Крутящий момент (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович - Страница 53

— Ладно, — сказал. — Сейчас насыплю псу поесть и поедем.

— Ты уверен? — спросил он.

— Да, — кивнул я. — Чувствую я себя гораздо лучше, чем выгляжу.

И это было правдой.

Я быстро наполнил обе миски, забрал квитанцию из шкафчика, после чего мы вышли наружу. Касселс приехал на своем «Порше». Он с грустью посмотрел на мой «Шеветт» и проговорил:

— Хорошая машина была.

— Да, — кивнул я. — Только для меня слишком быстрая. Ничего, хрен с ней, новую куплю. Поехали.

Мы сели в «Порше», Ник завел машину, и мы поехали.

— Что там по нашему делу-то? — спросил я.

— Коуч арестован, уже пришел в сознание. Ему предъявили обвинения. Организация нелегальных гонок, повлекших смерть. Сопротивление при аресте. Нападение на сотрудника полиции при исполнении. Там прилично так набегает.

— А кто он такой-то? — мы же его только по прозвищу знали. — Имя установили?

— Да, — сказал Касселс. — Элвис Роббинс. Бывший пилот NASCAR. Его дисквалифицировали в восемьдесят первом из-за махинаций по ставкам.

Элвин Роббинс, значит. Вот как его зовут. А ведь никто толком про него ничего сказать не мог — белый мужик за сорок, серая кепка с логотипом.

— А тот бедняга из транспортной полиции как? — спросил я, подразумевая Ричардса.

— Операция прошла нормально, — сказал Касселс. — Восстанавливаться будет долго, но жить будет.

Я кивнул. Это было хорошо.

Скоро мы въехали в Лос-Анджелес, а потом отправились к уже знакомому мне спортивному бару «Пять долларов». Внутри было накурено и шумно, все столики заняты, так что нам пришлось разместиться у стойки. И это хорошо — над ней висел телевизор, уже переключенный на НВО — там шли какие-то подводки к бою. Про статистику говорили.

— Что будешь? — спросил Касселс. — Я угощаю. Ты-то все поставил. Пива?

— Нет, — я покачал головой. — Возьми мне газированной воды. И сэндвичей каких-нибудь, я не ел почти двое суток.

Он поднял бровь.

— Викодин, — объяснил я. — Нельзя смешивать.

Барменша, молодая кудрявая девушка, смерила меня взглядом — похоже, что не так часто ей приходится видеть посетителей в таком состоянии — и сказала:

— Да, парень. Похоже, ты большой фанат Тайсона, раз пришел смотреть. Выглядишь как отбивная, если честно. Интересно, кто победит?

— Я и так знаю, — ответил я. — Тайсон, нокаутом в первом раунде.

— Ты уверен? — она хмыкнула. — Последние несколько боев Уильямс провел очень хорошо.

— Уверен, — кивнул я.

Она явно хотела поговорить еще, но подошли другие клиенты, так что она поставила перед нами заказ и отошла. Мне — стакан газировки со льдом и пару маленьких сэндвичей на тарелке, Касселсу — какое-то светлое пиво.

Я запустил руку в карман, достал таблетку и запил водой. Скоро должно стать еще лучше.

Народ все прибывал. К девяти бар был забит — бой Тайсона был настоящим событием. Переключили все телевизоры, и везде показывали одно и то же.

Я сидел и смотрел на экран, где шли подводки. Показывали Тайсона на тренировке, потом Уильямса. Здоровенный негр с очень длинными руками, и комментаторы говорили о нем с явным уважением. О том, что он не просто мешок для битья, что у него есть все шансы.

Касселс рядом пил пиво и слушал. Он бокс явно не очень любил, но раз уж поставил, то решил смотреть.

— Они верят, что Уильямс может выиграть, — вдруг сказал он. — Слышишь?

— Пусть верят, — ответил я.

— И тебе не страшно? Ты же потеряешь много денег. Больше той штуки, которую мы просрали на гонках.

Я подумал секунду, улыбнулся и честно сказал:

— Не страшно. Я знаю, что будет.

Он снова посмотрел на меня и сказал:

— Я сперва тебе поверил, а теперь меня немного ломает. Может быть, объяснишь, откуда у тебя такая уверенность?

— Нет, — сказал я.

Он хмыкнул и отвернулся к экрану. Бой начался около десяти по местному времени. Зал притих. Бойцы вышли на ринг, но помимо них на нем была куча народа — рефери, секунданты. В России их называют так, а здесь — «cornerman». То есть просто «человек в углу».

