Мастерская попаданки (СИ) - Даль Ри - Страница 30

— Я призову остатки своего клана, — сказал Даррен.

— Твой клан разбит.

— Кое-кто уцелел. Я соберу своих людей, сколько бы их ни было.

— И всё равно это безумие, — не уступала Мойра. — Ты хочешь, чтобы мы заплатили своей кровью за твою месть.

— Это не месть, — возразил Даррен. — Я хочу защитить всех! Каждого, кто здесь стоит, и все остальные кланы! Мы можем попросить помощи у клана МакРонан и клана Ардисейл.

Мойра покачала головой, её губы скривились в горькой усмешке.

— Они далеко, — сказала она. — И они не станут слушать ни меня, ни тем более тебя, Волк.

— Тогда справимся сами, — заявил Даррен.

— Мы не пойдём на это, — отрезала Мойра. — Наша обязанность — оберегать наших людей, а не бросать их в пасть Драконам.

— Но, возможно, есть другой выход, — вдруг сказала Шивон.

Мойра повернулась к ней, её брови приподнялись.

— О чём ты?

Шивон посмотрела на меня, её глаза были глубокими, как воды Кельтского моря.

— Пророчество, — сказала она. — Оно гласит, что банфилия сумеет вернуть равновесие и восстановить Завесу. — Она сделала паузу, её взгляд стал тяжелее. — Скажи, Эйлин Келлахан, так это или нет?

Глава 47.

Я замерла, чувствуя, как слова Шивон повисли в воздухе, словно морской туман, густой и непроницаемый. Все взгляды были прикованы ко мне. Медальон на моей груди нагрелся, его тепло пульсировало, словно вторя моему бешено бьющемуся сердцу. Я хотела ответить, хотела сказать что-то уверенное, доказать, что я — та самая банфилия, о которой говорят пророчества. Но внутри всё сжималось от страха и сомнений. Что, если я не справлюсь? Что, если моя сила — лишь тень того, что должна быть у истинной банфилии?

Я сглотнула, пытаясь найти слова, но они застревали в горле, как ком глины, который не хочет принимать форму. Мойра наклонилась вперёд, её пальцы сжали подлокотники резного кресла, и её голос, холодный, как зимний ветер, прорезал тишину:

— Эйлин Келлахан, я жду твоего ответа. Пророчество гласит, что банфилия восстановит Завесу. Если ты та, о ком говорят звёзды, докажи это. Или твои слова — лишь пустой шёпот ветра?

Я опустила взгляд. Глянула на Люсин. Её глаза, такие ясные, такие полные веры, смотрели на меня с надеждой. Она верила в меня, даже если я сама не могла поверить в себя. Даррен стоял рядом, его плечи расправлены, взгляд твёрдый, и я знала, что он тоже ждёт моего ответа.

— Я… — начала я, но голос дрогнул. — Я не уверена, что моя сила достаточно велика. Я чувствую её, но…

Толпа зашепталась, и я услышала нотки разочарования в их голосах. Мойра вскинула руку, призывая к тишине.

— У клана Древа есть свои легенды, — сказала она медленно, и в её голосе чувствовалась древняя сила, как будто она говорила не только от себя, но и от всех старейшин, что были до неё. — Мы не просто так храним нейтралитет, Эйлин. Эйру даровала нам миссию — охранять священные места, где её голос всё ещё звучит. Одно из таких мест — святилище в глубоких горных лесах. Там, под сенью древних деревьев, спрятан Амулет Леса, третий дар богини, созданный, чтобы уравновесить Пламя и Ветер.

Я нахмурилась, пытаясь осмыслить её слова. Амулет Леса? Я никогда не слышала о нём, ни в рассказах Бертрама, ни в легендах, что нашептывали мне воспоминания Эйлин. Но что-то в словах Мойры заставило моё сердце забиться быстрее. Медальон на моей груди стал ещё горячее, словно подтверждая, что это правда.

— Амулет Леса? — переспросила я, мой голос был едва слышен. — Почему я ничего о нём не знаю?

Мойра чуть улыбнулась, но её улыбка была холодной, как утренний иней.

— Потому что мы, клан Древа, храним свои секреты. Но знай, банфилия: после того, как Завеса была разорвана, духи Другого мира вырвались в наш. Леса, что мы охраняли, теперь кишат ими — дикими, неуправляемыми, полными гнева. Путь к святилищу стал опасен, как никогда. Но если ты — та, о ком говорят пророчества, ты сможешь пройти его и забрать Амулет Леса. Принеси его нам, и клан Древа признает твою силу. Мы выступим против Драконов, если ты докажешь, что достойна.

Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Пройти через леса, полные духов? Сражаться с тем, чего я даже не понимаю? Моя магия была слишком слабой, слишком нестабильной. Но я посмотрела на Люсин, на Даррена, и поняла, что выбора у меня нет. Если я откажусь, клан Древа отвернётся от нас, и Бертрам продолжит свою войну, пока не погубит всех.

— А если я не справлюсь? — спросила я тихо.

Мойра посмотрела на меня, и в её глазах мелькнула искра, которую я не могла разгадать — то ли жалость, то ли испытание.

— Тогда ты не та, за кого себя выдаёшь, — ответила она. — А чтобы быть уверенными, что ты вернёшься, мы просим оставить здесь Люсин.

Моё сердце замерло. Я посмотрела на девочку, чья рука всё ещё была в моей. Её глаза расширились, но она не отшатнулась, не заплакала. Просто смотрела на меня.

— Люсин? — переспросила я. — Нет, я не могу её оставить!

— Она не будет заложницей, — быстро добавила Шивон. — Мы позаботимся о ней, как о своей. Ей ничего не грозит. Но так мы будем знать, что ты не свернёшь с пути.

Я покачала головой, чувствуя, как паника захлёстывает меня. Оставить Люсин? Мою девочку, мою названную дочь, которая прошла со мной через столько испытаний? Что, если я не вернусь? Что, если духи Другого мира окажутся сильнее меня? Что станет с ней?

— Нет, — вырвалось у меня. — Я не могу. Я…

— Я согласна, — вдруг сказала Люсин, её голос был звонким, как колокольчик, и таким решительным, что я замерла. Она шагнула вперёд, её маленькие кулачки сжались, и она посмотрела прямо на Мойру. — Я останусь. Я верю в Эйлин. И в Даррена. Они вернутся.

Я посмотрела на неё, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. Её вера, её сила, её любовь ко мне — всё это было таким ярким, таким настоящим, что я едва могла дышать.

— Люсин, милая… — начала я, но она перебила.

— Я знаю, что ты сделаешь это, Эйлин, — сказала она, её глаза блестели. — Ты всегда защищала меня. И теперь я хочу, чтобы ты защитила всех. Я не боюсь. Я останусь здесь, и я буду ждать тебя.

Я сглотнула, пытаясь сдержать слёзы. Даррен шагнул ближе, его рука легла на моё плечо, тёплая и тяжёлая.

— Я иду с тобой, — сказал он твёрдо. — Мы сделаем это вместе.

Я посмотрела на него, потом на Люсин, потом на Мойру. Толпа молчала, их взгляды были прикованы ко мне, но теперь в них не было осуждения — только ожидание. Я чувствовала, как медальон на груди нагревается, словно Эйру сама шептала мне, что это мой путь.

— Хорошо, — выдохнула наконец. — Я согласна. Я отправлюсь к святилищу и принесу Амулет Леса.

Мойра кивнула, её лицо оставалось непроницаемым, в глазах мелькнула искра одобрения.

— Тогда так тому и быть, — сказала она. — Совет постановляет: Эйлин Келлахан и Даррен Фаэль отправляются в горные леса к святилищу Эйру. Вы получите всё необходимое для пути: еду, оружие, одежду. Но помните: время не ждёт. Вам надлежит вернуться как можно скорее.

— Мы позаботимся о Люсин, — сказала Шивон, посмотрев на девочку. — Она будет в безопасности.

Я кивнула и повернулась к Люсин, опустилась на колени, обнимая её так крепко, что её маленькое тельце задрожало в моих руках.

— Я вернусь, милая, — прошептала я, прижимая её к себе. — Обещаю.

— Я знаю, — ответила она тихо.

Я поднялась, посмотрела на Даррена. Он кивнул мне, и я поняла, что мы сделаем это. Вместе.

— Соберите всё необходимое, — приказала Мойра, обращаясь к людям клана. — И пусть Эйру хранит их в пути.

Толпа начала расходиться. Я взяла Люсин за руку, и мы с Дарреном направились обратно к дому, чтобы подготовиться к путешествию. Мой медальон всё ещё пульсировал теплом, и я знала, что, несмотря на страх, несмотря на сомнения, я должна идти вперёд. Ради Люсин. Ради Даррена. Ради Эйру и мира на нашей земле.

Глава 48.

Утро пришло с холодным ветром, что гулял по селению клана, шевеля ветви дерев. Я стояла у дома, крепко обнимая Люсин. Она держалась стойко, как настоящая воительница. Глаза малышки блестели от слёз, но она не позволяла им пролиться, и эта её сила разрывала мне сердце.