Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 197

– Рад слышать, – я не удержался от усмешки. Видимо, или сами подсмотрели у меня конструкцию, или может Сурик научил. Ко мне‑то стеснялись подойти, хотя зря, я бы поделился технологией совершенно бесплатно. – А ты, смотрю, от реки до кирпича дослужился?

– Так а чего делать‑то? Рыба в реке подождет, а вот стена ждать не будет, – Герт ухватил очередное ведро и поволок наверх, не переставая бубнить что‑то о том, что вот бы на стройке еще и бормотуху можно было пить.

Нирт проводил его взглядом, медленно повернул голову ко мне и процедил:

– Ты его не слушай. Он и на рыбалке не затыкался. Думаешь, рыба от его голоса не разбегалась?

– Тогда понятно, почему мои верши лучше ловили. – пожал я плечами.

Нирт фыркнул, и я мог бы поклясться, что на секунду его вечно кислое лицо стало чуть менее кислым. Впрочем, это мог быть просто солнечный блик.

Ну а дальше вернулся к строительству лазарета. Хоть разорвись, хоть лопни, но все это необходимо возвести в кратчайшие сроки. Сконцентрироваться на чем‑то одном не выходит, приходится метаться между башнями, лазаретом, обжиговым участком, и каждый раз, когда переключаешься, теряешь минут десять на то, чтобы вспомнить, на чем остановился. Увы, деваться некуда, слишком много работы на одного человека с двумя руками и одной головой.

Собственно, до самого вечера занимался подпольным отоплением. Опалубку с фундамента окончательно сняли, замазали пеком бетон, засыпали землей, и я смог закончить укладку кирпича. Как и планировал, в основании кирпич плашмя, грубо говоря ровный пол, потом прослойка кирпича на ребро с максимально возможными зазорами между каждым из них, и поверх еще одно полотно. Получилась полость, через которую пойдет горячий воздух от топки, равномерно прогревая пол по всей площади. Эту полость соединил с трубой. Предварительно освободил ее от соломы и хорошенько зачистил от наплывов бетона, все же просочившихся внутрь.

Разумеется, на каждом этапе вычищал все лишнее с кладки. Внутри дымоход обязательно должен быть максимально гладким, и пусть постоянно вылезают какие‑то кочки, падают и налипают капли раствора, очень важно все это своевременно счищать.

Проще всего убирать наплывы, когда они уже начинают подсыхать. В таком состоянии они еще не прилипают намертво, но и не растекаются, и все еще остаются хрупкими. Ткнул ногтем, отковырнул, смахнул, и чисто.

Почему так важно, чтобы дымоход был гладким? Все просто, чтобы саже было не за что цепляться. Пусть летит себе без лишних препятствий, проходит под полом, дальше в трубу и оттуда в небо. Небо большое, ему эта сажа ни по чем, а вот нам потом вычищать неохота.

Несколько раз заглядывал любопытный Рект, пару раз приводил Уля, чтобы тот посмотрел на те или иные тонкости дымохода. Честно говоря, для меня это тоже первый опыт кладки именно такого дымохода, но я хотя бы теоретически понимаю, как должно быть. Да и будет оно работать, уверен. Инженерная часть обсчитана, сечение каналов подобрано, уклон есть, тяга будет.

В итоге только ближе к темноте встали последние кирпичи, и я с удовлетворением осмотрел результат. Всё это было сделано не в одиночку, конечно, под моим руководством еще двое мужиков клали кирпич и четверо помогали, но все равно есть чему порадоваться, а внутри так и горит Основа.

– Ну что, теперь ждем, когда встанет глина, – кивнул работягам. – Завтра будем лить пол! И сделаем так, что в этом полу можно будет увидеть свое отражение!

– Ага, как же, отражение, – хохотнул кто‑то. – Скажешь тоже!

– Ну ладно, отражение не увидим, но будет гладко, – согласился я. – Вы такой пол точно не видели никогда.

– Ну что ж, хорошо, если так, – рассмеялся другой. – Сейчас всему научимся, и потом городские будут сюда приходить, просить им что‑нибудь построить!

– Была охотничья деревушка, станет строительной, – подхватил третий.

