Как превратить кота в дракона (СИ) - Голден Лиззи - Страница 1

Как превратить кота в дракона

Пролог

Марсель

― Ты обещал! ― кричит она, надрываясь так, что стены разносят эхо по всему тронному залу. ― Обещал мне! Обещал, что отпустишь! Все это я делала, только чтобы увидеть дочь!

Не могу слышать это. Все-таки, видимо, я не настоящий дракон, если вопли и слезы женщины выбивают меня из колеи, тогда как я должен быть крепким и жестким внутри, как кристалл.

К тому же ее дочь здесь. Стоит, как истукан. Подошла бы к матери, что ли…

Вытягиваюсь по струнке и делаю каменное лицо. Все как учил меня отец.

К слову, он тоже здесь. Наблюдает за мной. Да что там наблюдает ― сейчас прожжет во мне дыру.

― То, что ты сделала… за это тебя следует казнить самым изощренным способом! ― сквозь зубы цедит король Элдрих, а его глаза при этом загораются желтым: еще чуть-чуть и он превратится в дракона и наверняка сожрет свою непокорную жену. ― И ты еще смеешь напоминать мне о моих обещаниях? Свои бы сначала выполнила! И где луминариум? Где он, ответь, ты, старая кочерга!

Король обычно так не выражается и не показывает эмоций, но сейчас происходит что-то из ряда вон выходящее. Получается, что луминариум, за счет которого наше подземное царство Эйдралис может существовать без солнца, куда-то исчез?

Невольно поглядываю на Серин, дочь короля, стоящую в царственной позе у трона. За все это время на ее лице не дрогнул ни мускул. И как она так умеет?

Ей плевать на родную мать. Что ж, зная эту девчонку, я не удивлен.

То, что жена короля, Реджина Мальфас, молчит, полулежа на полу, означает одно: кристалла больше нет. Что теперь с нами будет?

Без луминариума люди начнут слабеть и болеть. Выход один: подняться наверх и сдаться в руки короля верхнего царства Эсхалиона, откуда триста лет назад часть драконов ушла в горы и основала наше подземное царство ― Эйдралис. В общем, это к тому, что нас там не особо-то ждут, если мы вдруг надумаем нанести визит.

Нас отправят на каторгу. Всех до единого. Но я думаю, что какую-то часть ― особо строптивых ― просто убьют, ведь вряд ли наш народ просто так сдастся без войны.

Лицо короля становится мертвенно бледным ― так на него подействовало молчание жены… а может, уже бывшей жены, ведь за Реджиной водится много разных грешков, помельче и покрупнее. Вряд ли он оставит ее при себе, особенно после того, как она потеряла самую ценную в королевстве вещь, которую ей зачем-то доверили…

― В темницу ее. ― Тон Элдриха не терпит возражений. ― В самую гнилую камеру с самым маленьким окном… И дайте ей тридцать магических плетей. Ты никогда оттуда не выйдешь. Никогда, ― мстительно проговаривает он. ― Молись, чтобы ко дню твоей казни я оказался в настроении, иначе пожалеешь о дне, когда родилась.

Двое стражников подхватывают Реджину под руки. Она не сопротивляется, она сникла и повисла на их руках, будто из нее выдавили все жизненные соки. Уже у самой двери она поднимает голову и смотрит страшным фанатичным взглядом человека, которому уже нечего терять.

― Твое королевство пало, Элдрих, смирись с этим, ― проговаривает она. Ее грубо одергивают и выволакивают за дверь, которая следом с шумом захлопывается.

Наступает гнетущая тишина.

― Мы еще можем вернуть луминариум, ― вдруг объявляет король. По залу волной проходит тревожный шепот.

― Пусть эта идиотка не справилась с заданием, еще и кристалл потеряла, но не время опускать руки. ― Подняв голову, он начинает расхаживать взад-вперед. ― Мы покажем всем в округе, что такое Эйдралис, и что было непоправимо глупо уничтожать нас только за то, что мы лучше и сильнее… Серин!

― Да, отец, ― Та тут же делает шаг к нему и склоняется в поклоне, а я усилием воли отвожу взгляд от этой блондинистой красотки. Всегда бесило то, что ей все сходит с рук, несмотря на странную внешность, ведь драконы в Эйдралисе рождаются с темным цветом глаз и волос. Но она же принцесса, ей все можно. А то, что я уродился рыжим и вместо дракона научился только превращаться в кота ― это, конечно, трагедия века.

