Выжить у лорда – полдела. Соблазнить его – вот план (СИ) - Ноктурн Элис - Страница 3

— Призрачный шёлк, — автоматически ответил Морван, подойдя ближе. — Его ткут пауки-шелкопряды в Восточных пещерах из минеральных нитей и… эфирной субстанции.

— Ткань с автономной подсветкой, — перевела я на свой язык, аккуратно касаясь ткани кончиком пальца. Она была прохладной и удивительно приятной на ощупь. — Роскошь, элитная одежда, интерьерный текстиль. Один плащ из такого материала будет стоить как небольшое поместье. А пауки-шелкопряды — они договороспособны? Или как с грибами — сами по себе?

Морван прислонился к полке, скрестив руки на груди. Теперь он наблюдал за мной с выражением человека, который смотрит очень странный, но завораживающий спектакль.

— Они исполняют ритуальные гимны тьме на шести голосах и требуют в качестве платы за работу кристаллы сновидений, которые образуются только в Гроте Спящих Сталагмитов. В общем, не самые простые партнёры.

— Но диалог возможен? — не отступала я, делая пометки на дощечке. — Значит, можно выстроить логистическую цепочку: кристаллы — шёлк — готовая продукция. А что это за звук? Шум воды?

Я навострила уши. Где-то вдалеке, сквозь толщу камня, действительно доносился глухой, но мощный рокот.

— Горячий источник, — сказал Морван, и в его голосе впервые прозвучала тень чего-то, кроме скуки или раздражения. Почти… гордость. — Озеро расплавленного обсидиана, над которым бьют термальные ключи. Создаёт постоянный пар и поддерживает… нужный уровень влажности.

— Спа-комплекс, — выдохнула я, и глаза у меня загорелись. — Лечебные термы, естественная сауна! Элитный отдых! Лорд Морван, да у вас здесь не царство тьмы, а золотая жила на ножках! Или, простите, на корнях!

Он оттолкнулся от полки и внезапно заслонил мне путь. Его лицо снова стало серьёзным, почти суровым.

— Хватит. Прекрати этот… словесный понос. Ты не понимаешь, где находишься. Это не твоя ферма. Эти «ресурсы», как ты их называешь, — часть древнего, хрупкого баланса. Тыквы можно скрещивать, а магическую экосистему — нет.

— А кто говорил про скрещивание? — парировала я, не опуская дощечки. — Я говорю про разумное использование. Смотри. — Я показала ему свои каракули. — Вот грибы. Сбор, сортировка, упаковка. Светонепроницаемые ящики. Вот шёлк. Налаживаем контакт с пауками, нанимаем или договариваемся. Вот термы. Обслуживание, безопасность, реклама… ну, или слухи в нужных кругах. Каналы сбыта — верхний мир. Столица, маги, аристократия, богатые купцы.

Я отломила ещё кусок хлеба и, жевая, уставилась на него в ожидании ответа.

Он смотрел на мою дощечку, потом на меня. В его усталых глазах бушевала настоящая буря. Вековые привычки, снобизм вечного существа, охранительный инстинкт хозяина этих мест — и дикое, неудержимое любопытство к этому вихрю в балахоне, который ворвался в его застойное существование.

— Ты безумна, — произнёс он наконец, и в его голосе снова зазвучала сталь. — Абсолютно. Верхний мир боится этого места. Они присылают жертв, чтобы откупиться. Они ни за что не станут торговать с «царством тьмы». Это противоречит всей их… их моральной архитектуре.

Меня будто холодной водой окатили. Но не его словами — в них была правда. Глупая, предрассудочная, но правда. Энтузиазм во мне на миг поугас. Я опустила дощечку.

— Значит, они просто глупы, — тихо сказала я. — И вы тоже.

— Что? — в его голосе прозвучало опасное спокойствие.

— Вы сидите здесь, среди всего этого… этого богатства, и просто скучаете. Вы называете это вечным покоем? Я называю это расточительством. Вы могли бы иметь всё, что пожелаете. Вам могли бы служить не из страха, а из уважения к силе и щедрости. А вы… вы просто гниёте в своей меланхолии, как старый пень.

Я резко развернулась и направилась прочь от стола, туда, где терялся в темноте один из проходов. Не зная, куда иду. Просто чтобы двигаться.

— Куда ты? — его голос настиг меня. В нём не было гнева. Было что-то другое.

