Хранитель талисманов 2 (СИ) - Давыдова Юлия Викторовна - Страница 28

Уже через несколько минут охотники отодвинули тьму за домами линиями фонарей, а Хонт, вернувшийся за капканами, посмотрел на хранителя. Никита переходил от одного раненого к другому и не осознавал, что шепчет вслух:

— Святые духи, что я наделал?

За своим поиском он не осознал всех угроз. Он шёл на пустую землю, но нашёл здесь народ. И не задумался о том, что опасность, идущая за ним по пятам, найдёт этих людей.

— Тьма всегда идёт за светом, — словно заклинание повторял Велехов услышанные слова, — я привёл её за собой.

Люди поражённо смотрели на то, как затягиваются самые глубокие раны под ладонями хранителя, и человек, едва дышавший секунду назад, открывает глаза.

Но магия заживления отбирала силы Никиты. Его собственные раны нещадно кровили, а он никому не позволил себя перевязать, боясь потерять ценные секунды, пока ещё можно спасти чью-то жизнь, поймать её на последнем вдохе. Велехов не подпустил к себе женщин, отправил их помогать раненым и продолжил сам. Но в какой-то момент, на очередном шаге он покачнулся и опустился на колени. Сознание померкло.

— Остановись, — раздалось над головой.

Никита, тяжело дыша взглянул на Хонта. Молодой охотник встал рядом с ним на колени и подставил плечо для опоры.

— Остановись, хранитель, — повторил он. — Остались неопасные раны, мы справимся.

Велехов ещё мгновения смотрел на него и всё равно попытался встать. Ведь он не закончил. Но Хонт удержал хранителя на месте, сначала сам, а потом ему помогли — подошли другие охотники. Никите больше не позволили подняться.

Он потерял сознание, едва его уложили на землю, и уже не чувствовал, как женщины промывают его раны и закрывают их тканью. Боль растворилась в пустой тьме.

На рассвете, с первым лучом солнца Хонт разбудил хранителя. Взволнованный парень растормошил Никиту со словами:

— Ещё оборотни! Но что-то не так…

Велехов сразу поднялся, едва устояв на ногах:

— Что не так?

По дороге, ведущей из центра города, двигались три знакомые фигуры. Охотники ждали их, и оборотни, видя людей с оружием на площади впереди, шагали медленно. Никита кивнул Хонту:

— Свои.

Друзья, подойдя, поприветствовали Велехова минутой молчания. Количество крови на камнях и сваленные друг на друга тела чёрных волков, из которых готовились делать костёр, говорили о событиях минувшей ночи сами за себя.

Рир оглядел Никиту. Сквозь повязку на нём сочилась кровь, раны не зажили, и оборотни понимали почему.

— Когда миновали границу Вулавала? — мрачно спросил Велехов.

— Ночью, — ответил Рир.

— Они пришли раньше.

— Никита, прости… — тихо произнёс Рир.

Велехов зарычал:

— Едва я снял щит, как оборотни Таркора оказались здесь. Они всегда успевают!

Рир замер, сведя брови. Димка и Лютик тоже пропустили вдох, поняв, что скажет им хранитель.

— Я позвал вас вчера утром! Без вас здесь не было шан… — Велехов внезапно замолк на полуслове.

Пронзительный взгляд Рира сказал слишком много. Один раз! Один раз они не успели на помощь, и только потому, что он сам не взял их с собой! Сам поверил в то, что справится со всем один. Без охраны. Без помощи. Без друзей. Он не разрешил им сопровождать его ни минуты. И сейчас, когда только он виноват в смерти людей, его слова — всего лишь попытка свалить вину на них!

Никита не поднял руку, чтобы защититься от удара. Рир врезал ему со всей любовью. Даже Таркор в своё время так не бил. Велехов сглотнул кровь и стоял тяжело дыша.

В полной тишине люди с удивлением наблюдали за происходящим. Рир смотрел на Никиту с гневом. Ведь он ему говорил именно об этом — что нельзя идти одному. И не из-за опасения за свою жизнь, а потому, что всё может случиться так, как случилось.

Димка молча покачал головой, и Лютик, оглядевшись вокруг ещё раз, без слов опустил голову. Без них тут и правда шансов не было.

— Прости, — едва смог прошептать Никита онемевшими губами. — Простите…

Рир сделал глубокий вдох. Гнев-то был мгновением, а теперь тоже стало больно. Могли бы беду предотвратить, а не успели.

