"Фантастика 2026-101". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Конторщиков Виталий - Страница 710

— Они обычно годами думают и ничего не придумывают, — буркнул Станислав с заднего ряда.

— В этот раз придумают.

— С чего ты взял? — Стас усмехнулся.

— Потому что у них уже есть опытный образец. В качестве меня.

Я это сказал и тут же поймал взгляд Дружинина. Острый, предупреждающий.

Ну да, сболтнул лишнего. Команда ничего не знала о проекте «Пустота», и Дружинин явно не горел желанием это менять.

— В смысле? — Станислав приподнял бровь.

— Больше сказать не могу, — я откинулся на спинку кресла. — Секретная информация. Вы же знаете, как это работает. Лишние детали — лишние проблемы.

Станислав хмыкнул, но не стал давить. Он в целом всегда понимал, когда стоит остановиться.

Намёка вполне достаточно. Они поймут, что я знаю больше, чем говорю. И что есть причины молчать. Большего сейчас и не нужно.

— Крылов так же делает постоянно, — заметил Алексей. — Скажет что-нибудь интересное, а потом: «У вас не тот уровень допуска».

Это заставило всех улыбнуться.

Автобус и дальше катил по ночной Москве. Город выглядел непривычно: тёмные окна, пустые улицы, редкие патрульные машины с включёнными мигалками. Эвакуация шла полным ходом, и столица медленно пустела.

Странное чувство. Я привык, что Москва не спит никогда, а сейчас она выглядела как город-призрак.

Видимо, народу в «Меге» было полным-полно именно потому, что люди затаривались для эвакуации. Ведь многие, судя по новостям, решили переждать на дачах.

По пути автобус развёз Ирину, Станислава и Алексея по домам. Каждый из них выходил, коротко прощался и исчезал за дверью дома. А я ни разу не удивился, что элитные маги жили в огромных частных домах.

Никаких долгих разговоров. Все были вымотаны.

— До завтра, — сказала Ирина, выходя. — Если завтра наступит.

— Наступит, — уверенно ответил Алексей. И улыбнулся. — Куда оно денется.

Стас просто махнул рукой и захлопнул дверь автобуса. Молча, без шуток. Значит, действительно устал. Обычно его не заткнёшь.

Когда вернулись в академию, было уже глубоко за полночь. Коридоры пустые, гулкие. Непривычно тихо здесь.

Лена, Саня и Денис разбрелись по комнатам. Я зашёл к себе, закрыл дверь, скинул форму прямо на стул.

Стоял под горячим душем минут десять, ни о чём не думая. Просто стоял. Вода била по плечам, по затылку, стекала вниз. Мышцы гудели.

Потом рухнул в кровать и провалился в сон. Даже думать сил не было.

Утром проснулся рано. Печать Пустоты завершила стабилизацию — остаточный след энергии хаоса я больше не ощущал. Хорошо. Одной проблемой меньше.

Оделся, вышел в коридор. Тишина.

Обычно в это время здесь уже гул голосов, топот ног, смех. Сейчас — ничего. Большинство студентов эвакуировали. Остались только добровольцы, готовые защищать столицу.

Столовая подтверждала эту картину. Огромное помещение, рассчитанное на три сотни человек, было почти пустым. За столиками сидели небольшие группы — по двое, по трое. Все хмурые, сосредоточенные. Ни шуток, ни смеха.

Я взял поднос. Выбрал себе омлет, тосты и кофе. И направился к нашему столику. Лена, Саня и Денис уже были там.

— Что-то вы все какие-то хмурые, — заметил я, садясь рядом с Леной.

Она подняла уставшие глаза. Видимо, спала плохо.

— Родители настаивают, чтобы я уехала, — нервно сообщила Лена. — Я наотрез отказалась. Они обиделись.

Я понимал её. И понимал её родителей. Москва сейчас — не самое безопасное место. Это мягко говоря. Но Лена — боевой маг, и без неё наша группа станет слабее.

— У меня похожая проблема, — вздохнул Денис. — Только мои не обиделись. Предложили приехать сами. Поддержать, помочь. Я говорю: «Вы не маги, сами пострадаете». А они: «Не важно, главное — мы будем рядом с тобой». Еле отговорил.

— Как отговорил? — поинтересовался я.

— Сказал, что военные в город всё равно не пропустят. Это правда, кстати. Все въезды перекрыты.