Уф, не видел бы ввек эту занозу. Сколько крови она у меня выпила в элитной магической школе ― не передать. Хотя удивительно: я никогда не видел, чтобы она оборачивалась в дракона. Интересно, какой он у нее ― черный, как у всех, или золотистый, под цвет волос?

А вообще, какая мне разница.

― Ты не из мира драконов, дитя, ― говорит король, приподняв ее подбородок двумя пальцами, а моя челюсть при этом падает на пол. ― Ты бы не научилась ни одной из наших премудростей, оставаясь в мире, где волшебство строго порицается. Что ж, настал твой черед отплатить мне за оказанную милость. Ведь я мог в тот же день, когда узнал о подмене, уничтожить тебя… но этого не сделал.

Что? ЧТО? Почему я узнаю об этом только сейчас⁈

Вот уж я бы поставил эту пигалицу на место! Она из… даже не знаю, как это назвать. Откуда она вообще? Неужели существует мир, где нет магии?

Это звучит, как мир, в котором нет жизни. Впрочем, теперь могу объяснить, почему Серин такая бесчувственная: один ее взгляд может заморозить до смерти.

Она только кивает, глядя прямо перед собой. В ее холодных серых глазах не отражается ни одна эмоция.

― Луминариум улетел к моей родной дочери в Нимверию, ― продолжает тот. ― Этот кристалл принадлежит моему роду и чувствует истинных владельцев, но только наверху. Здесь, под землей, он не улавливал вибраций наследницы… да только наследники мне не нужны, ― жестко продолжает он. ― Значит, отправишься в отчий дом, познакомишься с родителями и… сестрицей. ― Он недобро ухмыляется. ― Найдешь кристалл и…

― Прошу прощения, ваше величество, ― к ногам короля бросается… о нет, мой отец. В груди неприятно сжимается. Кажется, я предчувствую, о чем сейчас пойдет речь. И… нет. Я не хочу ни с чем таким связываться. Пусть эти существа без магии, или как там их, живут себе припеваючи, а я без проблем поработаю шутом при дворе короля. Мне же эту должность пророчила Серин? Что ж, я не против. Теперь не против.

― Вы обещали… мой сын… ― с придыханием говорит тот. Король поджимает губы.

― Я ничего не забыл, мой верный слуга Мальгост, имей терпение, ― степенно проговаривает он. ― Марсель, конечно же, отправится вместе с Серин…

― Ваше величество, но… ― пытаюсь возразить я, живо представив себе картину маслом, от которой мне вмиг делается дурно. Нет, что угодно… просто одумайтесь, пока не поздно, это очень плохая идея!

― Никаких но, мой мальчик. ― Взгляд Элдриха остро проскальзывает по мне, от чего я невольно ежусь. ― Ты единственный из всех потомственных драконов, кто так им и не стал. ― По залу прокатываются смешки. О, да ладно, эта шутка обросла бородой лет как десять назад. ― Я могу помочь пробудить в тебе поистине драконью силу. ― Он достает из кармана стеклянный граненый пузырек, в которым плещется и сверкает ярко-синяя жидкость. ― Стоит только выпить это ― и все твои беды навсегда останутся в прошлом…

Внутри меня что-то екает. Оказывается, это можно было изменить… давно? Просто выпить какой-то эликсир, и драконьи крылья ― мои? И я все это время мучился, чего только не перепробовал, а такое простое решение было под носом⁈

― Ваше величество, вы обещали… ― Мой отец склоняется еще ниже, дотрагиваясь лбом до пола. ― Обещали, что сделаете его министром при дворе…

― Если Марсель справится, должность первого министра ему обеспечена, ― подтверждает король.

― Что я должен сделать? ― позабыв о приличиях, спрашиваю я. Мне позарез нужен этот эликсир. Наконец, стану драконом и позабуду о годах унижения. Кто б знал, как я устал от этих насмешливо-жалостливых взглядов! А когда случайно превращался в кота ― в детстве не мог контролировать это, ― мне еще и пинки доставались. Не любят здесь милых пушистых животных…

― А я разве не сказал? ― приподнимает брови тот. ― Убить мою дочь, разумеется… нет, не эту, ― на его лице появляется жесткая ухмылка, когда я перевожу, наверное, ошарашенный взгляд на Серин. ― С ней прошу обращаться учтиво и во всем слушаться… она знает, что делать.