На изломе десятилетия (СИ) - Русских Алекс - Страница 11

Перед съемками успел с Сенкевичем познакомиться, очень приятный человек оказался, доброжелательный такой.

Сам процесс съемок занял около трех часов. Это полностью всей передачи, потому что хотя мой эпизод занял от силы минут двадцать, но и во время беседы с другими гостями я продолжил сидеть за столом с ведущим, время от времени подавая реплики. Потом еще озвучка роликов время отняла, а затем пришлось по всей студии фотографа искать, чтобы он мне отдал пленки.

Заполошный день получился ужасно, считай весь ушел на съемки передачи, но не жалею. Сенкевичу подарил свою книгу с дарственной, засветив ее на экране, заодно рассказал про другие книги и про путевой дневник, который сейчас лежит в издательстве. В общем, прорекламировал себя на всю страну по-полной. Еще один экземпляр романа выпросил Рогов.

— Слушай, ты сейчас куда? — спросил он меня, когда я уже собирался домой.

— Да на метро сяду, мне в гостиницу надо. Оставлю там пленки, возьму рукописи и в «Арарат». Столик на семь заказан, как раз успеваю.

— Скажи, а не будет слишком нагло, если я тоже напрошусь? — ошарашил меня вопросом Сергей.

Однако московские телевизионщики совершенно не теряются. Но почему бы и нет, все равно я на десять человек банкет заказал? Я так Рогову и ответил.

— Отлично, — обрадовался тот, — Тогда метро отменяется, я на машине.

Ну, а чего я отказываться буду? Пригласил Рогова подняться в номер, где познакомил с Ашотом, который уже с нетерпением ждал, когда я приду. Услышав, что новый знакомый с телевидения, ошарашенный армян буквально заплясал вокруг гостя, засыпая его вопросами.

А я пользуясь тем, что мне никто не мешает, убрал в чемодан кассеты с пленками, потом достал рукописи. Захаров просил все три.

— Слушай, а мне не дашь почитать? — все-таки оторвался от Ашота Сергей.

— У меня три экземпляра, — объяснил я, — Первый я уже в издательство отдал, один мне нужен. Можешь с Захаровым договориться, хотя там, уже, кажется, очередь из желающих образовалась. Но, в принципе, я дня четыре еще в Москве буду, если управишься за три дня, то могу дать свой экземпляр. Но только, чтобы железно успел вернуть и никаких копий, мне только самиздата не хватало, чтобы органы мне мозги полоскать начали.

Естественно, получил заверения, что вот точно и что ни-ни и с сомнением отдал рукопись. Надеюсь, окажется обязательным человеком. В крайнем случае, у Захарова заберу экземпляр и на Аляске у меня копия тоже осталась.

В половине седьмого погрузились на «Жигули-шестерку» Рогова и отправились в ресторан. Припарковаться удалось только на Пушечной, пешком дойдя до «Арарата». Не удивительно, что этот ресторан такой популярностью сейчас пользуется. Отличная кухня, красивые апартаменты, да и место козырное. Рядом Большой и Малый театр, Щепкинское училище, ЦУМ. Напротив еще одна легенда ресторанного бизнеса — гостиница «Метрополь». В это заведение тоже, кстати, просто так не зайдешь — знакомства нужно, чтобы столик заказать. Но ничего, у меня теперь блат в «Арарате» — это тоже неплохо. Ашот меня своему троюродному родственнику представил, визитками обменялись, так что светское знакомство состоялось.

А место действительно весьма уютное, не зря его московская богема облюбовала. Уютные коричневые стены, отделанные армянским туфом, обрамляют фреску, на которой над посетителями плывет голубая вершина Арарата. Деревянные потолки с висящими на них «парусами» из холста, навевают мысли то ли о рыцарских замках, то ли о старинных фрегатах.

Втроем заранее столик заняли, повар побеспокоился, одно из лучших мест для нас забронировал. Тут и гости появились. Захаров сразу предупредил, что ненадолго и насчет рукописей поинтересовался. Я в сумку полез.

— Вот, — говорю, — Это вторая копия, первая в издательстве. Здесь путевые записи, «Неспящие в Анкоридже» и «День сурка». К повестям я киносценарии приложил. Но, если у вас идея появится самому поставить, на мой взгляд, действие нужно будет адаптировать к нашей стране. И еще, «День сурка» сложновато будет играть на сцене, проблема в постоянном повторении эпизодов, их нужно отыгрывать полностью одинаково, но с определенными нюансами. А вот «Неспящие» вполне можно на сцене отобразить.

