Ама зона. Мой мир - Хелл Алекса - Страница 8

Я кивнула. Цель была ясна, хоть и неожиданна.

Мать не закончила. Она поднялась, обошла стол и остановилась так близко, что я почувствовала запах её пота и старой, въевшейся в кожу крови. Её голос упал до шёпота, но каждое слово впивалось в меня острыми клыками.

- Запомни главное. Их оружие не только железные палки, что плюют огнём и пулями. Их главное оружие - ложь, - она начала медленно кружить вокруг меня, словно пиранья, и обволакивать шёпотом со всех сторон. - Они умеют втираться в доверие, находить трещины в твоей броне, в твоем сердце. Они лгут, чтобы проникнуть в него. В твою сердцевину. Чтобы ты опустила копьё, чтобы поверила, будто они не звери и не опасны. Будто ты можешь им доверять, а потом… - она сделала паузу и замерла напротив. В её глазах что-то промелькнуло, какая-то тень, отчего волосы на затылке зашевелились. - А потом они наносят удар. Тогда, когда ты этого совсем не ждёшь. Бьют в самое сердце и с улыбкой наблюдают за болью в твоих глазах и наслаждаются твоим падением на колени. Они используют, манипулируют, насилуют и убивают. Но даже не это самое отвратительное. Среди них есть те, кто предпочитает не убивать, а растягивать удовольствие. Такие особи причиняют тебе боль обманом и предательством, а затем оставляют в живых, чтобы наблюдать за твоей мучительной смертью, за тем, как ты гниешь изнутри. Есть те, кто предпочитает держать женщину подле себя и смаковать её боль, рассказывая сказки о том, что так надо, что все их деяния ради неё же самой, ради великих целей. Мужчины коварны, Бейра и опасны.

Я нахмурилась от непонимания. Как? Эти сутулые, дрожащие существа, что падали в грязь от одного вида копья, что плакали, когда нож касался их шей… Как они могут проникнуть в сердце? Они слабые, хрупкие и ломаются как тонкие ветки. Я видела это. Их слёзы, их мольбу, их жалкие попытки дотянуться до жизни, их смирение.

Спорить было глупо, поэтому я лишь кивнула, опустив взгляд и проглотив сомнение.

- Поняла, вождь.

Мать отошла к столу и сложила руки на груди. Из её ободка на голове торчали новые перья диких птиц, а это значило, что она охотилась в одиночку. Явление редкое, но после того, как она возвращалась, всегда была в ужасном настроении. Возможно поэтому, я и не услышала ни единого наставления матери до сих пор. Лишь вождя.

- И ещё кое-что, - её голос стал жёстким. Тон не терпел возражений, как и она сама. - Не позволяй им прикасаться к себе и соединяться с тобой семенным мостом. Ни ради их покорности, ни ради любопытства, ни ради выживания. Ты Защитница. Клинок Зелёной эпохи, а клинку не нужны дети, пока идёт война. Ты сможешь зачать дитя потом. В Колыбели. Как и все, кто не прошёл ритуал или получил разрешение Совета и вождя. Но только после того, когда война закончится. Да и к тому же, - мать скривила губы. - Процесс зачатия весьма болезненный. В нём ничего интересного и приятного. Поняла?

Я снова кивнула. Это был закон, который я знала с детства. Рожают те, кто остается у костров в долине. Те, чья роль в общине не защита, а рождение и воспитание девочек. Защитницы не носят жизнь под сердцем, пока не отдадут долг Колыбели. Право на дитя получают единицы за заслуги и подвиги, и к тому же не все Защитницы хотят тратить время и вынашивать новую жизнь, когда для этого есть другие. Их стремления защищать долину и сражаться со Слепцами, куда сильнее желания коротать ночи возле костров.

Я сжала челюсти в попытке усмирить злость. Табика теперь станет одной из них. Будет соединяться с мужчинами, получать семя, вынашивать и рожать детей. Воспитывать новых воительниц, а мальчиков отдавать отцам в Нору.

Это место, где Совет и вождь держат мужчин. Они ждут там своего часа и доказывают Совету, что годятся для столь важного дела - зачатия новых Защитниц. Отбираются самые крепкие и выносливые, чтобы дать дочерям Колыбели больше сил. Нора - отдельное поселение, вокруг которого выстроены наши четыре общины. Доступ туда есть лишь у Совета, вождя и тех, кому выпала честь зачать дочь Зеленой эпохи.

