Смерть в райском уголке - Салливан Эмили - Страница 45

— Вполне понятно, — натянуто пробормотала я хотя бы для того, чтобы остановить поток его объяснений.

Бесполезно сейчас разговаривать с этим мужчиной. Но, признаюсь, я испытала некоторое удовлетворение от осознания того, какая ужасная головная боль ожидает его завтра.

Он благодарно улыбнулся, но улыбка эта очень быстро превратилась в многозначительную усмешку.

— Но ведь не так уж это и плохо? Застрять в любовном гнездышке Посейдона со своим спутником?

Он поставил особое ударение на последнее слово, и его глаза блеснули.

Я поджала губы и ничего не ответила. Улыбка Спиро растворилась, а на лице отразилась неуверенность.

— Я ожидаю, что лодка будет готова к отплытию на рассвете. И ни минутой позднее, — рявкнула я, а затем направилась в сторону гавани, чтобы больше ничего не наговорить.

— Будет сделано, мэм! — крикнул он мне вслед. — Я больше вас не подведу.

— Да, спасибо, — бросила я через плечо, не сбавляя шага до тех пор, пока не добралась до пирса.

Я неподвижно стояла, глядя на море, пока не ощутила чье-то присутствие.

— Мне его извинения не требовались, — пробормотала я и посмотрела на мистера Дориана.

— Спиро очень настаивал, — ответил тот. — Сказал, что ненавидит разочаровывать женщин. — Я недоверчиво хмыкнула, и он склонил голову набок. — Когда мы вернемся на остров, будет еще очень рано, и я буду держаться на расстоянии, — мягче произнес он. — Никто не увидит нас вместе. Спиро даже не знает ваше настоящее имя, и я заплачу ему достаточно щедро, чтобы он держал свой рот на замке касательно всего остального.

Я коротко выдохнула, но облегчение было довольно сомнительным.

— Если бы мне приходилось волноваться только о себе, я бы не особо переживала. Но дети так впечатлительны в этом возрасте. Особенно Клео и ее друзья.

Одна мысль об ужасных слухах, которые могут поползти, заставила меня поморщиться. Клео никогда меня не простит, и я не стану ее за это винить. Почему я вообще пошла на такой риск?

— Все в порядке, миссис Харпер, — успокаивающе произнес он. — Вопреки тому, что вы обо мне слышали, я не имею привычки разрушать репутации молодых женщин. — Его губы изогнулись в дразнящей улыбке. — Никто об этом не узнает. Обещаю. Никто, даже группка болтливых школьниц.

Я нехотя улыбнулась в ответ:

— Ну раз уж вы обещаете…

— Клянусь. Теперь, если вы не против, думаю, нам стоит навестить нашего старого друга в «Ресторане под деревом» — или как там оно называется — и хорошо перекусить.

— Да, — кивнула я. — Я тоже так думаю.

Глава 17

Оставив мою сумку у жены владельца таверны, мы отправились в ресторан, где мистер Карахалиос поприветствовал нас с удивленной улыбкой. Когда я объяснила, в каком затруднительном положении мы оказались, он сочувственно улыбнулся.

— Прошу, садитесь. Ничего не подымает дух так, как хороший ужин, — сказал он, проводив нас к тому же самому столику во внутреннем дворике, за которым мы сидели всего несколько часов назад.

Пускай для ужина все еще было слишком рано, несколько человек уже сидели здесь, потягивая вино из низких бокалов и угощаясь орешками из маленьких мисок. Я заметила, что многие поглядывают на нас с любопытством, когда мистер Карахалиос выдвинул для меня стул. Когда мы заглянули сюда в прошлый раз, других гостей здесь не было, но теперь, когда вокруг собралось столько людей, я осознала, что не обедала в общественных местах с самой смерти Оливера.

— Верно, — согласился мистер Дориан. — Принесите нам то, что рекомендуете попробовать. И бутылку вина. — Он повернулся ко мне: — Вы предпочитаете красное или белое?

Я помедлила. Вся эта ситуация и без алкоголя была достаточно скандальной.

Мистер Дориан вскинул бровь.

— Если я не ошибаюсь, вам весьма понравилось вино, которое я принес на вечер Бельведеров. Пусть будет белое, — сказал он мистеру Карахалиосу. — И поприличней.

