"Фантастика 2026-101". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Конторщиков Виталий - Страница 730

— Зовите хозяйку дома, — добавил я.

Куратор поднялся наверх. Через минуту в подвал влетела Ирина Дмитриевна. Увидела мужа на полу и бросилась к нему с криками:

— Гена! Гена, ты меня слышишь?

Власкин медленно повернул голову. Узнал её. Моргнул. Потом обхватил жену руками, и она разрыдалась у него на плече. Тихо, только плечи тряслись.

Я отошёл к лестнице. Не моё это зрелище. Личное, семейное. Не для посторонних глаз.

Дружинин тоже тактично отвернулся, но я видел, что он уже планировал следующие шаги. И когда я поднялся на первый этаж, он тут же начал работать.

— Ирина Дмитриевна, — его голос доносился из подвала, — когда вы будете готовы, нам необходимо оформить документы. Факт обращения вашего мужа и факт проведённой процедуры являются государственной тайной. Подписка о неразглашении. За нарушение предусмотрена уголовная ответственность по статье двести восемьдесят три. И завтра следует явиться в исследовательский центр ФСМБ для проведения тестов…

Я не стал слушать дальше. Вышел на улицу и направился к машине.

Сотрудники ФСМБ уже работали: я видел, как один из них разговаривал с охранником у ворот, а другая — с женщиной в фартуке, видимо, кухаркой. Подписки, предупреждения, протоколы. Через полчаса все, кто знал о произошедшем в этом доме, будут связаны подпиской и пониманием того, что болтовня обойдётся дорого.

Все, кроме Максима. Он-то подписку ещё не давал. Но куратор и с этим сегодня разберётся.

Я сел в машину и стал ждать. Двигатель тихо работал, в салоне было тепло.

Минут через двадцать вернулся Дружинин. Сел за руль, тронулся. Две машины сопровождения остались — видимо, ещё не закончили с документами.

— Ирина Дмитриевна подписала, — доложил он. — Муж тоже, когда пришёл в себя достаточно, чтобы держать ручку.

Я кивнул. Хотя, положа руку на сердце, сомневался, что эту информацию удастся держать в тайне хоть сколько-нибудь долго. Жена потерпевшего знает, охрана знает, прислуга знает, Максим знает. Это уже больше десяти человек, которые могут подтвердить: вчерашнее опровержение в новостях было фальшью.

Так что стоит вопрос не «если», а «когда».

Мы выехали на шоссе. Я достал телефон и начал листать новостную ленту. Ничего нового — опровержение от ФСМБ висело на всех каналах, но комментарии под ним говорили сами за себя. Люди не верили.

Телефон завибрировал от входящего звонка. Это была мать. Я чуть помедлил и принял вызов.

— Глеб, — её голос звучал по-деловому, как всегда. Никаких «привет, сынок» или «как дела», а сразу к сути. — Виктор, то есть твой отец, приступил к работе с людьми из лаборатории Учителя. С теми, кого вы вытащили.

— И какие новости?

— Есть интересный нюанс. Они все заражены нестабильной энергией хаоса.

Я выпрямился на сиденье. Дружинин покосился, но промолчал.

— Заражены, — повторил я. — Но не обращаются?

— Именно. В том-то и дело. Все признаки заражения присутствуют — энергетические маркеры, изменённая аура, характерные следы в каналах. Но процесс трансформации не запускается. Сейчас они находятся в специальных палатах, экранированных от магического воздействия, на случай если кто-то попытается их снова поработить.

Я задумался. Картинка в голове сложилась быстро.

— Если они не обращаются — значит, Учитель делает это намеренно, — предположил я. — Он контролирует процесс. Заразил уже давно, но не запускает трансформацию. А это значит, что через них он может наблюдать за происходящим в центре.

— Интересная гипотеза, — голос матери чуть изменился. Я уловил в нём что-то похожее на профессиональный интерес. — Но как, если они просто сидят в экранированных палатах?

— Не знаю, — честно ответил я. — Но советую проверить эту версию. Возможно, экранирование блокирует не все каналы связи. Или связь работает иначе, чем мы предполагаем.

— Хорошо. Мы проверим.