Я никогда не горела желание наведаться туда даже тайком. На что там смотреть? На слабаков, которые со слезами на глазах пытаются победить таких же? Но… Теперь туда уведут Табику, и я никак не могла сглотнуть этот ком в горле. Она не должна была там оказаться. Мы прокладывали себе с детства иной путь. Один на двоих. Но его безжалостно развели… Слепцы. Мой гнев перетек на них и стало чуть легче. Их я хотя бы могла убить, в отличие от законов Колыбели, написанных… моей матерью.

- Будь послушной дочерью. Смотри им в глаза, Бейра, - мать прожигала меня взглядом, пока огонь за моей спиной отбрасывал тень на её скулы, делая лицо похожим на высушенную кору. - Смотри, но не верь ни единому слову. Их речи - яд, налитый в чашу с мёдом. Не поддавайся. Не слушай. Убивай, до того как их рты распахнутся, и продолжай путь к поставленной и доверенной тебе цели.

- Поняла, - отозвалась и, кивнув, развернулась, чтобы уйти.

Голос матери остановил меня на пороге. Резкий. Неожиданный. Неужели…

- Бейра.

Я обернулась. Мать стояла в тени, и свет от огня выхватывал только часть её лица.

- Вернись ко мне и принеси своё решение. О мире, о том, что ты увидела, узнала и… почувствовала. Я буду ждать.

Я замерла. Слова повисли в воздухе словно дым. Тяжёлые и непонятные для меня. Какое решение? Я собираюсь изучить врага, проникнув в его логово, и принести информацию вождю. Чего она от меня ждала?

Переспрашивать и уточнять не стала. Лишь кивнула, как было заведено. Я не имела права сомневаться и задавать вопросы, как и любая из Защитниц. Иногда делала попытки, думая, что передо мной двуликая женщина, но сейчас поняла, что остался лишь один лик. Вождя.

- Будет сделано, - отозвалась и, склонив голову, ударила себя кулаком по груди. По тому месту, где в непонимании гоняло кровь сердце, а затем шагнула за порог.

Ночь приняла меня в свои объятья сразу. Прохладная, влажная, живая. Я поправила колчан на плече, проверила рукоять нового ножа на поясе, провела пальцем по наконечнику копья, которое подхватила у выхода. Лезвие было холодным, верным и заточенным. Окинув взглядом долину, направилась к долгожданной цели. Воды и пищи мне не нужно. Лес накормит. Лес напоит. Лес укроет.

У меня есть всё, что требуется Защитнице, а слова матери, что легли грузом непонимания, я отложу на потом. На тогда, когда вернусь или…не вернусь. Присев, подчерпнула немного земли и, продолжив путь, начала растирать её между пальцев.

Нет. Я точно вернусь. Ради Табики, Тэи и маленьких девочек, которых ещё не успели сломать, а затем подлатать смолой, сделав вид, что с ними всё в порядке. Я вернусь в Колыбель. Чего бы мне это ни стоило.

Босые ноги ступили на тропу. Тени за спиной сомкнулись. Челюсти сжались. А Руины и Старое побережье заждались. Шаг. Второй. Третий. Я сорвалась с места и устремилась вглубь леса, начав свой путь, который выстраивала годами.

Глава 3

Тропа увела меня прочь от дыма, барабанного ритма и тепла очагов. Ноги знали каждый поворот, каждый выступающий корень, каждый камушек. Я, как и обычно не шла и не бежала в обычном понимании слова, а скользила. Воздух становился чище, но гуще, тяжелее, а любые звуки, не принадлежавшие лесу, исчезли. Меня сопровождали лишь шелест листвы, пение птиц, неодобрительные взгляды мелкой лесной дичи и голос матери.

«Их главное оружие - ложь. Не верь. Убивай до того, как они раскроют рты».

Я стиснула челюсть. Зубы сомкнулись с тихим хрустом. Ложь - яд. Убей. Не говори. Не слушай. Не трогай. Не спрашивай. Терпи. Уважай. Подчиняйся. Я могла ещё долго перечислять законы Колыбели, так как они были выбиты у меня на костях и суставах, но решила остановиться. Ещё совсем немного и я окажусь по ту сторону законов и смогу сделать вдох полной грудью, как только перешагну границу.

Через три кустарника после старой сосны, там, где мох сменился бурым, пропитанным железом грунтом, я свернула, слегка сойдя с тропы, и оказалась перед двумя поваленными стволами, обвитыми плющом. Моё тайное место. Я вырыла его собственными руками десять лет назад и с тех пор использовала в качестве личного хранилища.