Хранитель талисманов (СИ) - Давыдова Юлия Викторовна - Страница 16

— Ты! — радостно зарычал Аликан. — На куски!

Оборотни ринулись на свою добычу, только накрыть не успели. С обеих сторон вылетели волки Рилевы, и все сцепились в неравном бою. Здесь у оборотней Навии шансов не было. Аликан всё же прыгнул к Риру, но мощный волк с красными прядями шерсти ринулся на него из центра схватки и, ударив в бок, почти переломил надвое.

— Лютик… — Рир оседал на землю и окончание боя уже не увидел.

Только понял, что всё кончено, потому что стих рёв и сквозь пелену, застилающую сознание, пробился голос Лютика:

— Доложите князю: Рир сильно ранен, ждём у ручья Линот. А где парень, кстати?

Зашуршали раздвигаемые ветки кустов, и следом раздалось:

— Ох, ничего себе!

— Я на минуту… — прошептал Рир, теряя сознание. — Он хранитель. Не спускайте глаз…

Глава 2

Где-то в вышине над головой шумела листва. Рядом тихо разговаривали, и слышался плеск воды. Велехов открыл глаза. Темнота ночи странно светилась изнутри, блеск росы на траве будто переливался искрами.

Возле большого ручья расположилось несколько волков. Четверо всматривались в прозрачную тьму, остальные отбивались от ночных бабочек. Рир, Димка и ещё один волк сидели чуть поодаль от остальных.

Никита пошевелился, и у него возникло необычное чувство. Пальцы стали короткими, словно рука сжалась в кулак, и он шевелил ими в таком загнутом положении. Велехов перевёл взгляд на свои руки и… замер, увидев вместо них волчьи лапы в белой густой шерсти. Он стремительно вскочил и покачнулся, пытаясь устоять на земле.

Взгляды волков устремились к Никите, и посмотрев на всех в ответ, он насторожился. Оборотни будто… были удивлены, рассматривали его внимательно и с недоверием.

Рир подошёл к белому волку и покачал головой:

— Вот уж не думал, что когда-нибудь такое увижу.

Велехов осознавал его голос в своей голове ещё мгновение. Волк не открывал рта, они общались телепатически. И это было настолько естественно, словно слышать реальную речь, сказанную вслух. Но что интереснее всего, когда к ним подошёл ещё один оборотень, Никита без проблем понял, кто это.

— Ой, — вырвалось у него.

— Удивлён? — засмеялась Дарья.

В памяти Никиты мгновенно возникла рослая черноволосая женщина, которую он видел в доме Ивана, но сейчас это была большая чёрная волчица.

— Здравствуй, Дарья, — улыбнулся Велехов, — какая ты… красавица.

Волчица поманила его лапой к источнику:

— Посмотри лучше на себя.

Никита шагнул за ней и заглянул в воду. Он, конечно, ожидал это увидеть, но, когда водяное зеркало показало волчью морду, стало не по себе. Только в отличие от остальных его шерсть была белой, а глаза оказались ярко-голубыми.

— Вы сами целы? — спросил Велехов, отворачиваясь от своего отражения.

Рир кивнул:

— Для нас раны не страшны. Два часа покоя после битвы — и всё коркой закроется.

Дарья, окинув его взглядом, громко фыркнула:

— Вот ты сейчас одна сплошная корка и есть. Как доберёмся домой, пойдёшь к целителям. Без отговорок.

— Да, командир, — Рир сделал поклон.

Серьёзно, без всяких шуток.

— Командир? — Никита вопросительно взглянул на Дарью.

Та опустила голову в утвердительном жесте:

— Я Дарья Черноснежная. Глава всех кланов оборотней, что служат князю Рилевы. Риран и Димка мои родные племянники.

Из леса внезапно выпрыгнул ещё один волк, с яркими красными прядями на чёрной шерсти, и Велехов почувствовал новое объединение сознаний.

Это было потрясающе. Телепатическая связь устанавливалась, следуя за зрением и слухом. Видишь объект — говоришь с ним. Вернее, говоришь со всеми, кого видишь. Всё равно что просто говорить обычной речью. Все тебя слышат, и ты слышишь всех.

— С пробуждением! — весело поприветствовал оборотень. — Как ощущения?

— Непривычно, — ответил Никита.

