Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 224

Пыльцы тоже меньше, облака осели, теперь из зачищенных участков сочится легкая белесая дымка, а не плюется снопами, как раньше. И вспышки рун на стенах уже не бьют по глазам, мерцают спокойно, ритмично, как сердцебиение отдыхающего человека. Накопители начали принимать на себя избыток Основы, и это именно то, что было нужно.

Дисбаланс частично купирован, говорит система, но конструкция не завершена, для полной стабилизации необходимо завершение несущего контура. Ну что ж, завершение контура – это фронтоны, потолок, крыша и все остальное, что превращает четыре стены с балкой внутри в законченное здание. Пять часов, значит пять часов. Если начнем прямо сейчас и не будем останавливаться, может и успеем. А может и нет, но других вариантов все равно не видно.

Ладно, чего стоять и пялиться на цифры, если можно работать.

Развернулся, подобрал с земли ближайший кирпич и приладил его на раствор. Ничего особенного, просто положил и прижал, как делал это тысячи раз до этого. Вокруг два десятка мужиков, большинство стоят и смотрят, кто на меня, кто на бревно, кто друг на друга, и на лицах у каждого одно и то же немое ожидание. Но я уже позабыл об их присутствии. Есть задача, лазарет надо достроить за пять часов, значит надо выполнять.

– Правда, чего встали‑то? Работаем! – Ольд прикрикнул на замерших работяг и пошел ковыряться с какой‑то заготовкой. – Эй, а ну метнись ко мне! Да стой, не ты, вон тот, длинный! Там разбуди пацанов моих, пусть тащат доски! А то до завтрашнего вечера буду ковыряться!

Длинный метнулся, остальные зашевелились, и площадка ожила. Я уже не обращал на эти крики внимания, просто выкладывал фронтон со стороны печки. Кирпич за кирпичом, ряд за рядом, раствор ложится ровно, руки работают, а голова считает. Фронтон треугольный, каждый следующий ряд короче предыдущего, и чем выше, тем аккуратнее надо подгонять крайние кирпичи, обкалывая их под нужным углом.

Стурм постоял пару минут, молча наблюдая за моей кладкой, потом развернулся и начал выкладывать фронтон с противоположной стороны. Там посложнее, надо еще и трубу печки выводить, но каменщик он толковый и за ним следить нет нужды. Так и пошло, постепенно и без суеты. Принесли лампы, расставили по углам и вдоль стен, несколько факелов воткнули в землю, костры разожгли поблизости. Света набралось достаточно, чтобы видеть швы, а большего и не надо.

– Хрен ли телитесь тут?

Знакомый рык раскатился по площадке, и я только сейчас отвлекся от кладки. Посмотрел в сторону и увидел в свете факелов целую толпу работяг, а впереди, над этой толпой, возвышалась массивная фигура Хорга. Словно скала, вышедшая на прогулку и крайне недовольная тем, что ее потревожили.

– Мне тут сказали, что лазарет надо срочно достраивать! – он подошел и остановился рядом, рассматривая мою кладку.

– Ну да, срочно. – пожал я плечами, – А то до восхода солнца живое дерево превратится в неживое ничего.

– Это я понял, рассказали уже. Вопрос в другом, какого хрена ты меня первым не позвал? – Хорг ткнул пальцем в сторону толпы за его спиной. – Тут вон какая орава бездельников набежала, а к своему мастеру даже не обратился? Это мы с тобой еще обсудим, так и знай, – палец переместился мне под нос. – А сейчас отойди от стены. Так криво класть, как ты, может разве что безрукий одноногий косоглазый болван!

Он вырвал кирпич у меня из рук, повертел, фыркнул и приладил его на место. На самом деле положил ровно так же как и соседний, но сделал это с таким видом, будто это он в принципе придумал класть кирпичи, а раньше такие знания вообще не существовали.

– Все, брысь, не мешай. – отмахнулся он и повернулся к работягам, – Где кирпич? А ну сюда! Да быстрее вы, тупицы!

Площадка наполнилась правильным аккомпанементом, и на моем лице сама собой проявилась улыбка. С Хоргом работа всегда идет динамичнее, потому что когда на тебя орет человек размером с небольшой амбар, руки почему‑то двигаются значительно быстрее, чем обычно. А вот у меня стройка обычно погружена в тишину, орать я не люблю, да и некого, и мужики работают в своем темпе, который не всегда совпадает с необходимым.