Она повесила трубку. Никаких теплых прощаний, впрочем, как и всегда.

Я убрал телефон и уставился в окно.

Если Учитель действительно оставил в спасённых «закладки» — это меняет многое. Значит, он ещё планирует использовать этих людей. Он ещё не списал их со счетов. Умный, сволочь.

Вопрос — как именно работает эта связь. Через энергию хаоса? Через какой-то скрытый канал? Ведь ментальное влияние отрезано. Хотя, как мне кажется, первое обращение запускает именно оно.

Сама энергия хаоса не заставляет людей подчиняться Учителю. Она лишь запускает трансформацию. Всё остальное поведение — ментальная магия Учителя.

Возможно, так оно и работает. Но это надо проверить. Пока не представляю как.

Я переключился обратно на новостную ленту. Оперативные сводки: какие отряды где работают, какие разломы открылись за утро. Обычная рутина — три D-класса в Подмосковье, один С-класс в промзоне, и…

Один из отрядов, задействованных на разломе класса B в Новой Москве — тот самый, в который определили Севу.

Не то чтобы я собирался устраивать допрос посреди боевой операции. Но заехать и посмотреть на человека, которого подозреваю… Почему бы и нет. Пока меня самого не вызвали на разлом, время есть.

— Андрей Валентинович, — я повернулся к Дружинину. — По дороге можно заехать в Новую Москву. Там рядом разлом, на котором работает отряд с Севой.

Дружинин посмотрел на меня через зеркало заднего вида.

— Думаете, это всё-таки он слил?

— Нет. Но хочу проверить. А ещё я уверен, что даже если это правда, ФСМБ мне не скажут. Ни мне, ни вам. Так и останется этот вопрос без ответа. Или свалят вину на кого-то левого.

Ещё бы, ведь сына президента точно не станут публично наказывать.

Дружинин помолчал. Потом свернул на нужный съезд. И где-то через полчаса прибыли на место.

Разлом находился на окраине нового жилого квартала — недостроенные многоэтажки, строительная техника, грязь. Мы подъехали к оцеплению. Военные пропустили по удостоверению Дружинина.

Вокруг ещё шла зачистка. Я насчитал с десяток тварей, разбросанных по строительной площадке. Мёртвых, к счастью.

Странные создания — приземистые четвероногие хищники с бронированными спинами и длинными хвостами, усеянными шипами. Из этих самых шипов до сих пор сочилась зеленоватая жидкость, и там, где она попадала на бетон, поверхность шипела и пузырилась.

Ядовитые. Причём яд не просто капает — они им плюются. Я видел следы на стенах ближайшего здания: выщербленный бетон, оплавленная арматура. Кислота? Нет, скорее магический токсин. Обычная кислота не разъедает арматуру за минуты.

Отряд Севы работал слаженно. Двое добивали последних мелких тварей на периферии. А в центре площадки пятеро атаковали Альфу.

Она была раза в три крупнее остальных. Броня на спине толще, шипы длиннее, и яда в ней, судя по лужам вокруг, хватило бы на целый бассейн. Тварь огрызалась, хлестала хвостом, и с каждым ударом разлетались зелёные брызги.

Бойцы уклонялись, атаковали, отступали. Зверюга оказалась живучей.

Сева был среди пятерых, атакующих Альфу. Отвлекал альфу с одной стороны, пока товарищи атаковали с другой. Потом менялись.

Совсем не тот человек, которого я видел на дне рождения Маши. Очень собранный. Форма ему шла. Или, точнее, служба шла ему на пользу.

Альфа вдруг хлестнула хвостом по горизонтали, и россыпь ядовитых шипов полетела врассыпную.

Двое бойцов едва успели укрыться за бетонной плитой. Ещё один отпрыгнул, но получил брызги на плечо — зашипело, он выругался и отступил.

Сева атаковал слева. Его удар темной магии задел бок альфы, сбив несколько пластин брони. Но тварь развернулась к нему и разинула пасть. Я увидел, как в глотке набухает зелёная жидкость. Сейчас плюнет!

Не раздумывая, я рванулся вперёд. Открыл перед Севой небольшой портал. Поток яда влетел в него и вышел из второго, который я поставил прямо над головой Альфы.