— Это моя вина, — шептал Велехов. — До последней капли крови здесь… Простите меня.

— Это не нам, хранитель, — тяжело вздохнул Рир, — это людям говори.

В наступившей тишине раздался тихий голос Хелеи:

— Не твоя вина.

Велехов стоял ещё мгновение, набираясь мужества, и повернулся. Жители селения снова собирались вокруг него. Хелея, бледная и уставшая от выплаканных за ночь слёз, пришла вместе с другими. Никита ждал обвинительных взглядов, люди имели на это полное право, сегодня они потеряли близких.

— Я должен был защитить вас, — произнёс он. — Я знал об опасностях по ту сторону…

Велехов не смог продолжить, голос пропал в пересохшем горле.

— Ты говорил, — внезапно ответил на это Хонт, — я помню. Ты сказал: опасности те же, а мы давно не защищались. Ты был прав.

Молодой охотник взглянул на остальных. Многие слышали те слова. И этой ночью увидели, о чём говорил им хранитель. Видели и то, как он убил тех монстров, которые пришли за ним. С яростью и силой, которой никто не представлял. А после этого своими руками вернул каждую жизнь, что теплилась хоть немного.

Люди молчали, глядя на Никиту, который смотрел им в глаза с болью, чувствуя каждую их потерю, как свою.

— Я сделаю всё, чтобы это не повторилось, — произнёс он. — Если поверите мне.

Велехов хотел этого всем сердцем.

Люди молчали, но Хонт, глядя на хранителя, внезапно сказал:

— Ты говорил, что мы не похожи на народ Вулавала.

— Я не… — и снова Никита не смог продолжить.

Он не хотел причинить обиды, говоря те слова, это было лишь его удивление.

— Теперь я скажу тебе, хранитель, — в голосе молодого охотника появилась твёрдость его отца. — Мы — народ Вулавала, хочешь ты того или нет. Только мы здесь и есть. Быть правителем этой земли — твоё право, даже без нас. Но если и ты поверишь нам, то мы все скажем тебе: эта земля — наш дом, и мы готовы её защищать.

Велехов стоял, тяжело дыша и едва веря тому, что слышит. Но Хонт оглянулся на людей, и они ответили, утвердительно опуская головы и подтверждая его слова. Молодой охотник обернулся к Никите:

— Мы много лет ждали, когда падёт стена и мир откроется нам, но успели забыть, что наши предки пришли сюда, спасаясь от опасностей. А теперь, когда ты здесь, нам пора вспомнить, на чьей мы стороне. Мы готовы, хранитель. Мы на твоей стороне.

Охотники опустили головы в низком поклоне. А когда подняли, Велехов оглядел все лица и заглянул во все глаза. Ни тени сомнения. После этой ночи они верили ему.

Горький ком провалился в горло Никиты и он поклонился людям в ответ:

— Я никогда больше вас не подведу.

С погибшими простились. Ещё не догорели тела оборотней, как запылали похоронные костры. Но Рир не мог ждать, и пока ещё горел огонь, подошёл к Никите и отозвал его в сторону.

— Тебе пора в Алавию, — сказал оборотень.

— Я не могу уйти, — ответил на это Велехов.

— Ты сейчас нужнее в столице, — настоял Рир. — Мы здесь можем заменить тебя.

— Ради праздничных торжеств покинуть Вулавал? — невесело усмехнулся Никита. — Нет.

— Не ради торжеств… — оборотень замолк на мгновение, не зная как продолжить. — Мы задержались потому, что Иван получил послание от Гиневы. Для тебя.

После этих слов сердце Велехова ударило громче от плохого предчувствия.

— Что за послание? — спросил он.

— Арнаву и талисманы украли из храма-усыпальницы, — Рир подумал, что мягче это не сказать и выдал как есть.

Никите показалось, что он просто не так расслышал:

— Украли? Украли берегиню из храма?

— Да, — коротко подтвердил Рир.

Велехов ещё стоял не дыша, но в том, что знает, кто это сделал уже не сомневался. Поэтому с гневом и страхом он совладал быстро. В окружении талисманов Арнаве невозможно причинить вред, а сами талисманы Таркору использовать не удастся. Несмотря на все его таланты магией берегинь он не владеет. И зачем ему сдалась такая сила, которую всё равно не применить, надо будет спросить у него лично. Давно пора изловить гада.