Мама, я не хочу быть Злодеем (СИ) - Король Александра - Страница 42

Я кивнула, до конца не веря в успех.

Селин зажмурилась, сосредоточенно пыхтя. Я всматривалась в её маленькое лицо, ловя каждую морщинку напряжения.

— Ай-яй-яй, — раздался знакомый, до боли знакомый голос. — Незачем раньше времени шалить.

Из темноты выступил Фрэннауди.

— Кэтрин, как я рад вас видеть, — произнёс он с той самой обволакивающей интонацией. — Вы столь же прекрасны, как в нашу последнюю встречу. Жаль, что тогда я не знал о силе вашего сына. И позволил Аркеллу развестись с вами. Возможно, всё случилось бы гораздо быстрее. Но что имеем — то имеем.

Я не стала отвечать. Зачем вести диалог с сумасшедшим.

— Раз всё готово — приступим, — бросил он.

По щелчку его пальцев открылись клетки.

Кевин и Селин словно поднятые невидимой силой поплыли в центр установки. Их тела застыли в воздухе, руки безвольно повисли, головы запрокинулись.

— Не трогайте их! — закричала я, дёрнувшись в цепях. Металл впился в лодыжку, сдирая кожу. — Они же дети!

Слёзы отчаяния уже текли по лицу, и я не могла их остановить.

— Дети, взрослые, старики — какая разница? — Фрэннауди пожал плечами с ледяным спокойствием. — Все рано или поздно умрут.

— Сволочь! — выкрикивала еще много матерных слов, не сводя глаз с сына.

Мальчик мой... Я не уберегла тебя! Сама привела к ним! Если бы только послушала того дядьку из книжной лавки и сразу отправилась в Бармар... Дура! Идиотка!

Я рванулась вперёд, не чувствуя боли. Цепь натянулась до предела, впиваясь в распухшую лодыжку, но я не замечала. Я видела только сына — его испуганные глаза, его дрожащие губы.

— Сынок, прости меня! — крикнула я сквозь слёзы. — Я люблю тебя!

Установка загудела. Затрещала. В воздухе запахло озоном и чем-то горелым.

Неужели это конец?

— Мама! Мамочка! — донёсся отчаянный крик Кевина.

Я рвалась из последних сил, сдирая кожу с ноги. Будь рядом какой-нибудь лом или топор — я отпилила бы эту проклятую стопу. Но камень вокруг был гладким, чистым, без единого выступа.

И в последний момент я зажмурилась.

Хотя перед этим думала, что буду смотреть на сына до самого конца. Не смогла.

Эпилог

— Мам, лови его! — прокричал сын, несясь по нашему саду.

Я, наоборот, сделала шаг в сторону, давая Симбе возможность сбежать.

Кевин с Селин сами сшили ужасающе прекрасную кофточку для золотистого синбула и уже час пытались её на него напялить. Но пёс был категорически против. Симба вообще своевольным парнем рос — не признавал ни поводков, ни команд. Слушался только старшего товарища — Эйда, пса Реймонда, — и, конечно, самого главу семейства.

Как у нас оказалось два золотистых синбула?

Это был посмертный подарок от Эйба. Он всё заранее подготовил. Мне завещал дом, кузену — счёт в банке и пару отелей, а Кевину — землю, много-много акров земли. Неплохое наследство, но тогда мне было глубоко всё равно.

Да, Эйб погиб в тот день.

Они с Реймондом появились в самый последний момент. Порвали сообщников Фрэннауди, но с самим главарём справиться оказалось сложнее. Я тогда поседела на полголовы, следя, как Эйб кружит вокруг Фрэннауди, а Реймонд пытается разрушить установку своей магией.

Кевин и Селин уже были внутри, но какое-то магическое поле, окружавшее эту адскую машину, не давало ни выйти, ни зайти. Реймонд бился об него, но ничего не мог сделать. В той пещере магия работала не так, как надо: то ли блокировала потоки, то ли искажала их.

Вдвоём с Эйбом они накинулись на Фрэннауди, но тот был подготовлен. Обвешанный артефактами, он с лёгкостью защищался — и даже атаковал. Одна из атак достигла цели. Огненный пульсар впитался в грудь Эйба, оставляя на ней кровавую вмятину.