Понятно. У каждого свои причины волноваться. Родители Лены боятся за дочь. Родители Дениса хотят быть рядом с сыном. И те, и другие — правы по-своему.

Мои родители сейчас тоже здесь, в Москве. На передовой, можно сказать. Мать в лаборатории работает над стабилизацией энергии хаоса. Отец сегодня к ней присоединится, его как раз выписывают. Они не звонят с требованиями уехать. Они сами никуда не уедут.

Хах. Ну, яблоко от яблони, как говорится.

— А с тобой что? — спросил я у Сани.

Он сидел над тарелкой каши с таким видом, будто ему сообщили о конце света. Хотя, учитывая обстоятельства, это было близко к правде.

— Только на машину накопил, — буркнул он. — Сегодня узнал, что автосалон закрылся. Все эвакуировались!

— Ты серьёзно? В такой момент думаешь о машине? — Денис с осуждением уставился на него.

— Я о ней пять лет мечтал! — возмутился Саня. — Красная, спортивная, с кожаным салоном. Представлял, как по Невскому на ней поеду!

— По Невскому? В Москве? — нахмурилась Лена.

— Ну, сначала в Москве обкатал бы, потом домой перегнал, — ухмыльнулся Саня.

Я невольно усмехнулся. Саня оставался Саней. Мир рушился, разломы множились, энергия хаоса дестабилизировала пространство, а он переживал из-за автосалона.

В этом было что-то человеческое. То, чего нам всем сейчас не хватало.

— Купишь, когда трещину закроем, — сказал я.

— Обещаешь, что закроем? — Саня посмотрел на меня с надеждой.

— Нет. Но постараюсь.

Он вздохнул и ковырнул кашу ложкой. Видно было, что утешение не подействовало.

Лена допила кофе и повертела пустой стакан в руках.

— Глеб, — она понизила голос, — то, что вчера с тобой произошло… ну, когда ты поглотил ту энергию. Ты правда в порядке?

Я задумался. Как я себя чувствую? Нормально, наверное. Усталость ушла после сна. Никаких побочных эффектов. Никаких голосов в голове, никаких тёмных порывов. Обычный я, только с лишней тысячей опыта на счету.

— Правда, Лен. Честно, — я постарался улыбнуться.

Она кивнула. Не до конца поверила, но не стала давить. За это я её и ценил, она умела чувствовать границу между заботой и навязчивостью.

Тут к нашему столику подошёл Дружинин. Выглядел он на удивление свежо для человека, которого вчера шатало от сотрясения. Форма отглажена, подбородок выбрит. Правда, под глазами залегли тени ещё глубже, чем у Лены.

— Андрей Валентинович, присаживайтесь! — Лена улыбнулась ему радушно. — Без вас сегодня как-то мрачно.

— Я, к сожалению, не могу задержаться, — куратор остался стоять.

— А почему так? — Лена захлопала глазами.

— Я пришёл за Глебом Викторовичем, — Дружинин повернулся ко мне.

— Только не говорите, что меня опять ректор вызывает. Я прекрасно помню, что задолжал ему защитные печати. Как будет время, обязательно вернусь к ним. И да, я уже знаю, что все сроки давно прошли.

Дружинин качнул головой.

— Нет. Ректор сейчас о печатях даже не вспоминает. У него есть дела поважнее. Он, как и другие преподаватели, вошёл в списки добровольных групп. Будет лично участвовать в зачистке разломов.

О как, даже ректор на передовой! Видимо, ситуация действительно критическая, раз даже он решил не отсиживаться в кабинете.

— Тогда зачем вы пришли? — я отодвинул тарелку. Уже понял, что нормально поесть мне не дадут.

— Я пришёл вас забрать по другому поводу, — Дружинин чуть понизил голос. — С вами хотят поговорить очень важные люди. К сожалению, этот разговор не терпит отлагательств.

Очень важные люди. Которые не терпят отлагательств. Учитывая вчерашнюю историю с Машей и её отцом — не трудно догадаться, кто именно хочет со мной побеседовать.

— Ладно, — вздохнул я, вставая. — Но в таком случае эти важные люди должны мне омлет с беконом.

Глава 2

— Не знал, что у нас есть вертолётная площадка, — заметил я, пока мы поднимались по лестнице на крышу главного корпуса академии.

— Её построили при основании академии, — Дружинин шёл на полшага впереди. — Но пользовались крайне редко. В основном она предназначается для экстренной эвакуации руководства. Либо же для других особых случаев.