нет своей древесины, а та, что попадается, сучок на сучке и перекручена столь жестоко, что получение из неё длинных плашек, что колются на ровные заготовки, становится почти невыполнимой задачей.