(Не)спящая красавица или Ох уж эти сказки! (СИ) - Кравцова Катерина - Страница 14

— Ой, сударыня, куда это мы заехали?

— Да уж заехали, — со вздохом откликнулась я. — Тебе бабка твоя ничего про сидов не рассказывала?

Щеки девушки побелели, ладошка прикрыла рот. Горничная смотрела на меня в ужасе.

— Нешто и с Добрыми соседушками свидеться довелось? — еле выговорила она.

Я уныло кивнула. И с чувством полного, отвратительного бессилия проследила за тем, как Морис спешивается, идет к сидской женщине и склоняется перед ней в глубоком, почтительном поклоне.

Все истории о мужчинах, покоренных красотой волшебных, вечно юных созданий, и оставшихся под холмами навсегда, разом всплыли в моей голове. Наша история усложнялась прямо на глазах. Теперь, прежде чем спасать заклятого графа, мне надо было вызволить из цепких рук фейри целую ораву котиков.

— Вылезаем, — скомандовала я и толкнула дверцу кареты.

Жакетта что-то горестно забормотала мне в спину, но, судя по звукам, полезла следом.

Пока мы шли ко входу во владения сидов, я лихорадочно перебирала способы миновать их гостеприимство. И по всему выходило, что способа такого в нашем распоряжении нет. Фамильяр тоже молчал, а значит, и он не мог ничем мне помочь.

— Послушайте-ка, мадемуазель, что он говорит! — вдруг в изумлении зашептала Жакетта. — Что же это, выходит, они между собою знакомство водят? Никак не пойму!

Я вынырнула из своих печальных рассуждений и прислушалась. И услышала, в самом деле, совсем не то, чего ожидала.

— Приветствую вас, прекраснейшая госпожа Орианна! — без всяких признаков помороченности вежливо вещал котик. — Надеюсь, и что сами вы, и ваши родные, и ваш двор счастливы и благополучны под кровом ваших холмов. Мой дед, Жиль Вилларе, поручил мне передать вам его дружеский привет и наилучшие пожелания, если судьбе будет угодно свести нас.

— Дружеский привет, говоришь? — задумчиво проговорила красавица сидских кровей. — Что ж, спасибо тебе, малыш-оборотень. Я думала, что Жиль испытывает ко мне нечто большее, чем дружба… но за его чувства ты не можешь быть в ответе. Прошу тебя, мальчик-кот, и твоих спутников быть гостями Верескового холма.

— Благодарю, госпожа! — Морис и не думал спорить.

Можно подумать, мы никуда не торопимся, и в запасе у нас бессчетно времени!

Должно быть, он котик опасался упоминать о нашей спешке, чтобы не вызвать желание сидов подшутить над смертными путниками. На шутки Добрые соседи, как назвала их Жакетта, были большие мастера.

Мы могли, например, провести под холмом пару часов, а выйти из него через несколько столетий. К этому времени, философски подумала я, проблема графа Беранже разрешилась бы как-то сама собой.

— Кто эта дама, малыш? — надо же, надменную обитательницу холмов заинтересовала моя скромная персона. — Она твоя невеста?

— Кхм… сохрани меня Единый! — не задумываясь, брякнула я. — У нас общее дело, мадам Орианна. Позвольте представиться: я Иллария де Бриссар. Бывшая Спящая дева.

Пока я рекомендовалась, мы вошли в холм, оставив лошадей и карету снаружи. Холм закрылся, и я с тоской проводила исчезающий лучик света.

Под холмом, впрочем, тоже было светло. Со сводов подземного зала свисали большие лампы, светившие мягким (наверняка магическим) светом. Орианна повела рукой, приглашая нас располагаться на скамьях и креслах.

— Спящая дева? — с любопытством округлила она глаза. — И сколько же ты проспала?

— Два десятка лет, — отчиталась я. — Я проснулась совсем недавно. Как раз успела к штурму своего замка.

Сидская дама разглядывала меня с растущим любопытством.

— Двадцать лет? Но ты должна была превратиться в старуху! Смертные женщины совсем мало цветут, и скоро отцветают, — заметила она.

— Должно быть, все дело в том, что я магически одарена, — пожала я плечами. — Других причин для сохранения молодости у меня нет.