— Да, сэр, — ответил тот, поклонился и убежал на кухню.

В этот раз он явно понял, что мистер Дориан сказал.

— Что-то не так? — спросил тот, когда мы остались наедине.

— Помимо того факта, что я застряла на этом острове, а мы ни на шаг не приблизились к разгадке дела? Нет. На самом деле никогда не чувствовала себя лучше.

Губы мистера Дориана искривились в улыбке.

— Тем более нужно выпить немного вина.

Я прищурилась:

— Если судить по моему опыту, вино редко улучшает ситуацию.

Он откинулся на спинку стула, да настолько сильно, что почти его опрокинул.

— Ах, в этом я вынужден с вами не согласиться. Если судить по моему опыту, вино улучшает большинство ситуаций — и людей.

— Вы правда так считаете?

Его улыбка совсем чуть-чуть дрогнула, но затем вернулся мистер Карахалиос с вином, двумя бокалами, тарелочкой оливок и корзинкой с хлебом, который выглядел так, словно его только достали из печи. Он с излишней театральностью продемонстрировал нам этикетку — хотя мне она ничего не сказала, — и мистер Дориан махнул рукой:

— Наливайте, мой добрый друг.

Мистер Карахалиос торжественно откупорил бутылку и разлил вино по бокалам.

Мистер Дориан поднял свой:

— За Дафну.

Я последовала его примеру:

— За Дафну.

Вино было свежим и прохладным, хотя и не таким мягким, как на ужине у Бельведеров. Но и это вполне сойдет. Пока я потягивала напиток, мистер Дориан положил себе в тарелку несколько оливок в масле и кусочек теплого хлеба.

— Вот, — протянул он тарелку мне.

Удивившись, я отставила бокал, чтобы взять тарелку.

— Спасибо.

За годы семейной жизни я уже привыкла к тому, что, прежде чем приступить к трапезе, мне сперва нужно было поухаживать за всеми за столом.

Мистер Дориан бросил на меня быстрый взгляд, а затем принялся вылавливать оливки для себя.

— Дамы вперед, — пожал плечами он.

— Точно.

Но я не могла припомнить, чтобы мой муж поступал так же. Или, возможно… возможно, я никогда ему этого не позволяла. Я была так счастлива быть его женой — так благодарна, ведь он забрал меня из Лондона, так что мне не пришлось возвращаться в родительский дом по окончании Гертона. Он избавил меня от необходимости мучиться целый сезон — а то и три, — прежде чем старой девой осесть где-нибудь в тихом местечке. Многие женщины говорили о замужестве как о клетке, и я искренне верила, что, если бы не Оливер, я бы вообще не вышла замуж. Но, к счастью, наш брак был другим. На самом деле я получила больше свободы, чем когда-либо прежде, потому что Оливер понимал меня так, как родители никогда не хотели понимать. Потому я проявляла свою благодарность любым возможным способом и никогда не жаловалась, даже если он засиживался на работе или брался за задания, из-за которых ему приходилось покидать дом порой на несколько дней кряду. Я не воспротивилась, даже когда он в первый раз рассказал мне о Корфу и о своем плане переехать на остров, хотя у меня имелись сомнения на этот счет. Нет, я всегда была послушной, преданной женой. До того самого утра, когда он умер у меня на руках.

Только сейчас мне пришло в голову, что все эти годы я жила, руководствуясь своими заблуждениями, ведь Оливер женился на мне не из чувства долга. Он не делал мне одолжения, когда взял меня в жены, не так ли? И все же я всегда воспринимала это именно так. Никогда даже не думала, что он просто хотел жениться на мне. Просто хотел меня.

— Миссис Харпер? — Я вскинула голову и увидела, что мистер Дориан с любопытством разглядывает меня. Кажется, он уже не в первый раз позвал меня по имени. — Строите воздушные замки?

Я сделала большой глоток вина, прежде чем ответить:

— Что-то вроде того.

Он нахмурился:

— Вы все еще переживаете о детях?

— Нет. — Я покачала головой. — С миссис Курис они находятся в хороших руках.

В этом я была уверена.

— Она действительно кажется преданной вашему семейству. Это хорошо, — кивнул он.

— Да, мне очень повезло… Даже не знаю, что бы я делала без нее эти последние годы.