И сразу стало понятно — Эйб мёртв.

Увидев смерть кузена, Реймонд заревел раненым зверем. Из него вырвалась волна такой силы, что установка превратилась в пыль. Кевин и Селин остались целы. Фрэннауди — к сожалению, тоже.

Как бы ни был силён Реймонд, достать эту сволочь он не мог.

И тогда появилось ещё одно действующее лицо. Тоже удивительно знакомое.

Ну это уже не смешно!

Медленной походкой, с тем же надменным и строгим лицом, в пещеру вплыл, будто на прогулку, наш знакомый — продавец из книжной лавки. Он оглядел собравшихся, точнее — оставшихся, и только на Эйбе задержал взгляд. Беспрепятственно подошёл к Фрэннауди, который с каждым шагом бился всё сильнее в истерике. Молил о пощаде, взывал к совести — вот шутник!

Продавец — или, вернее, Верховный — положил тому на голову руку.

И всё.

Не стало больше Фрэннауди. Нет, он остался жив — к моему сожалению, — но превратился в овощ. А мне тогда было не до него — я оплакивала Эйба.

Позже я узнала, что он с юности жил двойной жизнью. Внедрился в теневой мир, в общем — работал на репутацию. Чтобы просочиться в самый центр оппозиции. Только Верховный знал, кем на самом деле был Эйб. У него были полностью развязаны руки. Он должен был, если требовала оппозиция, подставлять, убивать, красть.

Селин нашёл на одном из заданий. Хотел сберечь — но о ней, к сожалению, узнал Фрэннауди. И в это же время пришло письмо от Бродонса. Пришлось Эйбу на ходу придумывать план.

Его задачей было обнаружение и ликвидация установки. Ему пришлось сыграть для всех небольшой спектакль, но пошло не все по плану.

Фрэннауди подозревал всех — и не зря. Чтобы добиться доверия, Эйб сдал Реймонда, рассказав, что именно его кузен — таинственный глава, вылавливающий их, как крыс.

По плану Эйба, Реймонд должен был страдать и неотствечивать, но тот явился довольно скоро к Эйбу домой. Оппозиция заподозрила неладное, переместила нас и начала раньше времени. Верховный ждал в другом месте.

С главной задачей Эйб справился — а вот выжить не смог.

Я долго не могла прийти в себя. Горевала о его короткой жизни — ведь он и не жил по-настоящему вовсе. Играл, притворялся, а настоящего его так никто и не узнал.

Но скорбь улеглась. Мы начали жить дальше.

Реймонд послал далеко и надолго Верховного и всех его приспешников. Как на него не наложили эль-узо — не представляю, отпустили. Не со спокойной душой, но добровольно. На его место взяли Торфина, а Бен решил заняться торговлей.

Реймонд хоть притворялся торговцем, но иногда ему всё же приходилось реально налаживать торговые связи. Вот их он и передал Бену — а тот и счастлив.

Мы остались жить в доме Эйба. Я привыкла, да и Кевина жалко разлучать с Селин. Она у нас гостит нечасто, но, когда это происходит, случается настоящий апокалипсис.

И когда страсти улеглись, я смогла сложить некоторые факты.

Селин — это та самая героиня, что в книжке убивает моего сына. Неожиданно, правда?!

Я была в шоке, даже хотела запретить им общаться. Но Реймонд меня переубедил. Да, он узнал мою историю — и, знаете, безмерно обрадовался, что я всё же не та Кэтрин из прошлого. В общем, я прислушалась — и не зря. Дружнее их двоих нет никого.

Селин забрал к себе Верховный — ведь она, о чудо, обладает идентичной с ним силой. И ей требуется особый контроль, обучение и всё такое, что мы просто не в силах дать.

В общем, у нас сложилась счастливая жизнь. Ещё бы Эйба сюда…

Ах да! Я совсем забыла сказать.

Этот паршивец оказался жив.

Да-да, я сама была в шоке. Через полгода я получила от него открытку. Обычную, простенькую — с какой-то пляжной картинкой, без подписи и обратного адреса. Но я сразу поняла, что это от него. Он знал: я пойму сразу. Закрепил на ней свой запах — тот самый, что так мне запомнился.

Надеюсь, у него будет всё хорошо.

Конец