Знала бы она, что я еще и помолодела, переместившись в другой мир! Но об этом я упоминать не собиралась. Кто знает, как сиды относятся к попаданкам! Лучше и не проверять.

Орианна как будто знала, что от еды и питья мы откажемся. Поэтому не предложила нам никакого угощения. Вместо этого она сказала совсем другое:

— Жизнь под Вересковым холмом легка и беспечальна, благополучна и изобильна. Но… она бывает скучна. Нет ли среди вас хорошего рассказчика, который мог бы хоть немного рассеять мою скуку?

— Мадемуазель Иллария — прекрасная рассказчица! — тут же сдал меня Вилларе. — И она знает множество удивительных историй.

— О, — обрадовалась Орианна, — в таком случае, я попрошу тебя Неспящая дева, рассказать мне что-нибудь занимательное. А взамен обещаю исполнить любое твое желание. Как думаешь, это будет равноценный обмен?

20.

— Отчего бы не порадовать добрых соседей занимательной историей? — чинно ответила я вопросом на вопрос. — Позвольте нам присесть у вашего очага, и я расскажу вам что-нибудь такое, чего вы никогда не слышали.

В нашей сказочке я и так, прямо скажем, не могла считаться бедной сироткой, а уж разнообразными историями была просто сказочно богата. Каких только баечек о героях и подвигах, о злодеях и хитрецах, о богах и демонах я не могла порассказать!

И все до одной сошли бы за новые, ведь в этом мире их никто не знал.

Я ненадолго задумалась. Русские сказки, средневековые легенды, сотни, тысячи, занимательных сюжетов из книг, в конце концов, содержание фильмов… Ага. Был один сюжетец, который мог понравиться Орианне особенно.

— Я расскажу вам свою историю так, как рассказывали ее мои отцы и деды, а им — их деды и прадеды. Слущай те же, и не говорите, что не слышали, — распевно завела я.

Котики и раньше слушали меня с удовольствием, но «официальная подача» заворожила их совершенно. Они разве что рты не пораскрывали в предвкушении моего нового повествования.

Сиды тоже не стеснялись — мужчины и женщины понемногу собирались вокруг и рассаживались в креслах и на скамьях.

«Сейчас я вас порадую», — азартно подумала я и начала свой рассказ:

— Все началось, когда были выкованы волшебные кольца. Три — для эльфов, бессмертных, мудрых и прекрасных. Семь — для гномов, великих ремесленников и мастеров подгорных чертогов. И девять — для расы людской, вечно жаждущей власти. Кольца хранили могущество и волю, позволяющую править каждой из рас.

Но все эти расы были обмануты, потому что на свет родилось еще одно кольцо. В сердце страны Мордор, в самом жерле роковой горы Ородруин темный властелин Саурон тайно выковал главное кольцо, способное подчинить себе все остальные. В это кольцо были вложены и жестокость, и злоба, и безграничное желание власти. Одно кольцо было создано, чтобы править всеми.

Орианна слушала внимательно, с неподдельным интересом.

Никогда бы не подумала, что когда-нибудь буду пересказывать историю Фродо и кольца в другом мире, чтобы развлечь одну из народа сидов, а она будет слушать меня так, как дети слушают самые захватывающие истории.

А я разошлась не на шутку: вдохновенно повествовала о безмятежном житье хоббитов среди зеленых холмов Шира, о том, как один из них, по имени Фродо, стал обладателем Кольца Всевластия и вынужден был отправиться к роковой горе, чтобы расплавить в ее жерле то, что было однажды в нем создано.

О том, как ему помогали люди, эльфы, гномы и даже древние энты, чтобы их мир не исчез под тяжелой дланью злобного Саурона. О том, как труден и долог был путь Братства кольца, и сколько вынужденных подвигов им пришлось совершить по пути к Ородруину.

До самого финала моего рассказа никто не проронил ни слова — я уж было подумала, что сейчас закончу, озвучу свое желание, и мы покинем подхолмье.

Не тут-то было: едва я замолчала, посыпались вопросы.

— Так, стало быть, одолели они этого…злодея-то, что кольца сковал?

— А живые деревья — это что, взаправду бывает, что ли?

— Кто такие хоббиты, мадемуазель?

— А эльфы?

— А что за гора такая роковая, что только в ней то кольцо можно было изничтожить?