Ряды росли один за другим, шума становилось только больше, и все чаще мелькали знакомые лица. Фронтоны закончили буквально за час, в нарушение всех норм и снипов, но нам можно, у нас дёготь в растворе и Основой пропитан каждый сантихорг кладки, так что схватывается моментально. Раствор твердеет буквально на глазах, и к тому времени, как ложится следующий ряд, предыдущий уже держит нагрузку.

Сверху оставили небольшие окошки, будут продухи для проветривания. Правда, стоит в будущем подумать над системой вентиляции, чтобы захватывать воздух без пыльцы. Но это позже, сейчас главное закончить основную конструкцию, а уже когда лазарет заработает и справится с первыми пациентами, тогда спокойно и не спеша продолжать благоустройство.

Стройка росла несмотря на поздний час. Я помогал с кирпичом, подносил, подавал, замешивал раствор, когда мужики не успевали, а когда Хорг окончательно прогнал меня от стен, мотивировав это тем, что от моей кладки у него начинают болеть глаза, пошел заниматься подготовкой жердей и брусьев для обрешетки.

И вот тут обнаружил кое‑что неожиданное, Ольд уже работал не один, а в компании Бьерна. Кровельщик и плотник стояли бок о бок, и судя по всему, давно перестали спорить о том, кто тут главный, оба были заняты делом. Бьерн размечал жерди, Ольд резал доски в размер, подмастерья последнего, заспанные бедолаги, вытащенные из постелей посреди ночи, и не думали возражать. Работали во все руки, только щепки летели во все стороны.

Бьерн‑то как сюда вообще прибился? Ну да ладно, видимо, захотел просто помочь, а может и не просто, может кровельщик почуял, что дело серьезное, и решил, что репутация дороже сна.

А я метался от одних к другим, там раствор Основой напитаю, тут проверю, как выстраивается внутри кладки система накопителей. Кирпич кладут, проходит всего несколько секунд, и вот руна на нем уже начинает едва заметно светиться мерным светом.

Правда, не на каждом кирпиче руна, конечно, но как минимум на двух из трех точно есть, и многие из них подключаются практически сразу, едва стоит оказаться в кладке. Это значит, что несущий контур достраивается, и новый кирпич с рабочим накопителем расширяет сеть, делая ее плотнее и устойчивее.

Даже не заметил, как пролетело время. Везде люди, мужики с суровыми лицами делают свое дело, и никто не жалуется, хотя на дворе глубокая ночь и нормальные люди давно должны спать. Но сна ни в одном глазу, словно каждого распирает от переизбытка энергии. Интересно даже, может виной всему эта белесая пыльца? Вся стройка как в тумане от нее, пылинки оседают на коже, едва заметно искрятся и проникают внутрь.

Вскоре встал коньковый брус, от него потянулась вниз стропильная система, обрешетка. Внутри тем временем во всю шла работа над потолком. Пока черновой, конечно, но все равно все прочно и рассчитано на долгие годы. В живое дерево вгонять гвозди это не просто преступление, а какой‑то особый вид терроризма, не иначе, потому Ольду пришлось постараться и выточить доски прямо по месту.

Ну и придумать хитроумные крепления, от которых у любого плотника зачесались бы руки, потому что на бревне доски просто лежали, удерживаемые собственным весом и пазами, а крепились за кирпичные стенки. Потом будем продумывать утепление между этажами, хотя, возможно, наглухо забивать щели и не стоит. Пыльца должна подниматься наверх, иначе второй этаж останется совсем без лечебного эффекта.

Параллельно подмастерья занимались установкой лестницы. Неудобная, вертикальная, но все для экономии пространства на первом этаже. Может, потом и вовсе придумаем пристройку с отдельным входом, но пока так. Второй этаж у нас просто как возможность для будущего благоустройства, когда руки дойдут и время позволит.

Ну и утепление… Завис на пару секунд, разглядывая потолочные доски. Хотел ведь бересту со мхом, но бересту по идее надо крепить уже сейчас, пока доступ есть, а ее нет. Можно потом, допустимо, но береста недостаточно мягкая, не пленка. Да и если делать, то по уму. А так останутся зазоры, мох все равно будет мокнуть от конденсата, ну и все это будет напрасно.