Мужики посмеялись, а вот я лишь улыбнулся. Они еще не понимают, что по всем признакам эта деревня уже становится городом? Когда все это закончится, тут будут прочные стены, возможно водоснабжение, но главное, промышленность со строго отведенной под это промзоной у реки. Впрочем, загадывать далеко пока рановато, сначала бы до конца недели дожить.

Мужики пошли отдыхать, они сегодня действительно хорошо поработали. А я закинул в рот подсохшую лепешку, хлебнул воды и уселся у фундамента топки.

Тут вообще ничего сложного, просто клади кирпич спокойно, а периодически прогоняй по раствору Основу. Взял первый, положил, обстучал и проверил уровень. Фундамент чуть с перекосом встал, около сантиметра от дальнего угла к ближнему. Ничего страшного, дальше перекос не пойдет, а этот легко выправится за пару рядов.

Ладно, приступим. Убрал кирпич, взял горшочек, пучок соломы и щедро обмазал подсохший фундмент толстым слоем пека. Гидроизоляция здесь важна, все‑таки будут регулярные перепады температур, влага полезет, и со временем моя кладка обратится в пыль. Пек потом подсхонет, вытечь из‑под печки не должен, так что теперь можно не переживать. Сверху налил глиняный раствор, взял кирпич, приладил. Затем следующий, после него еще один… Процесс потек сам, без насилия, а на лице застыла глупая, но довольная улыбка.

Уровень бы, конечно, чуть поудобнее чем отвес, вот было бы здорово. Стекла пока нет, и настоящий пузырьковый уровень сделать без него сложно. Приходится как обычно, при помощи наполненной до краев миски. Положил первый ряд, основание, все проверил и положил еще один сплошной.

Вот тут уже начинаем формировать саму топку, и мелькнула мысль оформить ее кирпичом из бурой глины. Но это не горн, топить сильно ни к чему даже зимой, так что и обычный подойдет. Так‑то если слишком увлекаться, можно и усилить топку, добавить меха, и жарить так, чтобы только пятки пациентов шкворчали, но задача‑то у нас другая лечить их, а не жарить. Так что начал выкладывать первый ряд топки, подгоняя каждый кирпич по месту, и больше ни о чем не переживал.

Дома остывает кирпич для уже завтрашнего, ну или вечернего ремонта башни и новых экспериментов. Плюс где‑то в углу лежат рога зубра, которые еще предстоит изучить поподробнее…

– Рей, а ты чего сидишь? – окликнул кто‑то с улицы. – Там староста общее собрание объявил! Иди хоть послушай! Говорят, что‑то важное хочет сообщить!

Поднял голову и посмотрел на мужика у ограды. Руки в глине, колени в песке, во рту лепешка, и меня зовут на собрание. Ну конечно, именно сейчас, когда первый ряд топки только начал ложиться.

Вздохнул, отложил кирпич, обтер ладони о траву и поднялся. Собрание так собрание, староста просто так людей не собирает, а после вчерашнего нападения наверняка есть о чем поговорить.

До дома старосты дошел минут за пять, и уже на подходе понял, что пришел далеко не первым. Народу на площади набилось столько, что протолкнуться к крыльцу не получилось бы, даже если очень захотеть. Деревенские стояли вперемешку с беженцами, кто‑то сидел прямо на земле, привалившись к забору, кто‑то негромко переговаривался, кто‑то просто молча смотрел по сторонам и пытался понять, зачем всех сюда созвали.

У крыльца стояли четверо гвардейцев Кральда, в доспехах и при оружии, и этого хватало, чтобы толпа держалась на расстоянии. Дверь дома была закрыта, и за ней, судя по всему, сидели и староста, и Кральд, хотя снаружи этого не видно, только гвардейцы смотрели ровно перед собой.

Шум стоял изрядный, бабы причитали, мужики гудели, где‑то заплакал ребенок, и какой‑то старик громко выяснял у соседа, зачем он встал ему на ногу. Обычная деревенская суматоха, только масштабом побольше и настроением похуже.

Огляделся, выискивая знакомые лица в толпе. Борна заметил почти сразу, тот стоял чуть в стороне и хмурился так, будто ему задолжали и не собираются отдавать.

– А чего нас всех собрали тут? – протиснулся поближе к нему.

– Да видать из‑за нападения этого, – Борн пожал плечами. – Не знаю, какие‑то важные новости сообщить хочет, наверное.

Помолчал пару мгновений, и лицо у него резко потемнело.