Хеллоу, Альбион! (СИ) - Хренов Алексей - Страница 19

Групп-кэптен Даун остановился у окна и некоторое время молча смотрел в сад. Потом медленно покачался с пятки на носок — с тем спокойным видом человека, который собирается сообщить неприятную новость.

— Теперь что касается вас.

Он повернулся к Лёхе и совершенно будничным голосом произнёс:

— Королевские военно-воздушные силы в вас больше не нуждаются. Вы уволены.

В кабинете стало так тихо, что Лёха отчётливо услышал, как где-то в саду за окном кричит ворона.

Он стоял молча и смотрел на групп-кэптена, пытаясь понять, в какой именно момент разговор пошёл не туда. В голове быстро перебирались последние десять минут беседы, затем последние сутки, затем вся предыдущая жизнь. Нигде, однако, не обнаруживалось очевидного места, где следовало было сказать что-нибудь другое.

Даун несколько секунд внимательно наблюдал за выражением его лица. Потом уголки его губ едва заметно дрогнули.

— Потому что Адмиралтейство забирает вас себе.

Он спокойно сделал глоток чая и поставил чашку обратно на столик, словно речь шла о переводе канцелярского служащего из одного кабинета в другой.

— Вы теперь лейтенант флота.

Лёха моргнул.

— Что! Опять⁈ — вырвалось у него голосом волка из мультфильма «Жил-был пёс», изрядно удивив Дауна.

— Простите, сэр… — взяв себя в руки, осторожно произнёс он. — Во флоте?

— Именно так, — невозмутимо кивнул Даун. — В прошлом году морскую авиацию окончательно вернули Адмиралтейству. Теперь флот с энтузиазмом сам строит свои авиакрылья… и с тем же энтузиазмом обнаруживает, что летать у них периодически некому. Поэтому они время от времени заглядывают к нам и просят наших пилотов.

Адмиралтейство прислало весьма настойчивый запрос. Думаю, им подойдёт пилот с… такими нестандартными талантами.

Он чуть подумал и добавил с лёгкой сухой иронией:

— И, по крайней мере, к выживанию в английской сельской местности.

За окном снова каркнула ворона, словно подтверждая справедливость решения британской военной бюрократии.

Середина июня 1940 года. База авиации флота HMS Kestrel. Недалеко от Портсмута. Англия.

Лёха получил предписание на следующий же день. Бумага была короткая, аккуратная и совершенно безжалостная в своей военной лаконичности.

«Лейтенанту Коксу предписывается явиться к месту службы: HMS Kestrel».

Лёха перечитал строчку два раза. Потом третий.

— Прекрасно, — он пожал плечами. — Теперь я ещё и моряк.

Логично предположить, что раз я пилот, то будет это авианосец, решил Лёха. Он откинулся на спинку стула и попытался припомнить британские авианосцы. В голове медленно проплыли знакомые названия.

«Арк Роял»… «Илластриэс»… «Кураджиэс»…

— Да-да! И топили их исправно, — подсознание влезло, как всегда, вовремя и не смогло промолчать.

Но вот HMS Kestrel он вспомнить не мог.

— Любопытно… — сказал Лёха вслух. — Новое корыто построить успели?

Ответа на этот вопрос бумага, разумеется, не давала.

До предполагаемого корабля предстояло добираться из Апавона — места, где располагалась Центральная лётная школа. До моря оттуда было миль шестьдесят, километров сто по нашему, может чуть больше. На мотоцикле — часа два, если не сильно отвлекаться. Или три, если как следует позавтракать по дороге, решил Лёха.

Карт у Лёхи не было, как и навигаторов.

Зато у него был длинный язык — а британская сельская местность отличалась тем, что через каждые пару миль там обязательно находился либо паб, либо фермер, либо полицейский, который охотно объяснял дорогу, если улыбаться и слушать их разглагольствования про всё на свете.

Форму королевской авиации у него отобрали, и он снова облачился в свой изрядно помятый французский лётный комбинезон, подвесил «Браунинг» и стартанул мотоцикл. Двигатель радушно заурчал, словно предвидя новые приключения.

К обеду, после серии уточнений и сделав несколько явно лишних петелек по британским буеракам, Лёха благополучно добрался до побережья.