— Искать выход, — бросила я через плечо, не оборачиваясь. — Если вы не хотите ничего менять, то мне тут делать нечего. Отправьте меня обратно в виде горстки пепла, раз уж таковы правила. Или оставьте гнить в какой-нибудь камере. Но участвовать в этом вечном самоубийстве я не буду. У меня есть бизнес-план, и мне нужно его реализовывать. Хоть наверху, хоть где.

Я сделала ещё несколько шагов в почти полную темноту. Сердце колотилось, но это был гнев, а не страх. Гнев от осознания колоссальной, дурацкой несправедливости.

Внезапно, прямо передо мной, из ничего сгустилась и материализовалась стена. Не каменная. Теневая. Плотная, непроницаемая, холодная. Я чуть не врезалась в неё носом.

За моей спиной раздались медленные, чёткие шаги.

— Подожди, — сказал Морван.

Я обернулась. Он стоял в нескольких шагах, и теперь его лицо было освещено только снизу, мерцающим светом грибов. Оно казалось вырезанным из самого мрака — строгое, загадочное, прекрасное.

— Твой план, — начал он, и слова давались ему будто с трудом. — Этот… экспорт. Ты говоришь о торговле с верхним миром. — Он сделал паузу, и в этой паузе повисло что-то важное. — А кто, собственно, будет с ними… торговаться? Лично? Перевозить грузы? Вести переговоры с теми, кто видит в тебе лишь очередную поглощённую душу? Или с теми, кто захочет эту душу… и всё остальное… просто отнять?

Его вопрос повис в воздухе, холодный и острый, как сталактит. Это был не отказ. Это был вызов. И в нём сквозила первая, едва уловимая тень… заинтересованности.

Я медленно подняла голову и встретилась с его взглядом.

— А разве у Повелителя Теней, — сказала я тихо, — нет для таких дел… своего представителя? Хотя бы одного?

Уголок его губ дрогнул. Не улыбка. Ещё нет. Но трещина в монолите.

Глава 3 Трон из паутины и другие катастрофы

Глава 3 Трон из паутины и другие катастрофы

— Интерьер убивает любой бизнес, — заявила я на следующее утро, или что здесь сходило за утро — по мерцанию грибов. Я снимала пластами пыль и паутину с массивного канделябра, стоявшего в углу. — Здесь нужен ребрендинг. Клиенту должно быть приятно находиться в офисе. Да и вам, наверное, надоело смотреть на этот… вековой саван.

Морван, сидевший за столом и с видом глубокого скепсиса изучавший мои вчерашние каракули на дощечке, лишь поднял бровь.

— «Офис», — повторил он, растягивая слово, будто пробуя на вкус нечто экзотическое и несъедобное. — И кто, простите, будет нашим «клиентом»? Призраки с хорошим вкусом? Троглодиты-эстеты?

— Для начала — я, — парировала я, отряхивая руки. Пыль легла серебристым слоем на пол. — Я ваш первый и самый важный клиент. Инвестор, если хотите. И моё первое впечатление — оно ниже плинтуса. Вернее, ниже этого каменного пола, который тоже не мешало бы вымыть.

Я оглядела главный зал, который Морван с горькой иронией называл «Залом Вечной Неспешности». Высокие своды, прекрасные сияющие грибы на стенах… и полный бардак. Книги лежали грудами, странные артефакты пылились на полках, паутина висела не только в углах, но и между спинками стульев, словно пытаясь скрепить всю эту безмятежную запущенность в единое целое. И в центре всего этого, на невысоком каменном возвышении, стоял Трон.

Он был вырезан из цельного куска чёрного, похожего на обсидиан камня, но не глянцевого, а матового, будто вобравшего в себя весь свет. Спинка его была высокой и ажурной, напоминающей сплетённые корни древних деревьев или застывшие струи дыма. На нём не было ни пыли, ни паутины. Он просто был — холодный, немой и абсолютно доминирующий. Символ власти, которую предпочитали не использовать.

— Это вот, — указала я на трон, — отправляет не те сигналы. Слишком… грозно. Отталкивает. Надо бы его как-то… смягчить.

— Ты сейчас предлагаешь «смягчить» древний артефакт, пропитанный магией сотен поколений Повелителей Теней? — спросил Морван с плохо скрываемым сарказмом. Но он отложил дощечку и наблюдал за мной с возрастающим, похожим на научный, интересом. Как за редким видом гриба, который внезапно начал двигаться и высказывать идеи.