Захаров ответил, что разберется и кивнул на мою просьбу не копировать рукописи, а то разойдутся самиздатом. Это сейчас запросто. Еще подарил знаменитому режиссеру томик «Марсианина» с дарственной. Хорошо взял сразу несколько экземпляров, пришлось и остальным гостям дарить книги.

Не хотел пить, но пришлось «обмывать» орден, настоял только, что в вине, а армянский коньяк пусть пьют гости. Я и в прошлом теле особой тягой к горячительным напиткам не страдал, а в этом вообще не тянет, хотя и до полной абстиненции не доходит.

Когда заказывал блюда, попросил официанта отдать мне меню.

— Зачем тебе оно? — поинтересовался Абдулов.

Пришлось сознаться, что собираю меню разных заведений. Такая вот коллекция на память. Тут Рогов вмешался:

— А хочешь в «Седьмое небо» сходить?

Это ресторан, который на Останкинской башне? Конечно, хочу, интересно же Москву с такой высоты посмотреть.

Рогов пообещал завтра решить вопрос. Оказалось, что «Седьмое небо» — это не один ресторан, а фактически три. Там три зала и все на разной высоте. Самый низкий — Бронзовый, 328 метров над землей, а самый высокий — Золотой находится еще выше — на отметке 334 метра. Все залы вращаются, а кормят в них по-разному. В Бронзовом зале подают типовой обед, вот в Серебряном можно развернуться, там даже оливье с раковыми шейками доступно для заказа.

В Золотом зале часто банкеты устраивают, но там тоже можно столик организовать. И все залы медленно вращаются, совершая полный оборот за сорок минут. В общем, пообещал Рогов пригласить меня на обед, надеюсь, сдержит слово, очень хотелось бы полюбоваться столицей с большой высоты. Зрелище должно быть куда круче, чем вид Нью-Йорка с обзорной площадки башни Эмпайр-стейт-билдинг.

Захаров уже в восемь часов извинился и покинул компанию, оставив меня рассказывать про свои американские приключения. Впрочем, вскоре, подвыпившие гости начали травить и свои байки. Я некоторое время крепился, а потом вытащил записную книжку и с разрешения рассказчиков стал конспектировать понравившиеся истории. Вот хорошо, что я стенографию освоил. Не до конца, но очень удобно стало записывать устные рассказы. Очень уж интересные истории, жалко, если пропадут.

В девять гости начали потихоньку расходиться, все же день будний, у большинства завтра дела. К десяти за столиком остался только я с Роговым и Ашотом.

— Вас подвести? — поинтересовался Сергей.

— Нет, спасибо, мы пройдемся, решил я, — Тут недалеко. А ты, может, лучше на такси поедешь?

— Да не, все нормально, я же минералку пил, ты просто не заметил, — улыбнулся тот, — Ты завтра дома будешь?

— Нет, — испугался я, что опять придется торчать в номере, — Мне по редакциям нужно завтра побегать.

— Тогда позвони мне на работу примерно в двенадцать, — попросил Рогов, — Только обязательно. Лады?

Пока шли по дому по вечерней Москве, Ашот многословно восхищался тем, с какими людьми сегодня он вино пил. Он, оказывается, попросил, чтобы наш столик со стороны сфотографировали, чтобы потом было чем похвастать. Несколько раз пригласил меня в Ереван, обещая застолье еще лучше, чем в «Арарате». Ну, не знаю, может, и выберусь, но уж точно не в этом году, хотя теперь на рынках Москвы у меня есть блат. Вот только для меня больше актуален блат в Магадане.

Вот сам не пойму, оно же, как говорил герой фильма «Жмурки», «в центр надо подаваться, там все». Я даже согласен с этим утверждением, но вот тянет меня в Магадан со страшной силой, прямо как Шарика в лес, это не смотря на то, что наш город вовсе не жемчужина у моря. Не гриновский ласковый и романтичный Зурбаган, отнюдь нет. Море у нас холодное, суровое, свинцовое на вид. Да и сам край, мягко говоря, прохладный, но вот успел прикипеть к нему. Ладно, там видно будет, может, и переберусь в столицу… но потом, как молвил один харизматичный прапорщик [3].