Портсмут оказался огромным, шумным и насквозь морским городом. В порту торчали мачты, трубы и башни кораблей, от которых пахло мазутом и дисциплиной.

Лёха дотарахтел до ворот базы, заглушил мотоцикл и поинтересовался у дежурившего на воротах матроса.

— Который из них — HMS Kestrel? — показал он на серые корпуса кораблей, торчащие позади ангаров.

Матрос посмотрел на него с лёгким интересом и ухмыльнулся, задумчиво почесал подбородок и указал куда-то в сторону холмов.

— Вам туда, сэр. Ваш авианосец стоит прямо за этим холмом.

Лёха некоторое время молча смотрел на него, пытаясь понять — это новое направление движения или британское чувство юмора.

Через десять минут Лёха уже ехал по узкой дороге между полями. Впереди поднимался низкий холм. За ним действительно стоял авианосец. Совершенно непотопляемый. Ибо за холмом начинался аэродром.

Лёха остановился, снял очки и некоторое время молча смотрел на длинную бетонную полосу, ангары и стоящие у них самолёты.

Потом перевёл взгляд на табличку у ворот.

«HMS Kestrel».

«Royal Navy Air Station Worthy Down».

«Авиационная станция Королевского флота Уорти-Даун».

«Корабль его Величества Кестрел».

— Опять одни дауны. Но вообще-то нормальный авианосец они тут захреначили! — порадовался за способности флота наш герой.

Лёха вздохнул и пошёл искать трап.

Середина июня 1940 года. База авиации флота HMS Kestrel. Недалеко от Портсмута. Англия.

Утром на плацу выстроили личный состав. Командир базы вышел вперёд, неторопливо оглядел строй и откашлялся с сосредоточенным видом, достал из кармана сложенный листок и постучал им по ладони.

— Господа, довожу последние сводки с театра военных действий.

Строй замер, внимая капитану Ройял Нэви.

— Согласно сообщению Берлинского радио, переданному сегодня ночью господином лордом Хау-Хау, наша база была торпедирована немецкой лодкой и героически затонула вместе со всем личным составом.

По строю прошёл шорох, шёпот и смешки.

Командир улыбнулся и спокойно продолжил:

— Прошу не паниковать. Несмотря на наше официальное утопление, выполнение боевых задач продолжается в штатном порядке.

Он обвёл рукой плац, кирпичные казармы, ангары и аккуратный ряд самолётов.

— Завтрак, как обычно, подадут в столовой, которая, если верить немецкой разведке, сейчас находится примерно на глубине ста тридцати метров.

В строю кто-то фыркнул.

Командир кивнул, будто это подтверждало его мысль.

— Таким образом, сегодняшнее рыбное меню можно считать стратегически оправданным.

Он перевернул листок.

— В связи с нашим официальным утоплением курение в казармах временно запрещено. Порох, табак и морская вода — сочетание, как показывает практика, нежелательное.

Последовала новая пауза.

— Лётному составу напоминаю: несмотря на затопление базы, полёты сегодня проводятся по расписанию. Взлёт с морского дна требует некоторой сноровки, но я уверен, что вы справитесь.

— И да. В местный паб поступило моё указание проверять наличие спасательных жилетов на входе.

В строю уже откровенно хрюкнули.

Командир аккуратно сложил листок и убрал его в карман.

— Разойтись. И постарайтесь не утонуть в пабе. Это сильно осложняет отчётность.

Середина июня 1940 года. База авиации флота HMS Kestrel. Недалеко от Портсмута. Англия.

Самолётный парк Авиации Королевского флота пробрал нашего героя до самой глубины его худосочной задницы. Картина открывалась неожиданная.

По полю стояли самолёты. Много самолётов. Но чем дольше Лёха на них смотрел, тем больше ему казалось, что он каким-то образом заехал не на военную базу, а на выставку авиационного антиквариата или спорных технических решений. Если не идиотских.

Ближе всего к ангарам стояло несколько крупных бипланов — даже на первый взгляд явно больше «Харрикейна» — с толстыми расчалками и крыльями, сложенными вверх, как у гигантских летучих мышей, которые решили передохнуть после ночной охоты. «Суордфиш» — торпедоносцы флота, на вид родом из 1918 года. Сложенные крылья делали их похожими на садовые складные стулья, поставленные на просушку.