Показали обоих боксеров, ринг, потом крупный план Тайсона. Раньше я бы пришел в восторг от того, что вижу его бой в прямой трансляции, но его-то я видел уже сотни раз. Но он хорош — короткая шея, маленькие уши и нечеловеческое выражение лица.

Уильямс был выше, руки длиннее. Но тоже огромный негр.

Начался раунд. Тайсон сразу пошел вперед, они обменялись несколькими джебами. Потом еще и еще. Вошли в клинч, но сразу же разошлись. Потом опять и опять.

А потом Уильямс в клинче нанес Тайсону несколько ударов правой рукой в висок. Рефери выступил вперед и развел их. Майк помотал головой — он явно поплыл.

— Твою мать, — пробормотал Ник. — Плакали наши бабки.

Но Майк пошел вперед. Джеб, еще несколько, Тайсон работал вблизи, уклонялся, не давая Уильямсу пользоваться своим природным преимуществом. Я же больше смотрел на время, чем на сам бой.

Снова они сошлись в клинче, снова рефери их развел.

А на девяносто третьей секунде Тайсон уклонился от удара и выбросил вперед апперкот. И попал куда надо — Уильямс не просто упал, он отлетел на два шага, врезался в канаты и остался сидеть.

Народ в баре закричал. Касселс задергал меня за руку и заорал:

— Ты видел, нет? Ты видел?

Уильямс сразу же попытался встать, и Ник закричал. Кажется, он из не особого любителя бокса превратился в самого преданного фаната Тайсона. Вот что делают ставки с людьми.

Но Карл не смог подняться и сел обратно. Рефери уже считал.

На счет восемь боксер все-таки встал, тяжело опираясь на канаты. Взгляд у него был абсолютно пустой.

Рефери замахал руками, останавливая бой, и команды боксеров тут же выскочили на ринг. Все принялись поздравлять Тайсона.

Наверное, киношники сейчас бесятся, что заплатили столько за трансляцию, а вместо двенадцатираундового поединка получилось всего девяносто три секунды.

Я к тому времени уже доел сэндвичи, одним глотком допил воду и сказал:

— Поехали за деньгами.

— Ты знал, — проговорил Касселс, посмотрев на меня широкими глазами.

— Знал, — подтвердил я.

— Но как? — не понял он.

— Это не важно.

Он засмеялся — не своей обычной голливудской улыбкой, а по-настоящему широко, даже голову запрокинул.

— Черт возьми, Майк. Черт возьми. Как?

— Я тебе все равно не скажу, Ник. Поехали за деньгами.

Касселс оставил на столе несколько купюр, и мы вышли на улицу. По дороге я смотрел, как люди празднуют. Ну, точнее, кто-то празднует, а кто-то, наоборот, горюет. Но точно я знал то, что сегодня выручка в баре будет очень большая.

Ночной воздух был теплым, жара уже спала. Мы сели в машину и поехали в Даунтаун.

Добрались за двадцать минут. Когда Касселс нажал на кнопку звонка, ответили ему тут же, а потом щелкнул замок — по-видимому, из-за сегодняшнего поединка боссы Семьи Драгна заставили Марко работать до упора.

Мы поднялись по лестнице и прошли через деревянную дверь. Марко сидел за стойкой и разговаривал по телефону. Увидел нас, кивнул — мол, подождите.

Мы встали у стены. Народа было больше, чем в прошлый раз — еще двое мужчин у стойки и третий чуть в стороне. Наверное, тоже пришли выигрыш получать. Так что пришлось подождать.

Минут через пять настала наша очередь, мы подошли, положив обе квитанции на стол.

— Тайсон, — сказал Марко. И это был не вопрос.

— Первый раунд, — кивнул Касселс. — Все как и было.

Марко достал тетрадь, открыл на нужной странице, нашел наши записи, пробежал пальцем по строчкам. Потом нажал несколько кнопок на калькуляторе.

— Так, — сказал он, бросив взгляд на мою квитанцию. — Три тысячи четыреста на плюс двести восемьдесят. Итого девять тысяч пятьсот двадцать плюс тело. Двенадцать тысяч девятьсот двадцать.

Я кивнул. Так оно и было.

— Ник, две тысячи. Итого пять шестьсот плюс тело. Семь шестьсот.

Он поставил меньше, но все равно приподнялся неплохо. Это полторы его зарплаты.