— Это временно, — засмеялся оборотень. — Рад знакомству, хранитель, я Лютик. То есть Лютый Багряный. Но все Лютиком зовут.

— Ясно, — улыбнулся Никита.

Часовые вдруг поднялись.

— Кто-то приближается, — произнёс один из оборотней.

Топот копыт завибрировал в воздухе. Ветер принёс запахи, вроде бы знакомые: лошади, железо, люди и… Иван.

Велехов сам удивился, как он различил его среди других. Волки уже не волновались — приближались свои. На ветки опустились соколы, и меж деревьев появились всадники. Первым на поляну въехал сам Рилевский, и Никиту сильно удивил его внешний вид. На Иване была кольчуга и сапоги, обшитые металлическими пластинами, на поясе в ножнах меч. Он остановился рядом с белым волком и выдохнул с явным облегчением:

— Живой. Слава святым духам…

Один их прибывших спешился и подошёл к Никите. Внешний вид этого существа мог бы сразить любого. Голову венчали витиеватые рога, на плечах лежали гладкие светло-коричневые волосы; необычный нос, похожий на олений, и тёмные губы завершали облик. Заметив замешательство белого волка, он улыбнулся:

— Меня зовут Фаровль. Разреши тебя осмотреть. Я целитель, вроде вашего доктора.

Велехов не понял, зачем ему врач, но согласился, и Фаровль сел рядом с ним на корточки. Остальные всадники тоже спрыгнули с лошадей. Люди, одетые в кольчуги, с мечами в поясных ножнах и боевыми топорами за спинами, собрались вокруг Ивана, пока целитель осматривал белого волка.

— Десять групп прочёсывают лес. Путь безопасен настолько, насколько это вообще возможно сделать нашими силами, — говорил Рилевский Дарье, которая обратилась человеком и теперь стояла рядом с ним, одетая в такую же чёрную сетку, как и остальные оборотни.

Никита невольно засмотрелся на её фигуру. Мышц у Дарьи было не меньше, чем у мужчин, а тело расписано символами от щеки до бедра.

Женщина, понизив голос, тихо спросила Ивана:

— А что скажет нам хранитель? Захочет он подвергаться такому риску?

— Чтобы сохранить ему жизнь, нужно доставить его в Рилеву, — в полной уверенности ответил Рилевский. — Так что, если будет возражать — повезём силой.

Велехов невольно усмехнулся, услышав это.

— Ну, может, силой и не придётся, — громко заметил он. — В чём опасность?

Иван серьёзно взглянул на племянника:

— Скажу так: то, что ты несёшь в своём теле — великая ценность. И все твари, служащие повелителю Навии, будут охотиться за ней со страшной силой.

— Что такое Навия? — спросил Никита.

— Тёмная земля. Наш враг, — сказал Рилевский и, подумав, добавил: — Мы сообщим о тебе верховному совету берегинь, дождёмся его решения, а потом я лично отвезу тебя домой.

— Но а пока… — подтолкнул его мысль Велехов.

— Но а пока побудешь у меня в гостях, — закончил Иван.

Фаровль поднялся с корточек и, взглянув на Рилевского, произнёс:

— В целом всё в порядке.

Если бы Никита видел взгляд целителя, он бы усомнился в том, что всё действительно в порядке, но он не видел, думая, что же ему следует делать. Новое состояние было странным, непривычным, но оно… нравилось и опьяняло, притупляя чувства тревоги и опасности, растворяя остатки боли от перерождения. Мысли не складывались, разрываемые множеством вопросов, и всё же один чётко вырисовывался сквозь остальные.

— Я хочу увидеть кое-кого, — произнёс Велехов. — Иван, это возможно?

Тот покачал головой:

— Не знаю. Она далеко.

— Насколько?

— Твоё решение? — вместо ответа спросил Рилевский. — Времени у нас немного.

— Разве я могу тебе отказать? — усмехнулся Никита.

Вспышка озарила тёмное небо, и круг из висящих в воздухе альтановых сфер пришёл в движение. Сурваки отбежали от него подальше. Светящийся тоннель пронзил пространство, и внедорожник, миновав портал, с крутым заносом остановился на площади.

Таркор вышел из машины, сильно хлопнув дверцей. Чёрные облака в небе над городом скручивались в спирали, но даже они не могли сравниться по мрачности с лицом оборотня. Старший сурвак, сунувшись было к нему с вопросом, благоразумно промолчал.